День (СИ)

Тут даже последний тупой солдат НАТО понял бы что к чему — массы автомобилей, в организованном порядке, рванули по дорогам на запад. Причем солдатня вела себя удивительно тихо, все безоружные, без всяких попыток мародерства. Они просто боялись — «шарики» принялись патрулировать территорию, беря под охрану носителей русского языка. Именно под охрану — над плечом Эдуарда Николаевича уже с утра висел «плазмоид». Появился он в магазине, куда старик пришел за хлебом. Перед ним полицейский не захотел пропускать русского, тот выругался, и тут же к нему на защиту явился «плазмоид» — латыша отбросила ударом тока, не убило, слава богу. Потом пострадала кассирша, что не захотела обслуживать русского покупателя. А затем везде стали гореть флаги и таблички с запретом говорить на русском языке — и вот тут все поняли, что власть в городе окончательно и бесповоротно переменилась. А затем это осознали по всей стране, а следом и в Европе — «плазмоиды» появились повсеместно, и начали планомерные атаки всех тех, кто призывал к продолжению войны или крайне плохо отзывался о русских. Причем безразлично, на каком именно языке — «шарики» понимали любой. Забавно было видеть, как во время репортажей происходили подобные коллизии — очередной политический русофоб высказывался в привычной манере, и тут же начинал корчиться от поражения электрическим током. некоторым, особенно непримиримым, не везло — плазма их обугливала. И все прекратилось — политики и народы притихли, страх разошелся по всей западной цивилизации — все одномоментно осознали, что наступила расплата, за все то плохое, что они натворили. И страшно было смотреть, что делается на Украине — если раньше ТЦК отлавливали людей на улицах, то теперь их самих стали отлавливать, и не «плазма», а обычные люди — и жутко умерщвлять…
Современный аналог средневековых способов призыва на службу — «отлов будущих ландскнехтов»…
 Глава 56 
— Сегодня в полдень по московскому времени всем теле и интернет каналам мира будет показано потрансляции онлайн выступление президента Российской Федерации, о чем на экранах будет стоять табличка…
После слов диктора в кабинете наступила тишина — трое собравшихся джентльменов обменялись короткими взглядами, в которых была впечатана тоскливая обреченность, перемешанная с жуткой безысходностью. Такие вот пустые, ставшими белесыми глаза, бывают у людей, которые осознали, что жизнь окончена, а вот смерть неизбежна, причем весьма скорая, и отнюдь не мучительная — при этом быстрая.
И это единственная возможность, оставшаяся привилегия, которой еще можно воспользоваться — что они и сделали сейчас!
А ведь совсем недавно, всего три дня тому назад они чувствовали себя властителями мира, и на то у них были веские причины — их страна достигла вершины своего величия, а они, как и другие знающие, стали самыми настоящими вершителями судеб человечества. Но кто же тогда знал, что удержаться на вершине не удастся и полных суток, после чего придется скатиться с вершины абсолютной власти. Нет, не так — полететь в бездонную пропасть как сейчас они, понимающие, что пикируют как ястребы вниз, сложив крылья, только прекрасно зная, что расправить перья не смогут, да и «крылышки» обломились и косточки выломаны. И лишь тоскливое ожидание шмяканья о камни, что встретят их в самом низу.
И это вполне заслуженная награда за тот невероятный риск, который они допустили и привели к полному краху плоды труда сотен людей за три минувших века. А такого менеджерам их настоящие владельцы никогда простят, и обязательно накажут даже в свой последний момент жизни. А вместе с ними под раздачу попадут и многие другие — штрафы, пусть даже в такой форме, за плохо выполненную работу, вещь неизбежная, особенно когда сами хозяева полностью разорились, став полными банкротами. В том самом состоянии, когда выпрямить ситуацию невозможно, и остается только покончить счеты с неожиданно опостылевшей жизнью. Да и как жить дальше влиятельному рабовладельцы, по одному знаку которого могли просто забить насмерть любого раба, сидя в эргустале, и ожидая что в него сейчас ворвутся для сведения счетов освобожденные рабы. Тут бы быстрее самому умереть, чтобы не познать мучительную гибель в руках тех, кого ты презирал раньше, не ставя ни в цент, относясь с нескрываемым презрением.
  
— Джентльмены, помянем самих себя — мы сделали все что смогли. Но кто же знал, что вмешается третья сила, противостоять которой никто не сможет. У нас есть еще четверть часа, потом яд начнет действие, и лучше быть выпившим. Так что поднимем бокалы.
Все трое выпили выдержанный виски большими глотками, допивая вторую бутылку. Сигарный дым поднимался густыми клубами — теперь о сохранении здоровья думать не нужно, для чего оно в такой ситуации. Совсем ни к чему, хотя о продолжительности жизни «рептилоиды» всегда проявляли большую заботу, пуская «простецов» на донорские органы для их пересадки. Да и к чему тратить деньги на лечение раненых и калек, что воевали за них на Украине — лучше извлечь из них прибыль. А потому тысячи несчастных солдат, привозимых в германские клиники, там без всякой анестезии прощались со своими почками, печенью, сердцем и прочими органами, которые шли на удовлетворение действительно жизненно важных установок их настоящих владельцев. Но сейчас за этот преступный без всяких кавычек бизнес ответят простые «стрелочники» — всех врачей-убийц уже сдали, их фамилии в открытом доступе. И помирать они сами будут мучительно — их самих пустят на разборку организмов.
— Какой мерой меряли, такой и нам отмерят, — с усмешкой произнес один из собравшихся, не скрывая цинизма. — Мы сами выгнали русских из всех международных организаций и договоров, теперь у них руки полностью развязаны. И они сотворят все, что придет в голову.
Джентльмен остановился — в панорамном окне на сороковом этаже небоскреба промелькнула тень. Это еще один банкир пролетел — позавчера был миллиардером, вчера стал миллионером, а сегодня нищим. Вся страна стала в одночасье банкротом — доллары превратились в ничем не обеспеченные бумажки, вернее обеспеченные исключительно долгами, которые на протяжении века теперь предстоит выплачивать как минимум четырем поколениям американцев, лишенных всех социальных выплат, включая пенсии, медицинских страховок, привычного образа жизни, к которому привыкло все население. А потому от сурового наказания никто не уйдет — с теми, кто довел страну до ручки, поступят со всей жестокостью.
Да и страны уже нет как таковой — Техас уже выскочил, как пробка из бутылки шампанского, уже начали сколачивать вторую Конфедерацию — «южане» сообразили, что их ждет, как и на Гавайях, где объявили о независимости. Впрочем, Аляска уже попросила покровительства Гипербореи — благо все же бывшая русская территория.
— Еще один полетел, нет двое. Так, еще трое… Как в «Великую Депрессию». Пока сами прыгают, потом выбрасывать начнут — здание уже оцепили.
Джентльмены рассмеялись, похожие самоубийства сейчас идут в Европе — там тоже пошли массовые изменения, после того как бывшие страны НАТО капитулировали, причем безоговорочно. Закончилась глобализация, теперь наступит то, что русский президент назвал коротким и непристойным словом из шести букв, зато удивительно верным и точным. Можно только добавить, что этот «конец» нужно будет назвать «великим», потому что через двадцать лет на все разоренные англо-саксонские страны придет ледниковый период — северный полюс как много тысяч лет тому назад окажется в Гренландии, а там такое начнется, о чем и думать не хочется. Да и поздно уже — по всему зданию пошел шум, и стало ясно, что события приняли ускоренный характер, и яд не успеет подействовать. А потому один из джентльменов без слов раскрыл широченное окно, и шагнул вниз, не издав звука. Двое других переглянулись, но решительно пошли в бездну, и в этот момент дверь в кабинет стали с ужасающим грохотом выламывать…