Обрести Единство: Владыка кланов (СИ)

— Изучала ритуальную комнату.
Эрдарион немного нахмурился и покачал крыльями, хлопая ими. Для дракх’кхана это означал жест непонимания.
— В ней ничего интересного нет. Только духов разгневаешь.
— Я не видела и не слышала ещё духов, — хлопнула я в ответ крыльями, — но мне стал интересен источник света в комнате. Что это?
— Рык-огонёк? — золотистый шаман зашёл в комнату с алтарём и указал по очереди на каждый из светящихся камней, что находились в углублениях, — они здесь были всегда. Я считаю, духи их принесли сюда. Поэтому эта комната священна.
Рык-огонёк… А что — забавное название. Даже есть предположение, почему Эрдарион их так назвал. Типа издаёшь рычание, и комната вспыхивает светом. Другое дело, что это мне ни о чём не говорит, так что я попробую уточнить ещё.
— Как их делают дракх’кханы? Или эти камни находят где-то и приносят? — поинтересовалась я, вспоминая светящиеся грибные споры в подземных пещерах. Да уж, если я услышу про кристаллы, которые начинают светиться от звука, то вряд ли уже удивлюсь.
Однако Эрдарион оказался несколько озадачен вопросом, а потому какое-то время просто смотрел на меня, пытаясь понять, что я хочу на самом деле узнать.
— Рык-огонёк тут стоял всегда. Когда Эрдарион вылупился и когда стал ши’хсадом. Я не знаю, когда они здесь появились. Считается, что наши духи предков, — наконец, произнёс он, отворачиваясь от меня. Мне показалось, что золотой дракх’кхан неохотно отвечает на вопросы и не особо горит желанием общаться, что несколько удручало. Однако я не стала спорить и просто вышла вслед за ним из комнаты.
Некоторое время мы просто молча шла то по коридорам небольшой башни, то снаружи, расхаживая из стороны в сторону, и я уже думала пойти в деревню, как Эрдарион неожиданно положил ладонь мне на плечо и тихо спросил, прошипев:
— Атакама ещё хочет узнать про духов предков и стать новым ши’хсадом?
Дважды спрашивать не пришлось. Я тут же повернула к собеседнику голову и одобрительно рыкнула. На морде Эрдариона скользнула довольная улыбка.
— Спустимся к руслу реки, — сказал он мне и, прихватив в башне свою кожаную наплечную сумку, начал энергично спускаться с холма.
«Ого, что-то новое!» — мысленно потирала я ладони. Я уже предвкушала, что сейчас начнётся магия или что-то в этом роде, и Эрдарион наконец покажет мне, как вызывать духов и общаться с ними. Может, даже научит постепенно и своей телепатии, которую он называет «предвидением». Он говорил мне, что я должна буду помочь клану, и, похоже, сейчас как раз наступала моя очередь действовать.
Размышляя о всяком, я и не заметила, как мы прошли через всю деревню и уже находились у источника воды. Эрдарион наклонился к вяло текущему ручейку и достал заранее приготовленную для ритуала миску, принявшись её наполнять мутной водой, а затем ши’хсад поднял её на уровень моей морды и произнёс:
— Вода останавливается… Духи воды на нас разгневались. Атакама должна посмотреть и сказать, что она видит.
Я пригляделась… И не увидела ничего, кроме мутноватой воды, которую не помешало бы отфильтровать перед тем, как пить.
— Я ничего удивительного не вижу… Но… ручей продолжает исчезать? — попыталась я выразить проблему более простым языком. Эрдарион грустно засопел.
— Скоро клану Рокхана придётся или принять судьбу или мигрировать. Они несколько поколений назад обосновались в долине Лок’Ракх, спасаясь от катастрофы, но теперь и здесь постепенно становится плохо.
Интересно, интересно. Я думала поначалу, что дракх’кханы моего племени осёдлые, но тут я начала понимать, что на самом деле не всё так просто.
— Какая катастрофа настигла клан Рокхана? — поинтересовалась я, отставляя миску с водой в сторону и усаживаясь на дне русла. Эрдарион несколько раз клацнул зубами и затем закрыл глаза, отвернувшись вновь от меня. — Эрдарион, это важно. Мы должны понимать, что нам грозит, — настаивала я. И ши’хсад, наконец, поведал:
— Климат становится жарким. Это идёт оттуда, — Эрдарион указал одной ладонью куда-то в сторону гор. Не уверена, как можно назвать эту сторону света, но примерно там находилась и Аллея Падших, где некогда мне доводилось побывать. — В этом могут быть виноваты и слуги Владыки. Они отринули старую веру и разозлили духов, и мы все платим за это, — добавил шаман тихо и уселся рядом со мной, всё ещё недовольно морщась.
 
Черт возьми! Да кто этот ваш Владыка? Какой-то Чернобог, что ли? Или безумный дух? Или… тот дракон, которого я видела давным-давно?
При мысли об этом черном дьяволе Эрдарион задумчиво приподнял гребень и уставился на меня.
— Старайся не думать о нём. Если твой разум заполнен ими, это уже первый признак опасений. Думаю, тебе настало время рассказать о том, почему ты возвращаешься мыслями к этому черному дракх’кхану. Это и есть Владыка?
Я оторопела на месте, не зная, что и ответить. Конечно, я догадывалась, что он улавливал мои мысли о нём, и, признаться, я сама возвращалась к нему, но опасалась заводить разговор на эту тему. Тем не менее, врать телепату было невозможно, а потому я тяжело вздохнула, огляделась вокруг и, не найдя ни свидетелей, ни любителей подслушивать, рассказала:
— Перед тем, как я вылупилась, было видение. И это был не дракх’кхан. А… «дракон». Настоящий!
— Дра… кон? — поинтересовался в ответ Эрдарион. Похоже, он не знал про чешуйчатых огнедышащих рептилий вообще, а потому выглядел крайне удивлённым. Что ж, придётся ему объяснять на пальцах. Тем более, что мне пришлось выговорить незнакомое языку слово, сильно исказив название моей собственной расы.
— Это дракх’кхан, который ходит, опираясь на все четыре лапы. И у него крылья такие, которые позволяют ему летать, как кецеру.
Я на секунду обернулась и медленно раскрыла своё синее перепончатое крыло. В вытянутом состоянии оно было по размаху лишь немного больше длины моей руки. К сожалению, дракх’кханы не могли с таким маленьким размахом летать. В этом я уже убедилась лично, когда пыталась не так давно развить крылья. Я приходила за окраины деревни и спрыгивала с небольших холмов. Так я пыталась научиться хотя бы парить, однако ничего не получалось, и это никак не помогало уменьшить скорость падения. Так что довольно скоро мне пришлось с разочарованием признать, что крылья в данном теле выглядели ненужным атавизмом.
Эрдарион же тяжело вздохнул и, тихо рыкнув, на секунду оскалив клыки:
— Не встречал их здесь. Но почему-то я тебе верю, — заключил он, направляясь куда-то вдоль ручья, постепенно ускоряя шаг. Ши’хсад не собирался, судя по всему, возвращаться в деревню клана, однако я решил последовать за ним, спешно догоняя.
— Не говори никому про то, что ты видела… дракона. Я боюсь, что Владыка уже коснулся тебя, если ты мне говоришь про видения. В тебе нет его крови и воли, но он уже тянет свою тень к тебе, Атакама.
Эрдарион звучал мрачно и как-то сокрушённо, чем меня напрягал. Я только-только прошла обряд посвящения, почувствовала уверенность в себе, а эта новость о влиянии какой-то чужеродной, но очень могучей силы вновь заставила чувствовать себя беззащитной и бессильной. Неужели это первые звоночки моего конца?
— Что мне делать тогда, чтобы избавиться от его влияния? — осторожно спросила я, когда наконец поравнялась с вечно спешащим Эрдарионом. Шаман грустно посмотрел на меня и крепко прижал гребень к голове:
— Спросим у духов. Мы отправимся туда, где я с ними общаюсь, — заключил он, ускоряя шаг.
— Когда? И куда? — оставалось лишь спросить.
— Гора Джу’рая. Отправляемся прямо сейчас, — не мешкая ответил Эрдарион, не останавливаясь. Я удивленно развела крыльями.
— А как же запасы? Мы идём без всего?
— По дороге найдём. Идти будем около когтя. Напейся воды, её должно хватить на переход. Еду по пути найдём, — заключил золотистый дракх’кхан, останавливаясь и оборачиваясь. Я благодарно ему кивнула, и позволила себе сделать несколько глотков воды. Эта мутноватая жидкость, конечно, была отвратительной и отдавала каким-то металлическим привкусом, однако выбора у моего племени не имелось. Тем более, что часто пить и не требовалось. Циркуляция влаги в теле дракх’кхана была доведена природой до совершенства, что очень помогало в реалиях этой планеты, где с водой имелись крупные проблемы. Так что моему телу требовалось лишь несколько десятков глотков для того, чтобы потом в течение десятка извержений света не ощущать жажду. А вот еду требовалось потреблять довольно часто, учитывая траты энергии на переходы, охоту и регенерацию мелких ран, которые неизбежно возникают в любом походе. Так что на долгие переходы было нецелесообразно брать с собой большие запасы — все равно всё съешь и начнёшь охотиться по пути.