Под покровом ночи (СИ)

Однако все мои планы накрываются медным тазом, когда я вижу Грозного и слышу, как он ее называет. Кажется, я на мгновение угожу за грань и, искупавшись в дьявольском котле, возвращаюсь обратно, наполненный свирепым желанием уничтожить соперника. Впрочем, уничтожают в данном случае меня. Аврора, когда швыряет телефон и удаляется с этим мудаком. Ну вот и в ней потихоньку просыпается сука. Я прекрасно понимаю, что это очередная провокация. Женщина — это очень капризное существо. Она будет упрямо топать ножкой, чтобы все ее желания осуществились. Или же готова сгореть дотла ради того, чего требует чуткая душа. А, не добившись своей цели, она воскреснет из пепла и превратит твою жизнь в ад. Что и делает моя кареглазая чертовка. Но она заходит на ту территорию, где я не в силах помочь. Слишком опасно. Слишком многое стоит на кону. А еще я теряю возможность отслеживать ее, и сейчас это ой как не вовремя.
  
Глава 24
 
Соломон
Как там говорят, судьбоносная встреча? Именно это можно сказать о неугомонной девчонке, которая будто преследуя меня, сейчас вновь стоит напротив. Случайность? Возможно. Ну, по крайней мере, взгляд у нее как у побитой собаки, которую бросили в клетку с тиграми. Правда, она не дает мне вдоволь насладиться своей растерянностью. Стоит отдать ей должное за столь быстрое перевоплощение в стерву. И, конечно, такая прекрасная особа не остается без внимания. Ее платье буквально кричало, чтобы девчонку трахнули прямо в випке. И реакция окружающих не заставила себя долго ждать. Когда Саид притянул ее к себе, у меня внутри словно сработал звоночек, оповещающий, что трогают мою собственность. Бедная шлюшка, сидевшая на моих коленях! Завтра будет вся в синяках, но она молодец, даже не подала вида. Ведь Соломона Грозного никто не хочет расстраивать. Да, я позволяю смотреть на свое, но трогать — нет. А эта девчонка — моя игрушка, и кавказцу придется поискать себе другую жертву. Саида я знаю давно, как и его методы запудривания девичьих мозгов. Однако Аврора удивляет меня, не побоявшись отшить косматого дагестанского зверя. Впрочем, и он не теряет хватку, предлагая ей выпить. Боюсь даже представить, что он сотворил бы с ней, если бы я не вмешался. И снова мышка демонстрирует свой сучий характер. Я делаю вид, что спустил ей это с рук. Вызываю администратора и даю ему указание усадить ее у барной стойки так, чтобы я мог видеть. Не забываю предупредить, что девочка под моей защитой. Порываюсь еще распорядиться не брать с нее денег, но вовремя останавливаюсь. Тогда Аврора точно догадается, чьих это рук дело, а мне нужно, чтобы она дождалась меня.
Однако когда ее хватает какой-то долбоеб, внутри все вспыхивает алой зарей, ослепляя меня. Он закидывает мою мышку себе на плечо, и оставаться в клубе я больше не могу. Начинается игра. А я очень люблю веселье. Когда же понимаю, что это ее бывший, решаю немного подергать за ржавые струны, подбрасывая поленьев в огонь между ними. Мужик бросает на меня презрительные взгляды, словно раскаленные молнии и едва не дымится, как вспыхнувшая спичка, которую я потушил своим появлением. И это не может меня не радовать. Я не особо уловил диалог, да мне, по сути, и насрать на подробности их разборок. Но игра стоит свеч, потому что мышка сбегает ко мне. Я занимаю свое законное место на пьедестале победителей и уже мысленно везу трофей к себе в логово.
Подталкиваю мышку к мотоциклу.
— Я. На это. Не сяду, — срывается с ее одуряюще полных губ.
— Сядешь! — непоколебимо осекаю ее.
Она мечется в поисках бывшего, которого уже и след простыл. Стоит, трясется как осинка. Накидываю на нее свою косуху, и Аврора вздрагивает от неожиданности.
— Ты вечно шляешься раздетая, — раздраженно отчитываю ее.
В ответ она напоминает об оставшихся у меня дома вещах. Наивная дурочка! Которая, кстати, стащила мой любимый костюм.
— Я все равно не могу поехать на мотоцикле, детородные органы мне еще пригодятся.
 
Девчонка нагло задирает платье, демонстрируя ажурные резинки чулок. Маленькая дрянь вышибает меня напрочь. Мне приходится приложить неимоверные усилия, чтобы не подхватить ее за оголенную попку и не отыметь прямо на мотоцикле. Но, заметив мой взгляд, она тут же идет на попятную и одергивает платье. Только вот мой член ложиться обратно не собирается.
Вызываю машину и притягиваю мышку к себе. Мы забираем ее вещи из клуба и тут же прыгаем в тачку. Девчонка задолжала мне действие, но она его не выполнила. Что ж, придется показать ей, что я делаю, когда играют не по моим правилам…
Хватаю ее и тут же усаживаю к себе на колени. Она бунтует, выпуская наружу острые коготки. Ведет себя как дикая пантера. Но мое терпение уже на исходе.
— Я слышал, у тебя сегодня день рождения, — говорю, начиная вырисовывать на ее бархатистой коже незамысловатые узоры и задевая ажурную резинку чулок.
— Я бы предпочла сидеть на своем месте, — чуть не скрипя зубами, шипит девчонка. Ее тело не подчиняется мне. Как жаль, что глупышка не догадывается о том, что ее место на моем члене.
— А я бы предпочел поздравить тебя. — Ловким движением наматываю резинку ее атласных трусиков на кулак и грубо срываю их.
— Нет! Не смей меня трогать! — На ее лице вспыхивает возмущение, девчонка пытается сделать мне больно, но работает это против нее же самой. Меня это только забавляет.
— Послушай, будешь меня раздражать, выебу силой, — твердо даю понять, что мое терпение на исходе.
— А сейчас это как называется? — пищит мне в лицо глупышка.
— А сейчас это называется «сучка набивает себе цену»!
— Нет. Ты ошибаешься! — злобно шипит, словно кобра перед броском. — То, что произошло в ту ночь, поверь, всего лишь действие таблеток! В нормальном состоянии я никогда бы этого не сделала и уж точно не получила бы от этого удовольствия!
Это была последняя капля. Больше всего на свете я не переношу, когда мне лгут. Особенно глядя в глаза. Ее смелость меня порядком раздражает. Обвиваю руки вокруг тонкой шеи и рывком притягиваю ее к себе, сокращая и без того мизерное расстояние между нами.
— Ты реально бесстрашная или просто настолько тупая? — Я прижимаю ее испуганное личико так близко, что когда испускаю рык, касаюсь зубами нежной кожи. — Думаешь, я вечно буду терпеть твой острый язык? — Раздраженно скидываю с себя девчонку. — На колени! — требую непререкаемым тоном.
В моем голосе чувствуется неограниченная власть. Я больше не в силах скрывать злость. Девчонка забивается в угол и округляет свои большие глазки, но, по всей видимости, подчиняться она не намерена. Я же джентльмен, помогу принять даме нужную позицию. Хватаю за волосы, дергаю ее вниз и ставлю между своих ног на колени. Прекрасно понимаю, что сделал ей больно, но Аврора не произносит ни звука. Гордая сука. Ничего, сейчас я слегка поумерю ее пыл.
— Пора показать тебе, как я обращаюсь с теми, кто пренебрегает моим хорошим отношением.
Расстегиваю ремень, а ее глаза начинают судорожно бегать по сторонам. Она отчетливо осознает, что ей предстоит. Ну, девочка, если такая смелая дерзить, будь смелой до конца, и отсоси. И тут ее броня, наконец, ослабевает, и Аврора умоляет меня не делать этого. Я выпускаю на свободу окаменевший член, ощущая дикое облегчение, все же в штанах ему было очень тесно. Девчонка закрывает личико ладошками и начинает лить слезы. Но, как говорится, слезами горю не поможешь. Я, знаете ли, очень люблю мотивировать людей. Поэтому в качестве мотивации приставляю к ее виску пистолет. Когда холодное дуло касается ее кожи, мышка вздрагивает.
— Не разводи мне тут сырость, открой рот и получи наказание за свой острый язык.
Сейчас мой голос искажен от злости, совсем не похож на человеческий. Он звучит так, словно сам дьявол решает судьбу гордой девчонки. Такого она от меня еще не слышала.
Однако несмотря ни на что в ее взгляде я замечаю брезгливость. Меня это жутко бесит. Да любая сучка исходит слюной и готова задохнуться, но мой член не выпустит изо рта. Эта же стерва всем своим видом демонстрирует отвращение, которое сливается воедино с ненавистью ко мне. К сожалению, я не успеваю привести наказание в действие. Нас прерывает оглушающий звук выстрела. Машину начинает кидать из стороны в сторону.