Обрести Единство: Владыка кланов (СИ)

— Убивать меня не имеет смысла. Однако я здесь, чтобы передать тебе сообщение, Атакама, — продолжила Риндаль, хищно улыбаясь, демонстрируя ряд своих зубов, — Орт’Фанг заинтересовался такой удивительной дракх’кханкой, и он хотел бы встретиться с тобой.
— Откуда ты знаешь это… — нахмурилась было я, однако Риндаль медленно подняла лапу и сжала её в кулак, будто напоминая, что не собирается нападать.
— Я слышу Его волю у себя в голове. Он же мне и дал то зрение, которым я вижу всё наперёд. А потом меня будет ждать награда, и я…
Договорить ей не дали: к Риндаль подобрался Хор’Гарат, и он успел схватить её за лапы, толкнув вперёд, заставив упасть на колени передо мной. Медный быстро, как спецназовец, прижал противницу к земле и придавил её массой своего тела.
— Атакама должна поразить врага! Скорее! — зарычал он мне в ответ, и я перехватила нож получше, осознавая, что я должна сделать. Просто провести им по горлу и всё. Однако когда я уже начинала приближаться к лок’сару, та подняла голову и снова улыбнулась мне.
— Ты правильно думаешь, Атакама. Я знаю, что меня ждёт, и готова умереть, однако помни: Даггонат видит куда дальше. Он знает, что будет здесь, и у него есть глаза и крылья везде, где необходимо. А когда ты сделаешь то, что должна…
Я на секунду остановилась, а затем неожиданно улыбнулась про себя, придумав кое-что получше. Дослушивать её речи я не стала, и вместо переговоров я просто пнула Риндаль по перепонке на щеке, заставив скорчиться от резкой боли, а затем опустила нож, обратившись к Хор’Гарату:
— Не убивать её! Она может быть полезным пленником.
Медный удивлённо посмотрел на меня, явно не понимая моего милосердия, а затем недовольно зарычал и попытался самостоятельно разодрать ей горло когтями вопреки моему предупреждению. Но Риндаль каким-то образом вывернулась и до крови прокусила лапу моему сородичу, после чего из последних сил скинула его со спины и вскочила с земли, схватив меня за лапу, что всё это время держала нож.
— Орт’Фанг ждёт тебя, Атакама. Храм Владыки в центре Мёртвого Поля. Приди, или прольётся кровь клана Рокхана. Мы ещё встретимся, дитя воды, — прохрипела она прямо над моей перепонкой. Я дёрнула лапой, пытаясь высвободиться из её хватки, но прежде, чем мне это удалось, та взяла моё оружие и направила её… прямо к своему сердцу!
— Нет! — крикнула я, пытаясь ошеломить соперницу, однако та уже вонзила мой же нож себе в грудь, протыкая себя между роговыми пластинами. Я испуганно выругалась и выпустила оружие, отскакивая назад. Риндаль же улыбнулась, явно довольная собой, и, схватившись за рукоять, вонзила нож глубже, кашляя кровью и падая на землю.
— Присоединяйся… к нам, — и после последних слов лок’сар упала на землю, и лужа её крови медленно начала растекаться под её вздрагивающим в агонии телом.
Некоторое время мы с Хор’Гаратом просто стояли, не понимая, что это было. И самое главное — для чего? Никто из нас долго не решался подходить к трупу шаманки, опасаясь подвоха, и молчание между нами затянулось на несколько долгих минут.
— Она убила себя, чтобы не достаться нам… — наконец, признала я и подошла к «братцу», осматривая его рану на ладони, — сильно укусила? Она не заразила тебя своей кровью?
— Хор не ощущает ничего, кроме боли, — он подвигал конечностью, морщась при этом, — но Атакама всё такая же слабая и нерешительная, что и раньше. Почему Атакама не убивает сразу?
Я в ответ недовольно зарычала и толкнула меднокрылого в плечо.
— Не в этом дело! Будь Риндаль живая, мы бы смогли выяснить через Эрдариона то, о чём она думает. А теперь… кому можно доверять, если враг может быть даже среди шаманов? Как мы узнаем о Даггонате больше?
Хор’Гарат с вызовом посмотрел на меня, принимая поначалу даже боевую стойку, но затем протяжно фыркнул, расслабляясь. Кажется, он запоздало, но всё-таки понял, что я имела в виду.
— Клан Рокхана. Только там Атакама и Хор’Гарат могут быть в безопасности, — добавил он, медленно задней лапой переворачивая труп Риндаль на спину. Она была к тому моменту уже мертва, так что я смогла подойти к нему и медленно вынуть нож оттуда, тщательно отмыв его в воде от крови.
 
— Возвращаемся обратно? — предложила я «братцу», убирая оружие обратно. Однако Хор’Гарат несколько раз хлопнул крыльями и клацнул зубами.
— Клан Силлас заметил смерть. Атакама должна объяснить Фатаре, что сделала Риндаль, — заявил он и указал мне на спешивших к нам дракх’кханам. Они тоже слышали наверняка крик, но были дальше, а потому только сейчас смогли добежать. Среди них я заметила и Фатару, и Эрдариона, а его ученик Ихтизис тащил на своих плечах Ас’Шшана. Помимо известных мне дракх’кханов, среди них было и несколько вернувшихся с тренировок охотников с оружием, которое они сразу наставили на меня с Хор’Гаратом.
— Приплыли… — недовольно зашипела я себе под нос, чем вызвала короткое недоумение у моего «братца», который не понимал переносного значения слов. Однако к нам сразу вышла Фатара в сопровождении нескольких охотников, и она, не доходя до нас, начала возмущаться:
— Атакама и Хор’Гарат из клана Рокхана. Вы совершили убийство посланника духов из клана Агора на территории нашего клана. За это вас…
— Риндаль убила свою сестру, а затем покончила с собой до того, как мы её схватили, — решила я вступить в спор, пытаясь доказать свою невиновность. Однако, как это и бывает, мой ответ только спровоцировал агрессивное рычание у дракх’кханов клана Силлас. И я подумала, что зря вообще прервала Фатару и начала отвечать. Ибо она уже встала в агрессивную боевую стойку, согнув задние лапы и оттопырив когти, будто готовясь напасть.
— Вы осквернили земли этого клана, пролив кровь! Духи и наш клан видели, как вы убили Риндаль. Виноваты вы в этом или нет — теперь решат обычаи нашего клана.
«Что? Меня вызовет на дуэль кто-то, и мы будем драться насмерть, да? Эрдарион — хоть бы сказал слово в нашу защиту. Ты же читаешь мысли и уже должен знать правду…» — мысленно взмолилась я, тяжело вздыхая. Мой взгляд сразу же обратился к нашему золотистому ши’хсаду.
— Фатара, х’тара из клана Силлас, — будто поняв мой знак, попытался заступиться Эрдарион, — эти дракх’кханы не убивали никого. В них я не читаю злого умысла…
Вместо ответа серебристая лидерша клана взяла палку, на которую опиралась, и стукнула ею о землю, сердито рыча.
— На землях клана Силласа уже восемьдесят рогов не убивали других дракх’кханов. Таково правило нашего клана — запрет на убийство и поединки, кроме тренировочных. Даже если это было сделано из самозащиты и во имя справедливости, Атакама и Хор’Гарат должны подвергнуться исполнению древнего обычая клана Силлас, который докажет их невиновность…
— Риндаль имела кровь Даггоната! Она была врагом! На наших землях! Мы должны жалеть даже врага? — не дослушав серебристую, рыкнула я, уже закипая от самой ситуации. Мало того, что я даже не собиралась убивать чокнутую шаманку, так ещё и на меня всех собак вешают за то, чего я не совершала! Несправедливо!
Однако никто меня уже не слушал, а охотники радостно взревели, явно предвкушая что-то весёлое. Это одновременно и злило меня, и вызывало новый виток страха перед неизведанным.
— Середайн! — воскликнул кто-то из них.
— Середайн! — воскликнул второй, и остальные подхватили это странное и незнакомое слово.
— Середайн! — подтвердила Фатара, указывая на меня с «братцем», — Атакама и Хор’Гарат из клана Рокхана должны подвергнуться обряду Середайн!
Я хотела было возразить им, но к нам подошёл Эрдарион и несколько раз подвигал гребнем, строго заглянув мне в глаза:
— Атакама, Хор’Гарат. Лучше не спорьте. Клан Силлас хоть и спокойный, но их традиции лучше соблюдать. Хоть здесь и не проливают кровь, но тех, кто нарушает традиции, потом ловят, привязывают к плоту и топят. Мы не справимся с таким количеством охотников здесь, а лишь подорвём отношения с кланом Силлас навсегда.
То, с каким рассудительным спокойствием говорил обо всём этом Эрдарион, почти внушило мне уверенность, и потому я несколько расслабилась, однако вспомнила, что это не снимает с меня ложных обвинений, и вновь напрягла конечности, сжав пальцы в кулаки.