Обрести Единство: Владыка кланов (СИ)

— Невозможно. Там слишком много враждебных дракх’кханов. Скрытой дороги к ним нет. И ещё кое-что… — аквамариновая медленно поднялась со своего места и стала расхаживать из стороны в сторону, — я и Эрдарион давно чувствовали исходящую оттуда силу. Энергию. Владыку никто и никогда из дракх’кханов не видел. Я зачастую даже сомневаюсь в его реальном существовании, однако его влияние возле храма ощущается сильнее всего. Это сложно объяснить нашими словами, но поверь — это сродни тому, как спуститься в гнездо роуранов.
Я скептично хмыкнула. На самом деле никогда не понимала всех этих суеверий с «тёмной энергетикой места». Ещё с прошлой жизни в это не особо верилось, ибо я считала, что это всё же самовнушение и простое совпадение нескольких фактов. Хотя здесь, скорее всего, была приплетена магия, так что хочешь-не хочешь, а придётся считаться с её наличием. Но все равно — вряд ли всё настолько серьёзно там.
— Какие предложишь тогда планы? — наконец, со вздохом спросила я у мамы. Та строго глянула на меня, остановившись, и какое-то время молчала.
— Собирай клан и иди к «красным землям». Объединяй силы с теми, кто ещё готов противостоять Владыке. Все заблудшие уже бегут туда, а кто-то ещё и прячется, как мы. Но одно очевидно: грядёт завоевание. И то, погрузится ли мир во мрак культа Владыки или останется нашим — зависит от решительности действий. Даже духи признают, что необходимо уходить.
«Значит, и клану Рокхана придётся оставить своё старое место», — угрюмо подумала я. Помнится, Эрдарион как-то рассказывал мне про твердолобого вождя, который ни за что не согласится уйти на условный Запад, где располагались остальные кланы. А убедить его и не получить когтями по морде — задача явно не из простых.
Да и с Эрдарионом теперь будет о чём поговорить. И чую, этот разговор не понравится ни мне, ни ему.
— А с вами всё будет в порядке? Вы сможете выжить здесь, под землёй? Здесь же опасно! — вспоминая свой самый первый поход в подземное царство с хищными растениями и насекомыми, спросила я у «Странника». Та слегка наклонила голову набок и затем махнула крылом куда-то в сторону, приглашая пойти за ней.
— Мы здесь обеспечены всем. Еда в виде грибов и небольших рыб. Источник воды. А тоннели, что некогда проложены роуранами, мы давно завалили, — аквамариновая остановилась возле небольшой каменной кладки и слегка постучала по ней ладонью, — мы также изобрели эффективные средства борьбы с врагами и захватчиками.
— Вы имеете в виду «большие луки»? — изображая лапами размер баллисты, спросила я, — как вы их здесь делаете?
«Странник» издала сдержанное прерывистое рычание, смеясь.
— Атакама, мы всё изготавливаем здесь сами. Вместо дерева в ход идут твёрдые грибные ножки, а из местных растений можно сплести хорошую тетиву. Однако знаниям об изготовлении всего этого мы обязаны духам, а не себе…
Мама взяла в лапу один из рык-камней и провела меня дальше по пещере. Мы постепенно углублялись, пока не пришли к развалинам одной из стен. Здесь же она поставила источник света и ладонью оттёрла от пыли один из обломков, после чего передала его мне. Вглядевшись, я начала понимать, что некоторые символы на них обозначают какие-то действия или предметы. Я увидела мечи, копья, луки, а также те самые баллисты. Некоторое оружие по виду напоминало нечто вроде винтовок из восемнадцатого века, однако дракх’кханы, очевидно, видели в них обычные палки или дубинки. И если бы я по каким-то причинам позабыла про земные технологии, то точно так же бы думала.
Однако больше всего моё внимание привлёк другой обломок стены. Он изображал вовсе не предметы или оружие, а каких-то замысловатых существ. Но я увидела там не людей или гуманоидов, а совершенно чуждые мне изображения неких крылатых существ, каких-то псов-гончих, у которых вместо тела имелся скелет, а также некие змеи с головой-черепом, насколько я могла разобрать. И когда я поняла, что это нечто, похожее на нежить, я шумно выдохнула воздух и выронила обломок, едва не разбив его.
 
— Атакама? — решила спросить у меня аквамариновая, потряхивая за плечо. Я потёрла свои глаза и с тихим рыком вздохнула.
— Ты уверена, что это именно «духи» сделали? — спросила я у неё, указывая на летающих костяных существ, — это вызывает у меня страх…
«Странник» присела перед обломком и провела по нему ладонью, изучая гравировку.
— Духами становятся умершие сородичи. От них часто остаётся скелет и кости, а душа превращается в дитя стихии, которой дракх’кхан был благословлён, — подметила она, но без уверенности в голосе. Это меня и насторожило немного.
— Ты уверена? Вдруг это сделали не духи, а те, кто жил до нас? — сделав акцент на последних словах, предположила я. «Странник» встретила мой вопрос недоумевающим и даже слегка недовольным взглядом, однако ответил на него Ырханн, который подошёл к нам и слегка толкнул меня в бок:
— Твоя первая, кто так говорить. Это есть неправильное суждение, и наша ничего не знать про эти останки. Разумно считать, что это духи.
Я поочерёдно сверила сначала его, а потом и родную мать оценивающим взглядом. Каждый из них складывали крылья и шейный гребень, соглашаясь с этим предположением. И мне ничего не оставалось, кроме как отступить.
«Ладно. Вас не переубедить. Но я постараюсь докопаться до правды рано или поздно», — решила я. Однако в то же время я опасалась узнавать истину: потому что я увидела на камнях то, что христиане бы назвали «судным днём». Что, если так называемые духи или те, кто здесь жил когда-то, вовсе не добрые помощники тех, кто им служит, а нечто более страшное? Может, пусть лучше некоторые тайны так и останутся секретом для всех? Или это и вовсе происки Даггоната?
От мрачных мыслей меня отвлёк ещё один толчок в плечо, но уже от «Странника».
— Не будем об этом пока. Перекусим? — предложила она, указывая на костёр. Я лишь сложила гребень, принимая предложение, и мы прошли к костру, где готовились грибы.
Мы некоторое время посидели, наслаждаясь необычным, но всё же приятным вкусом местных грибов. Я даже позже показала заблудшим способ приготовления грибной похлёбки, используя вновь свой горшок. Дракх’кханы несколько удивились моей изобретательности в плане готовки еды, однако положительно оценили мою идею, и в будущем высказались даже за то, чтобы разбавлять такими блюдами рацион.
А после небольшого отдыха я и Ырханн высказали желание выдвинуться обратно в сторону клана. «Странник» встретила это с грустной улыбкой, однако решила сопровождать меня некоторое время снаружи, что я одобрила дружелюбным рычанием.
— Я убедилась, что ты хочешь помочь клану, но ты точно не хочешь остаться с нами? — спросила меня аквамариновая дракх’кханка, когда мы покинули населённые заблудшими скалы и вышли к соляной пустоши.
— Я уже всё решила. Это похоже на то, как ты заботишься о заблудших, что живут у тебя, но уже в рамках всего клана. Однако я вернусь к тебе, обещаю, — я медленно взяла родную мать за ладонь и прижала её к своей груди.
— В таком случае… никому не рассказывайте про это место, и пусть духи благословят тебя и даруют защиту от Даггоната, — она подняла взгляд и, легонько рыкнув в ответ, обняла.
— Раз у тебя это жест любви и дружелюбия, то знай: я всегда буду рада увидеть тебя здесь вновь, дитя, — добавила она уже более тихо, и я обняла её в ответ, с грустью осознавая, что нам придётся на какое-то время расстаться. Мне жаль, что их нельзя в клан Рокхана пригласить, отчего сердце жалобно заныло от тоски.
— Да хранят тебя духи предков, Странник, — ответила я ей, хотя не сказать, что я любила упоминать духов в своей речи.
Мы медленно расцепили объятия, и мама, сделав краткое пожелание Ырханну, отправилась обратно, а я осталась на пустыре лишь с дракх’кханом из клана Рах’Ввойд.
— Моя должен передать новости клан и ф’шаху Хазарису. Твои дойти до земель клана Рокхана одна? — спросил он, переключая моё внимание с удаляющейся в сторону скал фигуры «Странника» на себя.