Благодатный мир (СИ)

— Тоже верно, — нехотя согласился Юрий.
Вот оно как на самом деле получается. Какой там долг перед господом. Всё гораздо банальней: отец Кондрат старательно отрабатывал взятку отца Анастасии.
— Такое отношение родного отца задело меня, — Анастасия поморщилась, будто надкусила очень кислый лимон. — Особенно то, что он сам назвал меня «толстой дурнушкой». Но это было только начало.
Я изо всех сил старалась не обращать внимания, однако назойливая жалость окружающий всё равно упорно лезла из всех щелей. Ещё бы! Ведь в глазах стариков я уже превратилась в старую деву. Сам понимаешь, что это значит.
— Конечно понимаю, — Юрий кивнул.
Суровая жизнь в таёжной глуши, натуральное хозяйство. Никаких пенсий, никаких медицинских страховок и пособий по утрате трудоспособности. В таких условиях семья важна как никогда. Ведь кто ещё будет заботиться о престарелых родителях, если не их дети? Да и в любой семье работники нужны. Сам Юрий с малых лет помогал родителям по хозяйству. Сперва матери на огороде грядки пропалывать, а уже после отцу в поле пахать и сеять. Не говоря уже о том, что чистка хлева стала его постоянной обязанностью.
Не удивительно, что заветной мечтой каждой без исключения деревенской девушки была надежда удачно выйти замуж. А если по тем или иным причинам не получалось, то незамужняя девушка превращалась в старую деву, в обузу для родителей. А это позор, тяжкий позор. В иных условиях Анастасии и в самом деле только и оставалось, что утопиться или повеситься. И такое бывало, пусть и очень редко. Ведь самоубийство — тяжких грех.
— Только окончательно меня добило даже не это, — заявила Анастасия. — В то поганое утро мать отправила меня за водой к колодцу. Хотела сама пойти, но что-то там у неё не сложилось. Ну, ты сам знаешь, что это такое.
— Конечно знаю, — Юрий усмехнулся.
В Вельшино всего один хороший колодец с питьевой водой. Обычно к нему ходят женщины. Не удивительно, что вокруг него сложился своеобразный клуб любительниц поболтать и посплетничать. В своё время, не раз и не два, отец посылал Юрия к колодцу, но не с вёдрами за водой, а за матерью, которая там опять языком зацепилась.
— В общем, — Анастасия поджала губы, — у колодца я встретила Наталью Толстоброву, мать моей подруги, всю в слезах. Оказывается, Ольга сбежала минувшей ночью. Тихо выбралась из дома и дала дёру. Наталья Толстоброва сама видела, как Ольга нырнула в кучу земли возле церкви. Наталья не испугалась, включила режим «Призрак» и бросилась следом в Портал. Да только в Главном меню, кроме Администратора, никого более так и не нашла. Ольга пропала, начисто, — Анастасия повела руками.
— Как это пропала? — не понял Юрий.
— А, ты не в курсе, — Анастасия улыбнулась. — Это уже потом точно выяснилось. Я не понимаю, как оно там работает и как вообще такое возможно. Но если зайти в Портал за кем-нибудь следом, то всё равно окажешься в Главном меню один. Ну, не считая Администратора. Если только вдвоём, тогда да. А если дверь успела хотя бы на миг закрыться, если только замок щёлкнул, то всё, только один. Что с Ольгой и произошло.
Виртуальное пространство, Юрий в задумчивости скосил глаза в сторону. Здесь возможно всякое.
— Так вот, — продолжила Анастасия. — Как на грех, к колодцу подошла Ворониха. Помнишь такую?
— Такую даже в самом кошмарном сне не забудешь, — Юрий кивнул. — Вздорная баба, за что её Воронихой и прозвали. А так она Марфа Васильевна, кажется.
— Да, Марфа Васильевна, — Анастасия кивнула, — она самая. Как тут же выяснилось, у неё этой же ночью сын сбежал, дорогой и обожаемый Николаюшка. Сам знаешь, как она тряслась над ним.
— Двое за одну ночь? — недоверчиво уточнил Юрий.
— Двое, — Анастасия усмехнулась, нехорошо так усмехнулась. — Это ты, на беду старикам и на радость молодым, показал, что ни куча земли, ни двери запертые никого остановить не могут. Очень многие видели, как ты сперва из закрытой церкви вышел, а потом в кучу земли нырнул и был таков. Через Портал ушёл, значит. Следующей ночью сразу пятеро сбежало.
 
— Да ну? — воскликнул Юрий.
— Вот тебе и «да ну», — передразнила Анастасия. — Ну ладно. В общем, у Воронихи любимый Николаюшка смотался. Она-то его в комнате запирала, ночью даже в туалет не отпускала. А он, паршивец, «Призрака» включил и был таков.
В общем, — Анастасия неприятно поморщилась, — Ворониха накинулась на меня с криками. Дескать, это мой муж (она так и выразилась), показал молодым, как через Портал из Вельшино сбежать можно. А всё из-за того, что он, то есть ты, на мне, толстой и дурной, никак жениться не хотел. А вот не будь я толстой и дурной, то ты охотно женился бы на мне и всё, дескать, было бы хорошо. И вот тогда, понимаешь, её любимый и дорогой Николаюшка до сих пор жил бы с ней. Да и все прочие, кто уже лапти навострил, тоже дома сидели бы.
Неприятные воспоминания отразились на красивом личике Анастасии кислой гримасой. Она будто заново пережила тот самый скандал у колодца. Юрий покачал головой, вот оно как всё вывернулось. О том, что его побег может стать дурным примером для всей деревни, ему даже в голову не пришло. Хотя, с другой стороны, рано или поздно кто-нибудь всё равно узнал бы о возможностях режима «Призрак». Так или иначе молодёжь всё равно сообразила бы, как можно удрать из Вельшино через засыпанный по самую маковку Портал.
— В общем, — Анастасия нервно сжала и разжала кулачки, — пока Ворониха и в самом деле в драку не полезла, набрала я воды и домой пошла. А на душе так погано стало, так погано. Во мне вдруг такое отвращение к Вельшино вспыхнуло. Такое. Вот уж точно, мерзкая локация, — Анастасия шумно выдохнула. — И тут, как на грех, я на площадь перед церковью вышла. А там этот Портал. Точнее, куча та, что травой жухлой по самую маковку заросла. И вот тогда я и решила, уж лучше, чем топиться или вешаться, уйти из этого поганого Вельшино. А там будь, что будет.
Кулачок Анастасии со стуком опустился на маленький столик.
— Тут, это. В общем, когда молодёжь сбегать начала, отец Кондрат распорядился, чтобы возле Портала двое взрослых каждую ночь караулили. А тут день в разгаре, возле кучи никого нет. Работать надо. Брякнула я эти вёдра тяжеленные о землю и к Порталу пошла.
Да не успела я к этой куче подойти, как из церкви отец Кондрат выскочил, глаза выпучил и руками махать начал. В общем, принялся меня адом стращать. Ну, ты знаешь, как он это умеет делать.
— Как же не знать, — Юрий кивнул.
— Отец Кондрат хотел было меня за руки схватить, да только я уже научилась этого «Призрака» включать.
— Ты научилась читать? — спросил Юрий.
— Ну, — Анастасия отвела взгляд, — не то, чтобы хорошо и быстро, но худо-бедно научилась. Моих знаний вполне хватило, чтобы разобраться с режимом «Призрак» И научиться его включать. Так вот.
Отец Кондрат хотел было меня за руки схватить, да не получилось у него ничего. Но тут на его визги народ сбежался. Признаться, струхнула я и остановилась. Может статься, так бы и не ушла из Вельшино. Ну, в тот раз не ушла бы. Да тут на площадь Ворониха выскочила. Я глянула на неё, а лицо у неё аж красное от злости. Пока все остальные кричали, чтобы я одумалась, Ворониха так эдак от себя руками машет, дескать, проваливай. В общем, «уговорила» меня Марфа Васильевна. Крепко уговорила. Несколько позже я сообразила, что прямо сквозь отца Кондрата прошла, тот лишь бессильно руками захлопал.
А остальное, думаю, тебе и так понятно. Куча, что Портал накрыла, словно разрезанная показалась. Подошла я к двери, ручку повернула, и-и-и в Главном меню оказалась. Дверь едва хлопнула, как я опять в три ручья разревелась. Однако обратно так и не повернула. Всё мне казалось, что Ворониха у кучи стоит и руками от себя мне так и машет, дескать, проваливай, проваливай.
Администратор мне квартиру в Новосибирске 2.0 предложила, это базовая локация «Мегаполис». Мне тогда без разницы было, куда, ну я и согласилась. Потом привыкла на новом месте, вжилась, да только тайга надоела мне. Вот и тогда я о тебе и вспомнила. Благо поняла тебя и простила. Мне теперь самой это поганое Вельшино поперёк горла встало. Ни за что туда не вернусь.