Непростой Путь Про-Героя. Том 1. Том 2. (СИ)

Я сделал еще один шаг, но в этот раз уже вбок, чтобы не перекрывать обзор Айзаве.
- У Всемогущего много дел, он занятой человек. Ему некогда заниматься всякой шушерой вроде вас. К тому же мы и сами с вами справимся.
- Н-нирен, остановись… - зашипели со спины.
Томура Шигараки наклонил голову. Почесался. Констатировал:
- Ты совсем не боишься. У тебя причуда бесстрашия? Неуязвимость? Режим бога? Читы?
Я медленно, издевательски похлопал. И сделал еще шаг.
- А кого мне бояться? Тебя? Ты же такой же пацан, как я... ну, может быть, менее чистоплотный, но все же.
Я долго думал об этом и искал выход. Но пришел к выводу, что выхода нет. Томуру спасти невозможно. В пять лет можно было бы, в десять можно было бы, в пятнадцать вряд ли, маловероятно, но можно было бы попытаться. Но сейчас этой жертве Все-для-Одного по меньшей мере восемнадцать. Он уже состоявшийся психопат и маньяк. Для душеспасительных бесед и восторженных идеалов у этого мира есть Мидория, для рациональной оценки рисков есть я. Я не верю, что его можно спасти...
А поэтому его нужно убить. Сейчас.
Просто ради всеобщего блага. Для защиты окружающих, для спасения будущего, для ликвидации козырной карты и забавы старшего Шигараки.
И неважно, насколько погано от этого на душе.
Но я все равно колебался, и потому шестой пункт Плана тоже включал в себя два подпункта.
Шестой пункт, подпункт “а” - убить или фатально травмировать Томуру Шигараки.
Давить фурункулы нужно, пока они - прыщи.
Шестой пункт, подпункт “б” - вывести Томуру Шигараки из себя. Взбесить настолько, чтобы он начал ошибаться и потерял четкое видение ситуации. А затем заставить сомневаться в его хозяине. Расшатать и без того расшатанную психику. Если его нельзя спасти… то его можно использовать. Вбить между ними достаточно большой клин, чтобы он сменил вектор своего разрушения.
Пока что я шел по пункту “б”. Бесстрашно тыкал палкой в террориста, обвешанного взрывчаткой. Это окей, пока он меня слушает, а я продолжаю шагать вперед. Это окей.
Прежде чем ответить, псих снова почесал себе шею.
- Ты последователь Всемогущего, да? Улыбаться, внушать уверенность... пытаешься меня из себя вывести. Но мы не в детском мультике по телевизору. Никто вас не спасет. Наоборот, я, если потребуется, распотрошу каждого из вас. Может быть, если вашими кишками выложить слово "Всемогущий", то он припрется? Гы-гы.
Еще шаг.
- Видишь, ты чешешься. Надо чаще мыться, глядишь, и люди к тебе относиться будут лучше. Вопрос, - я сделал вид, что задумался, и сделал еще шаг. - у тебя какое суперзлодейское прозвище? Фейспалм? А у тебя есть старший брат? Может быть, сестра?...
Томура заскреб шею обеими руками.
- Мне не до тебя… надоело. Где Всемогущий? Почему никогда нельзя просто сказать, где Всемогущий? Все вы, герои, одинаковые…
- Как их зовут? Фейсдеск? Фейстейбл? Фейсбук? Лицом-в-салат?
Еще шаг.
Томура резко перестал скрести шею.
- Сегодня все не так… Ному, он меня раздра…
- Три! - во всю глотку заорал я и прыгнул к нему.
Думаю, скоростной Иида был горд своим семпаем.
Три умножения, с ног, спина. Усиленный бег, два шага, зайти сбоку, чтобы Айзава продолжал его обнулять.
С правой ноги удар вбок, не попал, увернуться от руки, обрушить ногу вниз, создавая взрыв. Боковой удар кулаком правой, не дать обойти меня с противоположной стороны, апперкот с левой. Отбил, удар пришелся ему вскользь, отбив одну из рук с плеча.
Шигараки пошел в атаку. Его хорошо учили, он быстрый, блок с левой, отступить назад, подшаг, прямой с правой, снова назад, блок…
Томура снова попытался меня схватить - и преуспел - и броня начала рассыпаться под действием его причуды.
Айзава, б***ь!
Плевать!
Плевать, сам справлюсь - действие рождает противодействие, любой удар по мне рождает маркер при касании!
Умножение!
Его рука мгновенно разжимается, и ее отбрасывает в сторону взрывом, он закрывается, коленом и блокирует удар... дурррак, это обманка, опасность внизу! Умножаю маркеры, которые оставил на земле, отступая, подбиваю его ногу, Томура теряет равновесие, снова пробиваю коленом, ловит мою ногу, я снова отбрасываю руку - и пробиваю короткий прямой в лицо.
 
И попадаю.
Идиот слишком полагается на причуду. Моя сила в буквальном смысле перестроена с нуля, чтобы я мог тебе противостоять! Именно тебе, придурок! Я для тебя, ****ь, неприкасаемый!
Веером разлетелись брызги крови.
Мой умноженный удар отшвырнул маньяка назад, на задницу.
И сбил с его перекошенной рожи муляж чужой ладони.
Что характерно, Шигараки не поднялся на ноги, а забормотал: “это плохо… это очень плохо...” и на четвереньках бросился к своей "маске".
- Потерял любимую правую руку?
Я подскочил и пнул его в живот, заставив аж подлететь в воздух.
На войне нет стоек, правил, таймаутов, запретов вроде “не бей лежачего”.
На войне есть тот, кто умирает, и тот, кто убивает.
Я пришел воевать с тобой. И ты ошибся со своей ролью сегодня, Томура.
Томура был не согласен. Он поймал мою ногу, пытаясь меня распылить.
Не на моей скорости! Я отбросил его конечности микро-умножением и вместо удара наступил на его “маску”, измельчая ее взрывом в мелкую пыль.
Шигараки... завыл. И принялся раздирать свое лицо ногтями, не обращая на меня внимания.
В этот момент напали двое шестерок-злодеев.
Мелькнула холодная мысль: “У меня нет времени с вами нянчиться”.
Блок слева. Пинок в колено левому, ломаю. Пригнуться, пропустить размашистый удар над головой. Короткий удар в пах, умножение оставляет правого без возможности испортить генофонд страны. Бронированным локтем в зубы левого, можно без причуды. Оттолкнуть правого…
Поймать обе руки бросившегося на меня Томуры.
Мы застыли, дрожа от напряжения, его пальцы скребли воздух в сантиметре от моего лица, я изо всех сил держал его предплечья. Теперь, без маски, я видел не только эти бешеные, налитые красным глаза, но и его окровавленное, искаженное лицо.
“Совсем молодой парень”, - подумал я с неожиданной грустью.
Вокруг нас сражались, все грохотало, но мы видели только друг друга.
Тем страннее было то, что мои следующие слова прозвучали неожиданно четко, ясно, будто колокол:
- Слушай, когда Все-для-Одного надевал на тебя все эти руки, тебя не смутил даже тот факт, что все они одинакового размера? Несмотря на то, что когда ты убил свою сестру, ей было всего… сколько? Пять, шесть? У нее были маленькие ладони, понимаешь? Это муляжи просто.
Было плевать, так это или нет.
И не знаю, чего я ожидал.
Но точно не того, что из его глаза скатится одинокая слеза.
- Что… что ты…
Я дернул головой, активируя крохотные маркеры на кнопках своего шлема, раскладывая забрало полностью и без помощи пальцев, и отпустил его запястья. Томура провалился вперед - а я с удовольствием врезал ему защищенным лбом по лицу, повторно расквасив нос.
И с силой опустил ботинок ему на ногу, перемалывая умножением кости стопы.
В реальном бою, какой бы страшной ни была причуда противника, выигрывать будет тот, кто может ее применять на всей поверхности тела. А не только на руках.
Томура завизжал.
Затем мы столкнулись, как игроки в регби, и я превентивно отшвырнул его еще одним маркером.
Пацан покатился по бетонным плитам, теряя все свои декоративные ладошки.
Я шагнул следом. Еще шаг. И еще.
Негромко сказал, продолжая психологическую атаку:
- Шигараки, ты реально думаешь, что вот эти руки - твоя родня? Которые продержались в бальзамировании пятнадцать лет? При том, что ты их всех уничтожил, не контролируя причуду, но вот именно руки, все руки до одной оставил? Тебе самому не смешно? Это просто подделки, тебя просто используют и промывают мозги, ты...
- Задкнивсь… задкнивсь!!!
- У тебя странный акцент, ничего не понимаю, - отстраненно ответил я, подумав о том, что можно было бы оформить и пункт Плана шесть, подпункт “ц” - вырубить Томуру и посадить в Тартар. Глядишь, Незу и сумел бы с ним что-то толковое сделать?