Штурмовик Империи (СИ)
— Берс, передай бойцам, что они молодцы, — зашипела рация голосом Гуля. — Видим с птички навели вы шороху в чужом муравейнике. Четко сработали. Все целы?
— Никого не потеряли. Возвращаемся на базу.
— Подожди, это не все, — резко произнес куратор. — Есть еще одно дело. Тут мирняк на связь вышел. Надо эвакуировать и сопроводить на базу. Как принял?
— Принял. Жду координаты.
На эвакуацию гражданских обычно отправляют вольноопределяющихся и новичков, но сегодня мы были ближе всех к объекту, поэтому задачу нарезали нам. Противник снова бил по жилым кварталам прямой наводкой, где не было наших отрядов. Впрочем, говорить о чем-то человеческом бессмысленно. Стать скотиной очень легко, а «немцы» и наемники не считали жителей города своими.
Обычная советская панельная пятиэтажка, что расположилась очень близко к линии соприкосновения. Пара верхних этажей снесено постоянными прилетами, но дом не сложился, как карточный домик и до сих пор дарил защиту своим жителям, скрывающимся в подвалах.
К сожалению, последний прилет все же обвалил крайний подъезд, и теперь жители стали узниками своего убежища. Пригнать технику для разборки завалов сейчас точно не выйдет, поэтому оставалось только надеяться на лучшее. Что-то темное витает вокруг… тяжелые эмоции переполняют этот город, и даже чертям в аду становится тошно.
— Есть кто живой?
Конечно, нас вряд ли стали бы посылать просто для проверки, но на войне смерть ходит рядом, и возможно все.
— Мы живые! Нас здесь завалило. Прошу вас помогите, — раздался отчаянный крик женщины.
— Сейчас поможем. Птица, Белый, проверьте со своими обстановку вокруг. Жаркий, Хром, Дум ваши группы со мной.
Подобраться к выжившим было непросто. Подъезд превратился в груду мусора, но с другой стороны дома, где находилось окно подвала, было куда проще подобраться. С помощью бойцов получилось разобрать завалы и убрать пару сломанных плит, и вскоре мы увидели испуганные лица местных жителей. Вдруг раздались взрывы рядом. Твари. Ничего человеческого в этих зверях не осталось.
— Как страшно, — в глазах незнакомой женщины можно было легко утонуть. — Прошу вас спасите хотя бы детей.
Вытаскивая сначала детей, потом стариков и женщин постепенно я помог выйти и зеленоглазой незнакомке. Именно в этот момент раздался характерный свист в ушах, и я едва успеваю накрыть своим телом женщину, после чего грохот заглушает все звуки, а по телу растекается дикая боль.
— Все целы? Берс, ты как живой? — не сразу доносится до меня вопрос, на который я не могу ничего ответить. — Мать вашу у нас тут несколько трехсотых и мирняк… Димка, держись! Щас тебя вытащат, и мы еще погуляем на воле. Ааа, гниды!
Ярость товарища лучше всех слов говорила о том, что мне недолго осталось. Нелепо. Холод в груди разошелся по всему телу, и похоже смерть в этот раз возьмет свое, хотя я давно должен был умереть. Странно, столько раз она проходила мимо, а сейчас заглянула в лицо. Что меня ждет дальше суд, пустота, забвение? Вся жизнь перед глазами не пролетела, и я сам, чтобы заглушить все усиливающуюся боль вспоминал, как попал в этот ад.
После развода с женой еще молодым старлеем больше не заводил серьезных отношений. Многочисленные подружки, которые ценили меня непонятно за что, помогали скрасить одиночество, а попав под сокращение уже капитаном, оказался брошен и государством. Повезло, что смог найти работу, не успев пополнить бесчисленную армию охранников.
Последние десять лет трудился аналитиком в небольшой компании моего бывшего сослуживца, специализирующейся на составление справок по российскому, советскому и имперскому периоду в различные годы. Позже компания перешла в IT- сферу для работы с госкорпорациями. Заказов хватало. Дополнительно как хобби «трудился» в роли обозревателя военных конфликтов на среднем по посещаемости сайте. Сейчас кругом одни эксперты, так что я был, можно сказать, со знанием дела. Моя небольшая ветеранская пенсия не даст соврать.
Жизнь шла своим чередом. Пока в один день с «гостями из ближнего зарубежья» не превысил самооборону. Не смог смотреть, как в своем родном городе прямо перед моими окнами избивают толпой молодого парня. Небольшой подмосковный город в последние годы превратился в далекий «стан», и большинство жителей всеми силами пытаются продать свое жилье и уехать куда подальше от ужасов миграционной политики.
Лоббисты в строительных компаниях и других крупных фирмах тратят огромные деньги на продвижение некоторых правильных законов о мигрантах, а как известно, строительная сфера — локомотив экономики. К счастью, наверху скорее всего понимают, какая проблема висит над всей страной, потому что если нет, то последние новости из Франции и Германии покажутся детским лепетом.
В общем разговор сразу не задался. Они не говорили на русском языке, хотя как позже выяснилось, имели паспорта граждан России. Одурманенное алкоголем или запрещенными препаратами сознание требовало крови и развлечений.
Тело не забыло вбитые службой и войной навыки, поэтому действовало жестко на попытку лишить жизни нечаянного свидетеля. В момент битвы не на жизнь, а на смерть с меня слетают все стопоры, и я полностью оправдываю свой позывной. Кровавое безумие, хруст костей и трупы вокруг. Дальше быстрый суд без репортеров и общественности, тюрьма и неожиданное предложение…
Боли больше нет, а это значит пришел мой конец. И все же я ошибся. Сила человеческой души, что пылает в нас, не готова растворится в вечности. Темнота космоса и лишь отдаленный голос раздается эхом в голове.
— Воин⁈ Много вас в последнее время. Эх, помню раньше хорошие времена были, что ни война так глаза радуются от воинской доблести. Ну ничего, снова хлебный год у меня. Думаешь, заслужил покоя и мирной жизни⁈ Нет, ратный труд тебя так просто не отпустит.
— И что меня ждет в таком случае?
Без понятия, что можно спросить. Банальное «Где я?» и «Кто вы?» почему-то не хотелось спрашивать.
— Дорогой, сделай все правильно. Он заслужил новую жизнь, как никто другой, — новый мелодичный голос определенно принадлежал женщине.
— Вчера ты мне тоже самое говорила про летчика, а неделю назад про молодого сержанта десантника.
— Я не виновата, что столько хороших людей попадается. Ты у меня самый умный и хороший. Придумай что-нибудь!
Бывает даже самые сильные мужчины после ласковых слов женщин становятся куда мягче.
— Ладно! И правда, не самый плохой кандидат. Куда же тебя отправить? Пожалуй, здесь тебе будет самое место. Интересно… так тут подправим. Вот здесь бы заменить и улучшить, а то умрешь еще сразу и вернешься снова ко мне, а мне это надо⁈ Жена ругаться будет. Жаль, лимит исчерпан. Бывай, воин. Может, сумеешь еще пожить мирной жизнью, — добродушный хохот отдалялся все дальше и дальше.
И снова тишина. Интересный сон, да и на ангела или демона говоривший совсем не похож, а слова про мирную жизнь звучали как страшное проклятие. Стоило мне только подумать о том, что будет дальше, как появились картины различных войн.
Сирия, война в Грузии, первая и вторая Чеченская война. Там в борьбе с иностранными боевиками я потерял немало своих товарищей. Нам было чуть больше двадцати после училища… Остановившись, калейдоскоп картинок пошел дальше. Афган и череда редко обсуждаемых конфликтов. Великая Отечественная Война, когда каждый испытал на себе боль утраты. Советский Союз остался позади, но в двадцатом веке была еще одна мировая война. Надолго забытая из-за внутриполитических моментов и кроме вылитой грязи редко можно было услышать что-то хорошее.
Вместо белоснежных облаков с прекрасными ангелами или на худой конец адских котлов с чертями меня самым жестким образом вернули в грешный мир. Первое, что я почувствовал это конский запах. Откуда конь в разрушенном городе?
Тяжелое дыхание живого транспорта и стук копыт. Пора открывать невероятно тяжелые глаза. Конь вороной, хромовые сапоги и темно-синие кавалерийские штаны, что можно было увидеть только в исторических фильмах. Куда я попал⁈