Рыжий 2 (СИ)
Менялся я с ними уловом частенько, ибо бабуля вошла во вкус и просила раков постоянно. Пацаны же рыбу сбывали какому-то деду Матвею, который хорошо за неё платил и делился бензином для их мотоцикла.
…..
Почти в конце августа, бабушка созрела на поездку в Москву за кладом. Пришлось созваниваться с хозяйкой кресел по межгороду и договариваться на ближайшие выходные о встрече. Договориться-то я договорился, но то, что конец августа, у меня из головы вынесло напрочь. Билетов в железнодорожной кассе на нужные даты не было.
— Мальчик, я еще раз тебе повторяю, плацкарта и купейных до Москвы на девятнадцатое августа нет, — прохрипел женским голосом динамик, закрепленный сбоку от окошка кассы.
— А в мягкие есть? — задал я новый вопрос под недовольный гул очереди, торопившейся купить билет.
Кассир защелкала клавишами аппарата, скорее всего АСУ «Экспресс-2»,***** и через пару минут ожидания выдала ответ:
— Есть. На «Тихий Дон». Двадцать восемь рублей за одно место, — от величины названной суммы за билет, народ за моей спиной удивленно притих. — Берешь? — ехидно поинтересовалась кассир.
— Да. Два. В одно купе. И сразу обратно на двадцатое августа из Москвы до Ростова-на-Дону.
— Тоже мягкие? — удивилась кассир.
— Да. Давайте. Тоже в одно купе. Сколько с меня?
— Сто двенадцать рублей. И паспорт покажи, — попросила она зачем-то, когда я протянул в окошко три полтинника.
Ну, показал.
Песня «Коногон» https://youtu.be/e6mXzBmZCP0
Скарификатор* — инструмент для прокалывания кожи, представляет собой пластинку с несколькими острыми зубцами. Используется для взятия капиллярной крови из пальца.
«Ковровец» К-175** — советский дорожный мотоцикл-одиночка, выпускавшийся Заводом имени Дегтярёва с 1956 по 1965 год.
«Коногонка»*** (жарг — головной светильник) — это профессиональный осветительный прибор, применяемый шахтерами. Название произошло от профессии коногона — рабочего, сопровождающего поезда подземной конной откатки.
Тырса**** (южнорусское) — материал дорожного полотна из молотого песчаника и ракушечника.
АСУ «Экспресс-2»***** — автоматизированная система управления резервированием мест и билетно-кассовыми операциями, предназначенная для бронирования мест в поездах дальнего следования. Платформа: ЕС ЭВМ (ЕС-1045, ЕС-1046 и др.); операционная система TKS. Набор функций: «резервирование мест, продажа билетов от 45 дней до прихода поезда на станцию назначения». Действовала на территории СССР и РФ с 1985 года по 2005 год.
Глава 17
— Жень, а что означает буква «М» в билете, — подозрительно спросила бабуля проверяя купленные мной билеты. — И почему так дорого?
Уж не знаю зачем кассир проверяла мой паспорт, но билеты продала. Билеты нам напечатали на нежно-розовом бланке с логотипом МПС СССР.* Матричный принтер на каждый билет потратил не меньше минуты. На каждом бланке было отмечено сразу по два места. Туда, первое и второе, обратно, пятое и шестое. Значит первое и третье купе.
— Это, ба, значит, что билеты в мужской вагон, — решил приколоться я. — Придётся одеть тебя в штаны и выдавать за деда. А дорого, потому-что в нём курить и пить можно.
— Ой. Как это? Ты что, специально? — переполошилась старушка.
— Ха-ха-ха. Пошутил я. Не удержался, извини. «М», это значит мягкий вагон. Других мест не было. Конец лета же. Все с отпусков возвращаются.
…..
На главный железнодорожный вокзал Ростова-на-Дону мы приехали с приличным запасом времени. А всё из-за одной старушки, которая то полгода ехать не хотела, а когда возжелала, стала опасаться опоздать на поезд.
Сидеть вместе с ней в зале ожидания было очень скучно и я отправился путешествовать по вокзалу, оставив её охранять баул с продуктами. Набрала, как будто на неделю едем.
Побродил по второму этажу, купил в ларьке «Союзпечати» сборник кроссвордов и июньский номер журнала «Дон» на почитать в поезде. Постоял и посмотрел на роскошь депутатского зала ожидания да и пошёл на крытую железнодорожную галерею. И сразу увидел знакомое лицо.
— Здравствуйте, дядя Игорь.
— Эээ, — мужик подвис и видимо силился вспомнить кто я такой.
— Я, Женя, с Азова. Ну, помните, вы на пляже меня откачивали от солнечного и удара, а потом обои помогали купить?
— Не узнал. Богатым будешь, — мужчина заулыбался и протянул руку для пожатия. — Был мелким, бледным и рыжим. А вымахал с меня уже. Так сразу и не узнаешь.
— Богатым, это хорошо. А что вы тут делаете? Едете куда-то?
— Супругу встречаю, с дочерьми. Они на море отдыхали, а я поехать не смог. А ты? Едешь или встречаешь?
— С бабушкой, по делам, в Москву. Ой, минутку, постойте, не уходите, — я метнулся к киоску «Союзпечати» и купил за рубль два последних билета денежно-вещевой лотереи. Надо же отдариться за подаренный им выигрышный билет. Часы-будильник, до сих пор исправно тикают и будят нас точно в установленное время.
— Вот. Держите. Я же вам писал, что ваши лотерейки оказались выигрышные. Желаю вам выиграть сразу много хорошего.
Как Игорь Алексеевич не отнекивался, я всё же смог вручить ему эти два билета. А тут и о прибытии ожидаемого им поезда объявили, и он, скомкано попрощавшись, поспешил на перрон.
…..
Бабуле мягкий вагон понравился. Как она сказала «едем как баре». Особенно её удивил бесплатный чай и бесплатное же бельё. Не стал её обламывать, рассказывая, что всё это уже включено в цену билета. Я не забыл предусмотрительно вырезать на дорогу несколько картонных сидушек в туалет. Мне оно и неактуально в общем, а бабуля порадовалась. Хоть вагон вроде и элитный, но советские граждане всюду норовят залезть с ногами. Так что мои изделия оказались вполне востребованы. После ужина, попробовал поразгадывать кроссворды, но скоренько их у меня отобрала бабушка, пришлось переключаться на литературный журнал. А ночью я еле заснул, даже и не знал, что эта старушка так громко храпит.
На этот раз, в отличие от моей прошлой поездки, «Тихий Дон» пришёл на Казанский вокзал. Выгрузились и пошли искать вход в станцию метро «Комсомольская». Попасть в него прямо из вокзала не получилось. Зал ожидания, из которого можно было спуститься в метрополитен, был закрыт на ремонт. Пришлось выходить из вокзала и через пятьдесят метров вновь в него заходить.
С преодолением турникетов проблем не возникло. По уверению бабули у них точно такие же стояли на проходной швейной фабрики, только бесплатные. Поэтому она смело пошла вперёд, а я, на мгновение замешкавшись, тут же потерял её из виду в толпе. Пробежался вперёд — нету. Вернулся назад и на лестнице, ведущей к красной линии метро, обнаружил пропажу, которая тоже растерянно крутила головой в поисках меня.
— Ну и куда ты побежала. Нам не сюда, — взяв её за руку потянул её вверх по лестнице.
— Так там же метро, поезда, — вырвала она руку и зло на меня зашипела.
— Это красная линия, а нам надо на кольцевую. Пойдём уже.
— А так нельзя доехать? — махнула она вниз, в сторону платформ.
— Можно. Но нам там тоже с пересадкой. С «Проспекта Маркса» на «Площадь Свердлова» надо переходить. А я там никогда не был и могу заблудиться. Я же тебе всё в поезде рассказывал. Чем ты слушала? Не капризничай, пойдем.
Следующей проблемой оказался эскалатор, перед которым она попыталась затормозить, испугавшись непонятной движущейся вниз ленты. Но это у неё не получилось. Утро, Москва, куча народа спешит на службу и на работу. Нас просто внесло людским потоком на ленту. Вниз она ехала с закрытыми глазами и судорожно вцепившись в мой рюкзак. Еле убедил её открыть глаза перед концом спуска и почти заставил шагнуть, потянув за собой.
В вагоне поезда она немного отошла от свалившихся на неё приключений. И при пересадке на станции «Белорусская» на короткий эскалатор ступила уже вполне уверенно. Слава Кагановичу, что станция метро «Сокол» была не глубокого заложения и не имела эскалаторов. Путь наверх у нас прошёл по простым ступеням. А завидя небо и солнышко, бабуля радостно заулыбалась и вздохнула с явным облегчением. Весь путь до самого посёлка художников она укоризненно молчала и только уже на подходе к искомой даче, выдала: