Штурмовик Империи (СИ)
— Сюда бы кого-нибудь с хозяйственностью нашего вахмистра, — Карелин снял каску и вытер лоб. — Зуев пока все не утащит к себе в закрома не успокоится. Вот и нам такой же нужен.
— Не отвлекайтесь. Быстрее грузите ящики в выбранные машины и мы, наконец, покинем сей гостеприимный город. Что у вас, сотник?
— Все просто отлично. Станция повреждена, как и телеграф. Полицейский участок вместе с комендатурой мы закидали гранатами. Половина сотни продолжают шуметь и отвлекать внимание, а остальные вам сейчас помогут с погрузкой, — с довольным взглядом Глебов окинул склады и отдал приказ своим казакам.
Казаки грузили машины с большим энтузиазмом. Долю им, в любом случае, придется дать. Казаки… тут ничего не поделаешь. Правда первые выстрелы на соседних улицах заставили «грузчиков» ускориться даже без вмешательства командиров. Вскоре прибыли и сами казаки с плохими вестями. Кто же знал, что первые эшелоны с солдатами уже успели прибыть в город и встали в нескольких километрах от города на постой, чтобы не смущать жителей. Мда, повезло.
Вскоре звук выстрелов приближался все ближе, и погрузка на этом закончилась. Надо достойно встретить гостей. Казаки постепенно отступали к заранее подготовленным позициям у склада. Из мешков и ящиков получились не самые плохие огневые точки, а хищные стволы пулеметов готовы были в любой момент ужалить тысячей пуль. И вскоре настал именно такой момент.
— Огонь!
Пулеметы, выплюнув рой пуль, смели с улицы не ожидавших такой теплой встречи немцев. Немногие счастливчики спрятались за зданиями в ожидании подкрепления и новых приказов штурмовать наши позиции.
Недолго живет штурмовая пехота
Вот только мне нравится эта работа
Бронебойный напарник не подведет
Крупнокалиберный пулемет!
Начало песни Пламенева само всплыло в голове. Крупнокалиберный пулемет мне бы сейчас точно не помешал… враг прет вперед, несмотря на потери. Позже к стрекоту Максима присоединились очереди из Мадсенов, что резко остудили горячие головы немцев. Единственный снайпер группы засел на крыше склада и стрелял по вражеским офицерам. По злобным выкрикам похоже успешно. Правда лишь вопрос времени, когда противник подтянет артиллерию и начнет стирать нас с лица земли. Вряд ли после больших потерь немцев остановят собственные склады.
— Ваше императорское высочество, мы долго не продержимся, — подтвердил мои мысли сотник. — Надо либо прорываться в город, либо отходить по полю.
Бойцы и казаки смотрели на меня ожидая приказа. Проехать по бездорожью груженые машины скорее всего смогут, но не факт, что не застрянут где-нибудь. С другой стороны, городской бой это точно не то, что мне сейчас нужно.
— Склады готовы к подрыву?
— В любой момент. Взрывчатка, снаряды и топливо дадут дополнительный эффект, так что здесь любой справится у кого руки растут из нужного места.
Мне нужен этот сапер. Спокойный, как скала и знающий свое дело.
— Отходим. Петр Афанасьевич, ваша задача прикрыть наш отход. После чего взрывайте все мосты за нами. Как пользоваться шашками знаете или саперов дать?
— Есть у нас специалисты, да и сам немного разумею.
— Хорошо. Еще отправьте несколько человек вперед. Пусть нас встречают. Мы, конечно, передали сообщение, но мало ли… Подпрапорщик, а вы подрывайте заряды сразу же, как только мы отъедем. Казаки вас прикроют.
В последнюю неделю дождей не было, поэтому машины без проблем проехали по сухому грунту. Взрывы выглядели очень красочно, но я был непреклонен, несмотря на все просьбы кинооператора. Времени у нас нет. Пять машин, загруженных под крышу тента и одна с раненными, постепенно отделялись от небольшого городка в сопровождении полусотни казаков.
Дерзко и нагло даже для меня. Сейчас только бы спокойно доехать до позиций наших войск и не встретить противника… и через полчаса я уже ругал себя за подобные мысли. Накаркал.
— Нагоняют, — доложил сотник. — Как бы не целый кавалерийский полк за нами отправили.
Чертовы допотопные машины. Скорость, как у каракатицы.
— Стой! Саперов ко мне позовите.
— Звали? — подошел подпрапорщик, не дожидаясь, когда позовут.
— Заминировать… заряды заложить на поле перед нами сможете?
Шанс, что нас будут атаковать в лоб не сказать, что большой, но чем черт не шутит.
— Теоретически да. Практически не уверен. Слишком много нюансов. Мин у нас с собой нет, а проводов немного осталось. И ста метров не будет.
Минное дело сейчас ограничено созданием минных галерей для подрыва оборонительных укреплений, но мины очень полезная в хозяйстве вещь, учитывая сколько она уносит жизней. Делает людей калеками, а это очень сильно влияет на моральное состояние солдат.
— Закладывайте все заряды, что у вас есть. Карелин, ставьте машины в ряд и ящики между ними с пулеметами. Будем встречать противника на наших условиях.
Два десятка взятых со склада немецких пулеметов станут нашим главным сюрпризом, но тщательно выстраиваемая оборона не пригодилась. К нам навстречу выскочили казаки из Донского полка и отпугнули преследователей. Распоряжение генерала Флуга было как никогда очень кстати. Так что да Калиша мы добрались под эскортом из почти тысячи казаков.
По дороге нам встретился 3-й сибирский корпус под руководством генерала Радкевича, что серьезно окапывался в тридцати километрах за Калишем. Здесь еще никому в голову не могло прийти, чтобы из города устраивать арену сражений. Позже все поменяется, а пока армии в основном встречались за городом или в небольших поселениях. Исключения, конечно, были, но не массово.
— Сотник, как вы смотрите на то, чтобы и дальше продолжить наше сотрудничество?
— Я только за, да и опытные казаки говорят делай, что хочешь, но уговори великого князя взять нас к себе. Удача за ним, да и дуван хороший, — пригладил усы сотник.
Вкус добычи почувствовали. Марки им выделю попозже. Военное имущество и самому пригодится.
— Вот и договорились. Я поговорю с генералом Флугом, чтобы вас перевели приказом через штаб армии.
— Благодарствуем, ваше императорское высочество. Мы не подведем.
В штабе десятой армии я вместо Флуга встретил Ренненкампфа, которого все-таки назначили командующим Северо-Западным фронтом. Не зря я страдал несколько часов с больной головой. Новый командующий фронтом как будто скинул десяток лет, а в лазах горел огонь. Надеюсь, я не ошибся в своем выборе.
— Благодарю за оказанное доверие, ваше императорское высочество. Постараюсь, оправдать ваши ожидания, — поклонился Ренненкампф, когда мы остались наедине.
— Пустое, Павел Карлович. Я лично видел ваши таланты в военном деле. Они превосходят многих, что просиживают штаны в Ставке.
Не сказать, что он военный гений, но хотя бы совсем глупых ошибок не допускает.
— Каким вы видите наше сотрудничество?
— Мне важно, чтобы вы сохранили солдат и создали устойчивую линию обороны. Несколько рядов колючей проволоки, уходящей в даль. За ними блиндажи, бетонные бункеры и бесконечные ряды окопов. Десятки линий обороны. Пристреленные позиции тяжелой артиллерии и пулеметы на каждые пятьдесят метров. Желательно без выхода наших войск из Варшавы. В ином случае растянуть коммуникации противника, измотать его боями и снова сохранить собственные войска.
Победа в маневренной войне, по мне так, изначальна была практически недостижима с имеющимися возможностями русской армии. Немцы и австрияки при необходимости закинут телами и легко обрушат наши тылы концентрируя силы в одном месте. Единственный вариант победы на истощение кого насколько хватит без бессмысленных наступлений и неподготовленных отступлений. Хотя… если бы не февраль и октябрь немцы к концу семнадцатого или началу восемнадцатого все равно бы сдались. Кушать всем хочется.
— Вы рисуете передо мной страшную и кровавую картину. Большинство генералов русской армии выходцы из кавалерии и ваши пожелания будут восприняты в штыки, — осторожно высказал свои мысли Павел Карлович.