Обрести Единство: Владыка кланов (СИ)

В результате я останавливалась каждый раз, когда слышала что-то отличающееся от треска породы. Даже дышать боялась в эти моменты, опасаясь выдать себя звуком. Так что моё продвижение вперёд было максимально медленным. Но, наконец, свет впереди начал становиться ярче, и через несколько минут мне удалось заметить и его источник: им оказался огромный гриб. Он был примерно в шесть раз выше моего роста (а если сравнивать с ростом взрослого дракх’кхана — то в три раза), с большой серой ножкой, которая по толщине была соразмерна со стволом московского тополя, и похожей на зонт голубоватой шляпкой. Именно на ней я и увидела люминесцентные споры, которые висели на нижней поверхности, а часть из них пылью осыпалась вниз, превращаясь в своеобразные блёстки. Зрелище было столь красивым, сколь необычным моему глазу.
«Интересно. Мне не приходилось видеть подобное», — застыла я, поражённая такой красотой. Подобное я наблюдала разве что в играх и фильмах про другие планеты. Но увидеть это в реальности — совсем другое дело. А уже вокруг этого гриба я начала замечать и другие люминесцентные растения: взгляд цеплялся то за другие такие же грибы, то за лианы, свисающие вниз подобно сталактитам. А нижний ярус пещеры освещался похожей на камыш травой, где каждая травинка имела странный круглый нарост на её конце, и любое колебание воздуха заставляло его выбрасывать светящиеся споры.
Признаться, на какое-то время у меня отлегло от сердца и даже улетучился страх, уступив место восторгу. Мне захотелось пройтись и изучить подробнее флору, столь непохожую на земную. Да, я не являлась биологом, но любопытство брало постепенно верх над остальными чувствами, и я медленно пошла навстречу скоплению голубых огней подземных растений. Возможно, что среди них рос как раз и нужный мне эс’куран.
Глаз понемногу начинал видеть при таком уровне освещения, и вскоре я смогла уже определить и размеры пещеры. Она была сильно вытянутой в длину и постепенно спускалась вниз. Спуск был вовсе не плавным, а в виде небольших ярусов. Я стояла на самом верхнем перед обрывом, и передо мной внизу открывался полный вид пещеры во всём его великолепии. Она поистине была грандиозной по размерам и виду: приятный глазу неоновый свет от спор в воздухе и на растениях, приятная прохлада и сырость. А ещё где-то далеко внизу слышался лёгкий плеск воды.
Подземное озеро! Я не видела больших объемов воды с тех самых пор, как появилась в новом мире. И мне жутко захотелось приблизиться к озеру, так что я, немного подумав, начала искать оптимальный путь вниз. Как выяснилось, единственным способом пробраться на нижние ярусы являлся прямой спуск с обрывов. К счастью, внизу росли те самые люминесцентные грибы, и я решила воспользоваться случаем и спрыгнуть сначала на шляпку одного из них, что так удобно расположилась у стены пещеры, а затем уже на каменистую поверхность. Чем я и воспользовалась.
Но едва когтистые лапы коснулись мягкой, почти бархатной поверхности гриба, как он подо мной мгновенно потух, и сам гриб издал такую громкую протяжную вибрацию, что создалось впечатление, будто это колокол, и я в него только что ударила. Люминесцентные растения вокруг меня начали сразу тускнеть, а свисающие с потолка лианы зашевелились подобно ядовитым змеям. Шляпка гриба тоже как будто начала подо мной двигаться, и я, испугавшись, сразу же спрыгнула вниз, тихо зашипев от кольнувшей боли в лапе, за которую меня не так давно укусил дракх’кхан. Аккуратнее бы! А то ещё сломаю лапу впопыхах, и на этом моё приключение в пещерах закончится.
«Оно звенит! И шевелится!» — удивленно моргнула я, отступая от гриба на несколько шагов. Ножка еле слышно трещала, а шляпка гриба и в самом деле то сжималась, то наоборот — раскрываясь, выбрасывая в воздух светящиеся споры. Голос разума настойчиво шептал мне, что с тем, о чём ты ничего не знаешь, лучше дел не иметь, и я, послушав его, закрыла нос ладонью, дабы случайно не вдохнуть споры, и поспешно отступила от гриба на безопасное расстояние, найдя свободное от растений пространство.
 
Я сразу догадалась: вот что это были за вибрации, которые я ощущала у поверхности! Это одновременно вызывало у меня и научный интерес к этим растениям, и страх перед неизвестным, которое может оказаться опасным для меня. Вот бы сюда пригласить какого-нибудь натуралиста или биолога с Земли — ему было бы, что здесь изучить!
Подождав, пока вибрация уляжется, а уровень света вновь станет прежним, я двинулась дальше, но на этот раз действуя аккуратнее. Избегала свисающих лиан, не касалась травы или грибов, а когда спускалась на нижний ярус, то исключительно карабкаясь по каменистым стенам: благо что лапы были у меня весьма цепкими, и это не вызывало у меня каких-либо проблем. Так что где-то через пятнадцать минут я уже была на последнем и самом нижнем ярусе, а передо мной раскинулась ровная водная гладь.
«Похоже, что дальше ярусы уходят под воду», — определила я, осматриваясь. С одной стороны — я, наконец, увидела то, что хотела: целое озеро. Но с другой — вероятно, это был конец пути, ибо иных развилок и ответвлений я не заметила. Возможно, я просто невнимательно смотрела, и, скорее всего, где-то в темноте могли находиться новые проходы, но вряд ли я захочу идти ещё дальше в пещеры. Так и потеряться недолго. А вот рядом с водой как раз торчит какое-то странное и не характерное для этих мест растение, явно отличающееся от люминесцентных грибов и лиан над моей головой. Оно выглядело очень похожим на низкорослый земной куст — примерно мне по пояс ростом и с чётко выраженными ветками, на которых преобладала узкая серовато-красная листва. Похоже, это и был эс’куран, если вспомнить описание со слов Эрдората.
Я хотела было протянуть к нему лапу, чтобы сорвать пару веток, но вовремя вспомнила про грибы, у которых была необычная реакция на моё прикосновение, и потому сначала из предосторожности бросила камень туда. Реакция эс’курана оказалась такой же, как и у самого обычного в моем понимании растения — нулевой. Немного осмелев, я решилась подойти к кусту и сорвать несколько веток, собрав по итогу в лапах небольшую охапку.
«Пахнет мятой. Это интересно…» — усмехнулась я, принюхиваясь к листве. Я задумалась о том, что это, вероятно, и применяется дракх’кханами в виде обезболивающего и средства для выведения токсинов, но как именно они им пользуются — это оставалось под вопросом. В любом случае, я своё дело уже сделала, и теперь можно с чистой совестью возвращаться обратно.
Но перед этим я решила сделать то, о чём уже давно мечтала: зайти в озеро и хорошенько умыться. Сначала я наклонилась к поверхности и попробовала её на вкус: это оказалась самая обыкновенная вода, пусть и ожидаемо прохладная. Но после целой кучи проведённых на поверхности извержений света эта пещера и озеро казались настоящим оазисом посреди пустыни, и я, не обращая внимания на возникающую в теле дрожь, стала погружаться в воду. До чего же прекрасное чувство — плавать в настоящем озере! Это вам не пытаться умыться грязной водой из ручейка, который являлся единственным источником жидкости во всём клане.
Однако мой плеск стал эхом проноситься по пещере, и где-то вновь завибрировали грибы, реагируя на шум. Это заставило меня замереть на месте и мысленно ударить себя по лбу: не стоит поднимать много шума. Лучше по-быстрому сделать то, что хотела, и направиться обратно. Кто знает, какие тайны может хранить в себе эта пещера помимо странных растений?
Погрузившись по шею в воду и набрав горсть песка, я начала оттирать прилипшую кровь, засохшую грязь на теле, а также тщательно отмывать чешую. Единственные места, к которым я прикасалась с предельной аккуратностью — всё ещё свежие раны на боку и плечах. Смывать с них запёкшуюся корку тёмно-фиолетовой крови было плохим решением, и я осторожничала.
Отмывшись от следов грязи, я напоследок погрузилась с головой и какое-то время провела под водой, наслаждаясь свежей живительной влагой. Разумеется, я могла бы попробовать еще научиться плавать в новом теле, используя навыки и отточенные движения из прошлой жизни, но что-то подсказывало мне, что задерживаться в тёмной воде не стоило. А плавать там, где мог притаиться какой-нибудь пещерный хищник, означало большой риск.