Штурмовик Империи (СИ)
— Мне многое рассказывали о тебе, Дмитрий. Прибывший за новым назначением хан Нахичеванский всячески хвалил тебя, а некоторые ругают и требуют непременно наказать. Ты не побоялся пользоваться своим высоким положением и моим личным отношением к тебе, чтобы влиять на действия генералов в боевой обстановке. Что ты можешь сказать в свое оправдание?
— Генералы редко, когда хотят брать на себя ответственность, ожидая приказа на любое свое действие, а назначенный командующий фронтом генерал Жилинский и вовсе вел войска в ловушку, не зная текущей обстановки. В итоге все закончилось намного лучше, чем могло быть.
— А ты значит не боишься? — пристально посмотрел мне в глаза император и усмехнулся в усы. — В таком случае, мне приятно слышать, что ты как мой воспитанник подаешь большие надежды. Какие у тебя дальнейшие планы, Дмитрий?
Так самое опасное позади и наступил момент истины.
— Я хочу вернуться на фронт и заняться созданием подразделения штурмовой пехоты. Пока у меня небольшой отряд, с которым мы разрабатываем методику подготовки и выбираем лучшее снаряжение…
— Кавалерия, артиллерия, морское дело, но обычная пехота⁈ Для Романовых это непозволительно, — возмутился Николай.
Всю жизнь в пехоте отмотал. Какой из меня кавалерист или тем более моряк.
— Применение кавалерии на Северо-Западном фронте показало, что окопавшаяся, по всем правилам военной науки, пехота может сражаться наравне даже против гвардии. Война будет невероятно кровавой, поэтому Романов в пехоте обязательно поднимет настроение среди нижних чинов. Если вы сможете оказать какую-либо поддержку, я буду вам благодарен.
— Достойные слова. Подай документы в мою канцелярию, и я посмотрю, что можно будет сделать. Надеюсь, дядя знает, что делает…
Пусть император будет думать, что я действую от имени великого князя Николая Николаевича, а мой непосредственный военный начальник, наоборот будет думать о невидимой руке Николая. Так и будем жить, пока не поймают.
— Государь, могу я вас попросить рассмотреть еще одну мою просьбу. Прошу вас запретить действия, порочащие достоинство русского солдата. Вывески, запрещающие посещение нижними чинами торговых помещений, парков и набережных, а также использование общественного транспорта — это истинное зло. Сравнение с собаками вам не простят, хотя вы не имеете к этому никакого отношения!
Николай хмурился, двигая бровями, и поглаживал свои усы. Он застрял в том мире, где вся власть от бога, а в его мыслях жители империи обожают своего царя.
— Ой, Дмитрий! Я и не знала, что ты вернулся с фронта, — неожиданно раздался женский голос.
Худенькая девушка с короткими волосами и любознательными глазами смотрела прямо на меня с каким-то скрытым волнением. Ольга Николаевна Романова — старшая дочь императора. Не сказать, что она красавица, но в ней чувствовалась обычная добрая девушка, да и у Дмитрия к Ольге были самые чистые чувства.
— Ольга, ты с каждым разом все прекрасней. Безумно рад тебя увидеть после стольких дней разлуки. Можно сказать моя мечта, наконец, сбылась!
По тому, как скривился император, и покраснело лицо его старшей дочери, я понял, что рана еще не успела зажить. Не знаю, зачем мне это надо, но чувствую, будет весело.
— Дмитрий, к сожалению, нам с Ольгой надо навестить раненых в госпитале, — встал со своего кресла императора. — Приглашаю тебя в пятницу на семейный обед. Смотри, не опаздывай, а то Алексей мне не простит твоего отсутствия.
— Пока вы мне не пообещаете заняться рассмотрением моего вопроса, я никуда не уйду!
— Что случилось? — спросила Ольга, направляясь к нам.
— Ничего, Ольга, я тебе позже расскажу. Хорошо, Дмитрий, я обсужу сегодня вечером данную проблему с Александрой Федоровной и… впрочем, неважно.
Император под руку со своей старшей дочерью направился на выход. Да или нет? Обернулась. Ха, а жизнь понемногу налаживается, хотя император подтвердил мои самые худшие прогнозы. Сам он уже давно ничего не решает или боится брать на себя ответственность. В этом плане утверждение «ночная кукушка перекукует дневную» работает в полной мере, а если добавить скорое усиление влияния Распутина…
Возвращаясь из Царского Села, заметил вывеску оружейного магазина и решил заскочить, чтобы проверить ассортимент. Несмотря на войну, магазины не закрыли, и гражданское население вполне могло свободно купить огнестрельное оружие после получения разрешения начальника местной полиции.
Если с охотничьим гладкоствольным оружием все понятно, то стенды с боевым оружием для меня в новинку. Сразу глаза зацепились за винтовку Маузер с оптическим прицелом… двести двадцать пять рублей. Немало. Как минимум три штуки надо купить. Рядом пистолеты маузер по сорок рублей. Кольт продают за тридцать восемь, а браунинг дороже всех сорок один рубль. Хорошее оружие, но меня сейчас интересуют не пистолеты. Кто ищет, тот всегда найдет! Дробовик Винчестер продают за пятьдесят рублей. Убойная вещь для ближнего боя и особенно в окопах. Однозначно надо брать.
— Вас что-то заинтересовало? — подошел ко мне приказчик, оценивая платежеспособность клиента.
— Да у меня большой интерес к вашим товарам. Это все, что у вас есть в наличии? Возможны оптовые поставки?
— Возможно все за ваши деньги, — улыбнулся приказчик. — Извините, как я могу к вам обращаться…
— Великий князь Дмитрий Павлович Романов.
Выражение лица, как и отношение тут же изменилось.
— Ваше императорское высочество, прошу прощения, я сейчас же позову хозяина магазина.
— Сразу забегал, а то сначала рожу кривил, — высказал Демьян свое мнение. — Все они такие.
Оставшись один, я рассматривал товары магазина. Холодное оружие, походные и охотничьи принадлежности. Удобные фляжки, куртки со штанами и сапоги. Защитное снаряжение было представлено лишь одним экземпляром. Панцирь подполковника Чемерзина. Цена две тысячи рублей. Чтоб понимать, на наши деньги это почти три миллиона рублей. Дороговато будет, а специальный заказ восемь тысяч! Цены просто дикие.
— Рад приветствовать вас в нашем магазине, ваше императорское высочество! Если бы предупредили заранее, мы бы оказали вам самый лучший сервис и…
«Радушная» улыбка хозяина намертво приклеилась к лицу, а в глазах застыл страх. Чистых на руки продавцов оружия не бывает.
— Ничего страшного, я к вам по делу. Мне понравились некоторые товары, и я хотел бы узнать возможность их приобретения не в единичном экземпляре. А именно три винтовки Маузер с оптическим прицелом Цейса и к ним по сто патронов. Три десятка дробовиков Винчестер и по две сотни патронов к каждому. Что еще… да, и по тридцать комплектов крепкого походного снаряжения на осень-зиму вместе с сумками и бытовыми вещами. Насколько возможно выполнение моего запроса? И сколько это будет стоить?
Максимум, из которого дальше можно будет создавать костяк подразделения, это взвод. Взять сразу много бойцов без контроля опытных ветеранов бесполезное занятие.
— Григорий, ты подсчитал? — повернулся к своему сотруднику хозяин магазина.
— Три с половиной тысячи, если дать скидку за оптовый заказ. Я сейчас сверюсь с записями. Американские дробовики у нас давно кхм… имеются в наличии. По остальным пунктам тоже не должно быть вопросов, — быстро исчез приказчик в подсобном помещении.
— Еще что-нибудь возьмете?
Вместо банковской карты у меня в кармане лежала чековая книжка Дмитрия. Заполнил сумму, данные предъявителя, расписался и готово. Лучше, чем носить с собой наличность.
— Меня интересует, есть ли у вас выход на производителя и крупных поставщиков. В случае большого заказа вы сможете его выполнить для меня?
— У меня семь магазинов в Российской империи. В Петрограде, Москве и Киеве, поэтому мое торговое судно ходит в Северо-Американские Соединенные Штаты раз в два месяца. Так что не вижу проблем, ваше императорское высочество.
— Это, несомненно, радует, Михаил Васильевич. И еще один момент не подскажете, где мне найти подполковника Чемерзина?