Испытание верностью (СИ)
Женщина согласилась, утвердительно поддакнув, что так оно и есть.
— А чего это вы такой измученный? — сменила тему, завязывая белоснежный фартук.
Егор нахмурился, уперев в меня пристальный взгляд, предупреждая молчать. Но я не «послушалась». Выдала заботливой Фрекен Бок всё, как на духу.
— Так заболел ваш касатик. Температура под тридцать девять была. Вы бы бульончиком его отпоили да чаем с мёдом.
Домработница всплеснула руками:
— Мама дорогая! Конечно, конечно, сейчас всё будет. Вы не волнуйтесь, Лидия Ивановна, мигом поставлю на ноги.
Егор сощурил глаза и, кивая головой, прикусил нижнюю губу. Я поняла, что за подобное своеволие грядет расплата. Но я так же знала, что пока Федоровна громыхала кастрюлями и шумела водой, расхваливая свойства приготовленных собственноручно целебных настоек, эта расплата повременит.
* * *Илонка захлопнула дверцу холодильника и поставила на стол бутылку красного сухого вина. Я рассказала о сегодняшней встрече с Удовиченко, упустив болезненные моменты, потом вкратце пересказала поездку к Студинскому, и ей срочно захотелось выпить.
— Дура ты, Лидка, самая настоящая дура.
— А кто мне подсунул этого маньяка? — взорвалась я. Ладно, сама виновата, хотела как лучше, но и она молодец, ничего не скажешь.
— Да я не о Тимуре сейчас.
— А о ком?
— О Егоре. Если бы я была на твоем месте, то без раздумий отдалась ему. С твоих слов я поняла, что у него там ого-го-го…
— При чем тут это? Счастье не в размере кошелька и члена.
— Это ты так считаешь. Я же думаю иначе.
В граненый стакан полилась рубиновая жидкость, рядом легла шоколадка «Алёнка».
— Лид, вот если по-нормальному, — Тимохина протянула стакан, и я без настроения цокнула своим, — что тебе стоит ему отдаться?
Я сделала глоток и отломила кусочек сладости.
— Перед смертью не надышишься, — изрекла поучительно.
— Ха! Тут я с тобой поспорю. Иногда одного единственного глотка хватит на пускай и мучительную, но такую сладкую агонию. Ты не представляешь, чего лишаешься.
Что мне представлять? Я сегодня едва не испытала её, чуть не отдавшись ещё там, на диване.
— Какие красивые слова. Ты там не надумала случайно полевачить?
Тимохину я знала как саму себя. Дыма без огня не бывает. Неужели нашла замену Колобку? Подружалька заговорщицки подмигнула и отхлебнула вина.
— Случайно надумала.
— Ииии… кто он? Что он?
— Вадим Бижко, декан твоего факультета. Прикинь, как жизнь может завернуть, а?
Я поперхнулась. Илонка бросилась стучать по спине.
— Ты с ума сошла? Он ведь женат! Опять на те же грабли. Не боишься, что твой прознает?
Зелёные глаза опалили холодом:
— Пускай попробует хоть пальцем тронуть, я ему такое устрою. Всё, Лидок, мне надоела такая жизнь. Надоело таскаться за человеком вдвое старше меня и постоянно слышать, что я ему должна, как земля колхозу. Достало. Ещё прикинь… жена его заявилась на днях в салон и такой хай устроила, переполошив клиенток, что мама не горюй. Дрянь! Ты бы видела её лицо – плевалась так, что я думала водолазы не найдут. Но и я не промах, вырвала приличный клок волос. У нас и раньше были потасовки, но эта… полный аут и знаешь, вот всё могу понять, но скажу тебе одно – если мужик пошёл налево – изначально баба виновата.
Ну-у-у, с этим можно поспорить.
— Илон, хорошо, я тебя понимаю, но блин… опять с женатым…
Тимохина обновила стаканы, откинула за плечи пепельные волосы и уверенно заявила:
— Он разведется.
— Он лично обещал?
— Угу.
— Не знаю, не знаю. Поверю только тогда, когда отгуляю на вашей свадьбе.
— Вот за это давай и выпьем!
Выпили. В желудке потеплело. Легкое опьянение, влекущее за собой расслабленность и притупление мыслительного процесса, благосклонно подействовало на меня. Рука ныла, но уже не так сильно. Пока сидели на кухне, пришло сообщение от Егора, в котором он грозился разделаться со мной по всем статьям, а я ответила, что буду ждать с большим нетерпением.
Это всё воздействие спиртного. Оно виновато в моей развязности и игривости. А ещё Тимохина. Может, мне действительно стоит окунуться в эти сладкие муки, пока не стало совсем поздно.
Глава 12
— Вал, набери Бердника.
— С*ка, ты только посмотри на него! — не унимался Валентин, нервно меряя кабинет быстрыми шагами. — Два железнодорожных состава… Я х**ю! — протянул Егору сотовый с нужным номером. — Оно и понятно, сколько лет не давать расслабиться, у любого бы крыша поехала.
Студинский встряхнул напряженными руками, возобновляя кровообращение, и заиграл желваками. Только сейчас обратил внимание на сбитые костяшки, начавшие жечь от любого прикосновения.
— Геныч, привет, Студинский это… Если бы… Нужна твоя помощь… Ага, — чиркнул зажигалкой, прикуривая. — Когда сможешь подъехать?.. Нет, нет, я сейчас на «ТехМаше». Давай к офису на Набережной через два часа?.. Лады.
Отключился, всматриваясь в застекленный шкаф. Что там пытался увидеть?
Вал заткнулся, прекратив капать на воспаленный мозг. Удовиченко и прочих «доброжелателей» стоило прижать. Давно уже. А он всё играл в благородство. Какого вообще?..
— Установи слежку за Тимуром, — подошел к окну, чтобы стряхнуть пепел. — Я хочу знать о нем всё: с кем встречается, где отдыхает, что любит жрать и кого трахает. Не я начал эту бойню, но я её закончу.
— Только за ним?
— Пока да.
Валу не стоило объяснять, что да как, не в первой. И люди нужные имелись на примете. Но бля** в голове не укладывалось, куда могло испариться столько металлолома. Он ведь всплывет со временем, знать бы где. Не будешь ведь сейчас рыскать по стране, придираясь к каждому вагону.
Деньги… сколько денег на ветер… Перспективы не радужные – простой литейки и остальных цехов на неопределенный срок, снижение производительности, зарплаты. Что там ещё? Да дох** ещё чего. На полгода оказались в подвешенном состоянии. Колоссальный убыток, просто невероятный. Единственное, что ложилось на душу приятным теплом – что никто из сопровождения не пострадал. Ребят вырубили с ходу, не дав возможности опомниться. Только эта мысль не дала обезуметь окончательно. Что такое деньги по сравнению с человеческой жизнью? Пыль. Сегодня есть – завтра нет.
Вал уже начал прозванивать даже самые незначительные точки – всё бестолку. Именно сейчас ему никто не соберет нужный объем и ясный перец, стоимость сырья будет запредельная.
А ведь чувство, что что-то пойдет не так, разъедало изнутри ещё с утра. Паршиво, что не прислушался до конца, сосредоточив внимание на качестве вместо количества.
Он только оболочкой присутствовал здесь, мыслями же… мыслями был далеко. И без причитаний Дударева прекрасно знал, что это наезд чистой воды. Вот только не у него одного имелся крупный промышленный завод, и не он один метил в мэры. Неужели Вал прав и придется наносить ответный удар, возвращаясь в недалекое прошлое? Проблема в том, что если это Удовиченко, то его не так просто устранить. Одного выстрела мало. Подозрения сразу упадут на Егора, и подобная огласка могла изрядно пошатнуть и без того расшатанное положение.
Умом понимал, надо просчитать каждый шаг и придумать хоть какой-то план по защите завода. И дураку понятно – его начали топить. Медленно, но уверенно. Но как?.. Как узнали о точном времени поставки, если он сам в последний момент специально перестраховался, изменив запланированные восемь утра на три часа дня?
— Крыса! Я говорю, среди нас есть крыса, — продолжил возмущаться Валентин и ударил кулаком по столу. Лида, вошедшая в этом момент с кофе, дернулась, едва не розлив жидкость и изменилась в лице, моментально побледнев.
— Ты кого-то конкретно подозреваешь? — Егор проследил за девушкой, передавшей ему чашку дрожащей рукой. Видел, что в последние дни она чересчур рассеяна, не собрана. Возможно, действительно перегрузил её, требуя слишком многого. Ещё и это безумное влечение, мать бы его так, ничего не мог собой поделать, постоянно хотелось ощущать её рядом, не зависимо от времени суток.