Непростой Путь Про-Героя. Том 1. Том 2. (СИ)
А у юного Шиньи их даже больше, если верить его анкете. Что там было? Конденсация тумана в жидкость для передвижения… Кратковременное увеличение силы из-за стимулятора, который он научился производить, изменив химическую формулу седативного вещества в основе тумана… чувство движения на площади, накрытой туманом… какой талант!
Так что тщедушный сероволосый паренек был очень перспективным.
Вот только стоило Символу Мира посмотреть на него внимательнее, как его интуиция буквально взвыла.
“РЯДОМ ВРАГ!”
Тошинори не прожил бы и одной десятой своей профессиональной карьеры, если бы не научился беспрекословно слушаться своих инстинктов и рефлексов.
Вот только… где опасность? Кого защищать, понятно, но от кого? Кого атаковать?
Незаметно осмотрев своих подопечных, Всемогущий был вынужден констатировать, что инстинкты заставляют его опасаться именно Киотаки.
Но почему? Тот вел себя тихо, держался в стороне, ни к кому не лез, никак себя не проявлял. В его поведении ощущалась какая-то неуловимая странность, он сдерживался, будто… будто бы он боялся, что выдаст себя неосторожным жестом или словом.
Тошинори похолодел.
Мог ли… возможно ли… что это ОН… в смысле, его новая игрушка? Слуга, или шпион, или марионетка…
Нет. Нет, тут что-то другое.
Киотака ощущался как кто-то знакомый ему. Как кто-то из злодеев, с кем он когда-то сталкивался. Может, он чей-то сын? Но Тошинори не мог припомнить никого со схожими внешностью или причудой, несмотря на тридцать лет активной карьеры с ежедневными столкновениями в бою. Даже среди героев, если не считать Полночь…
Он проводил взглядом спину Киотаки, когда тот с равнодушным лицом отошел от экрана, где транслировалась его победа. Лицо-то он контролировал, руки были расслаблены, потоотделения нет… но вот спина была напряжена.
То есть он действительно опасается его, Всемогущего.
Кто он?
Усилием воли Всемогущий заставил себя перевести взгляд на монитор. Он не может позволить себе сконцентрироваться только на Шиньи. У него еще не закончен класс, осталась одна группа, а время в боевой форме подходит к концу, он уже чувствовал усталость. Но он сейчас - не инвалид Тошинори Яги, а Символ этого Мира! Он не может позволить себе подвести ребят, которые смотрят на него - и видят недостижимый идеал, опору спокойствия и уверенности в лучшем будущем. Не сейчас. Не сейчас…
Он сконцентрировался на оставшихся участниках. Кто остался? Так, Шото Тодороки, сын Старателя. Был вторым по результатам вступительного экзамена по рекомендации, но первый ученик забрал документы. Странно. Эйджиро Киришима, замечательная причуда, которая позволяет не беспокоиться за его безопасность, занял третье место на общем вступительном экзамене.
В другой команде - Нирен Шода. Был первым на том же экзамене. Казался образцовым студентом, но вот причуда его была Всемогущему не очень понятна. Хотя паренек, такой же высокий и крепкий, каким был сам Тошинори в студенчестве, обращался с ней виртуозно. А еще его напарница Химико Тога вызывала у Тошинори мурашки. Прямо как Немури Каяма.
Он бросил мгновенный взгляд в сторону Киотаки, застывшего у стены со скрещенными на груди руками. Опасности… во всяком случае, в данный момент, нет. Но он здесь, и если что - вмешается. И нужно будет поговорить с Незу. Сразу после занятия… и после того, как он зайдет проверить юного Мидорию, конечно.
Когда ребята выдвинулись на позиции, он старался думать о предстоящей схватке.
А она обещала быть интересной… хоть и короткой. “Злодеи” времени зря не теряли; у Нирена явно был какой-то план. Девушка, на удивление, спокойно и внимательно слушала, не перебивая и лишь нетерпеливо помахивая своим оружием, найденным тут же. Символ Мира незаметно поморщился: безусловно, стремление подготовиться к бою и поиск преимуществ - хорошие черты для героя. Но не заостренная же ржавая труба, в самом деле! Если она кого-то заденет, не забыть обязательно направить обследоваться к Чио, не хватало еще случая столбняка на первом же уроке…
Затем девушка начала свою метаморфозу, сняв часть одежды и покрывшись чем-то серым, в результате… превратившись в копию голубоволосого парня, раздавшись в плечах и прибавив фут роста. Хотя нет, футы в США. Треть метра. Сходство было поразительным! Странно было только то, что одежду, вернее, броню оригинала Химико не скопировала, оказавшись вместо этого в спортивном костюме Юэй.
Ребята удивленно загалдели: оказалось, что причуду Тоги видели до этого всего пара человек. Всемогущий сокрушенно качал головой. Хорошая идея, запутать противника, напасть с разных сторон, “герои” не будут знать, кто из “Ниренов” представляет большую опасность… но масштаб не тот. Их противник просто накроет их обоих площадной атакой.
Тошинори слышал слухи о том, что сын Энджи Тодороки обещал превзойти по силе даже отца, но сам холодного и отстраненного мальчишку в деле еще не видел.
Через десять секунд после начала матча - увидел.
Увидел, как Шото, не сходя с места, полностью, целиком заморозил многоэтажное здание в пятнадцать этажей. Команда злодеев, к слову, нашли свое пристанище на последнем.
Почти все в зале рефлекторно обхватили себя руками, наблюдая за могучим и стремительным валом оледенения, накатывающим на лестницы, дверные проемы и коридоры, поглощая комнату за комнатой, пролет за пролетом…
Не удивительно, что “Нирен”, то есть Химико, не успела среагировать на то, как пол буквально за пару секунд покрылся льдом, надежно сковав ее стопы. Фигура парня пару раз подергала ногой - безрезультатно - и дальше застыла в расслабленной позе.
Действительно, при такой подавляющей мощи оппонента не имело большого смысла дергаться или нервничать. Хоть самому Тошинори и претила подобная мысль, хоть он и сражался против самой концепции отчаяния и безнадежности всю свою жизнь, он, тем не менее, вполне мог понять эмоции девушки.
Сын Старателя уже внушал благоговение.
Но тут…
Раздался удивленно-недоуменный голос Асуи Цуи, который разрушил все напряжение момента:
- Он что… летит?
***
Нирен.
За последний месяц, и особенно за последнюю неделю, жизнь предоставила мне несколько возможностей взглянуть на себя и свой “квест” с непривычной перспективы. По-новому посмотреть на свои цели, свою личность и свои планы.
И за это время я понял, что несмотря на все свои попытки быть объективным, быть адекватным, быть правильным, быть уравновешенным, я все же… местами… облажался.
Говорят, что бытие определяет сознание. Возможно, отчасти это действительно так. Самостоятельно загнав себя, во имя высшей цели, в состояние социальной депривации, буквально годами не имея ни единого собеседника для разговора по душам, в течение более чем десяти лет готовясь к некой высшей цели… наверное, я просто не мог не заразиться мыслями о своей исключительности. Избранности. Это было неизбежно.
Ну что, Нирен, звездная болезнь одолела, да?
К счастью, лекарство хоть и запоздало, но все же дошло, и буквально пару дней назад мне провел сеанс терапии один меховой коврик.
Что ни говори, а это меня взбодрило. Пожалуй, еще полезнее было бы заиметь спарринг со Всемогущим… эх, мечты.
После своих травм на вступительном экзамене, после фиаско на тесте Айзавы и после унизительного диалога с Незу, где мне впервые за долгие годы продемонстрировали, что, действительно, себя стоит считать самым умным человеком в комнате только тогда, когда ты там один… я осознал, что отрастил себе нехилое чувство собственной важности, и одного сеанса коврикотерапии тут будет мало. Похоже, что вокруг меня сейчас полно более умных, более сильных, более талантливых и просто-напросто более исключительных. А может быть, они и раньше рядом были, просто я был слишком занят сам собой и своим “гением”.
Тут должен следовать тяжелый вздох и напоминание о Зоне Катастроф. Да… мой План никуда не девается, это должно случиться, и когда случится - лучшее будущее для страны, а возможно и мира, все еще зависит только от меня. Никто не сможет ничего изменить, кроме меня.