БондиАнна. В Россию с любовью
Ах так? Ну тогда зайдём через главные ворота!
По невероятному стечению обстоятельств моя кровать в спальне была по соседству с кроватью Зои. Место это считалось привилегированным, и, конечно, какая-то новенькая, да ещё и впавшая в немилость, не должна была его занимать. Но так вышло, что предыдущая хозяйка кровати переехала и ушла из школы в тот же день, когда я туда поступила. Девочки просто не успели провести передел территории и решить, кому достанется великая честь приблизиться к царственному телу. А я, зайдя в пустую спальню со стопкой белья и сумкой, просто заняла единственную незастеленную кровать. Конечно, стоило девочкам вернуться после уроков, как меня сразу же попытались выдворить. Однако интуиция подсказывала: если уступлю — никогда уже не смогу завоевать хоть какой-то авторитет в этом мирке. Поэтому в кровать я вцепилась в прямом и переносном смысле.
Ту битву я выиграла и могла наблюдать за Зоей, как говорится, в естественной среде обитания.
Очень быстро я поняла, что первое впечатление о ней — красивая, но глупая, берёт голосом и нахрапом — было ошибочным. Зоя оказалась довольно умной и не такой уж злобной, как можно было подумать. Она хорошо училась, много читала и замечательно танцевала. Несмотря на внешнюю крутизну, девушка была очень неуверенна в себе. И так сильно боялась потерять свою власть, что начинала кусаться ещё до того, как к ней успевали подойти.
У Зои не было подруг. Другие девочки, даже те, кто считался приближёнными, относились к ней со смесью восхищения и страха. Каждая боялась совершить ошибку и попасть в опалу. Ведь это означало тотальный игнор и прочие прелести групповой нелюбви, которые я ощутила на собственной шкуре. Сама же Зоя порой, может, и хотела просто поболтать и посмеяться вместе со всеми, но как будто одёргивала себя — королева должна держать лицо. В общем, на вершине своего великолепия Зоя была совершенно одинока.
Она обожала Майкла Джексона. Я к творчеству поп-идола относилась с изрядной долей скепсиса, но именно он стал той соломинкой, которую я перекинула через пропасть.
Как-то вечером, перед отбоем, Зоя включила на своём стареньком кассетнике сборник любимого певца. Это была своего рода традиция, никто не возражал, но и не выражал восторга. Я заметила, что Зоя в приподнятом настроении. Она пританцовывала на кровати, явно желая устроить дискотеку. Но девочки вокруг занимались своими делами. Я тоже уже собиралась погрузиться в книгу, когда заиграла песня «Billie Jean».
Была не была! Всё равно терять уже нечего!
Магнитофон стоял на тумбочке между нашими кроватями. Я протянула руку и выкрутила звук на полную. Потом вскочила с кровати и прямо в проходе стала исполнять танец, отдалённо похожий на те, что Майкл демонстрировал в своих клипах.
Танцевала я средне, но в католической школе мы на Хеллоуин готовили номер именно под эту песню. Так что движения я помнила отлично.
Все девчонки затихли и чуть ли не с ужасом смотрели, как я отплясываю. Переводили взгляды с меня на Зою и обратно. Зоя сидела, открыв рот. Потом вдруг встала и присоединилась к моему танцу. Мы скакали в проходе, подпевали магнитофону и старательно выполняли все положенные движения. Завершили выступление «лунной походкой», которая нам обеим совершенно не удалась.
Песня закончилась, и следом заиграл медляк. Меня как будто кто-то толкнул под ребра. С широкой ухмылкой я повернулась к Зое и предложила ей руку. Она замешкалась лишь на секунду — и вот мы уже топтались, обхватив друг друга. Девчонки, смеясь, тоже стали разбиваться на пары, и вскоре спальня напоминала танцпол в каком-то сельском клубе, где отчаянно не хватает кавалеров. Разгонять нашу дискотеку пришлось дежурным учителям — мы никак не хотели укладываться.
На следующий день, когда мы с Зоей вдвоём выходили от директора после головомойки, она посмотрела на меня в упор.
— Так и знала, что ты — нормальная! — сказала она наконец.
— Могла бы просто спросить, — хмыкнула я в ответ.
Тем же вечером состоялась моя коронация.
Это была традиция школы, о которой все знали, однако испытать это на себе случалось немногим.
Вечером меня выгнали из спальни, и около получаса я провела в классе под присмотром двух девочек. Потом мне завязали глаза чьим-то платком, от которого ужасно разило дешевыми духами, и повели по коридорам. Я то и дело спотыкалась, рискуя подвернуть ногу.
Да уж, наверняка английская королева прибыла на свою коронацию с большим комфортом!
В спальне платок сняли, чуть не выдернув мне заодно половину волос. И я замерла, не зная, смеяться или сбежать, пока не поздно.
По углам горели свечи, создавая таинственную атмосферу. Правда, вставлены они были в банки из-под варенья — одна из девочек постоянно таскала из дома заготовки и лопала их прямо в спальне, хоть это и было строго запрещено.
Кровати были сдвинуты к стенам, а посреди комнаты лежал большой ковёр. Я пригляделась. Точно! Это был ковёр из кабинета директора! Одному Богу известно, как Зое и девчонкам удалось его стащить.
Если нас заметут — выговором не отделаемся!
На ковре лежала подушка, а вокруг стояли девочки — четверо по углам ковра, ещё четыре — с каждой его стороны.
— Прошу вас, королева! — Зоя, замотанная в белую простыню, подала мне руку и провела на ковёр. Там я уселась на подушку, подобрав под себя ноги. Чувствовала я себя совершенно по-дурацки, но девочки были так серьёзны, что я невольно прониклась обстановкой.
— Взяли! — скомандовала Зоя.
Стоящие вокруг девчонки наклонились, подхватили ковер и не слишком синхронно подняли его над полом. Я чуть не заорала. Ткань подо мной провисла, и я замахала руками, пытаясь удержать равновесие.
— Разойдитесь! — взвизгнула Зоя, кажется, с трудом сдерживая хохот.
Девочки кое-как растянули ковёр, и я вдруг почувствовала, что могу сидеть прямо. Я расправила плечи, напряглась, подняла голову.
— Несите королеву! — уже спокойнее сказала Зоя.
Девочки стали медленно обходить комнату. Я посмотрела вниз и вдруг ощутила себя на вершине мира. Я была китом, нет, акулой! А под моим брюхом сбились мелкие рыбки, придавленные моим величием.
Сейчас изящно сойду на пол и скажу…
Увы, изящного спуска не получилось. Одна из девочек споткнулась, всю конструкцию перекосило, и я опять потеряла равновесие. В конце концов мне удалось приземлиться на ноги и отпрыгнуть прежде, чем всю процессию накрыло пыльным ковром. Мы хохотали, зажимая рты руками, чтобы нас не услышали в соседних спальнях.
— А теперь, ваше величество, потащили ковёр на место! — прохрипела Зоя.
Мы снова рассмеялись. Я поняла: теперь мы с ней равны. Больше меня никто не посмеет тронуть.
Глава 5
Луч света в советском подъезде
Лондон, 2003 г.
Лекция закончилась, и все постепенно вернулись в фуршетный зал. Блюда пополнились роскошными закусками, а карманы людей — визитками.
Я взяла ещё пару канапе, чай и снова пошла блуждать по залу.
— Нам кредитов никто не даёт без залога, — услышала у одного из столов. — Составит ли Московское правительство программу поддержки компаний с технологическим профилем?
— Мы получили субсидии у фонда Бортника. Скажите, есть ли шанс податься к вам? — донеслось откуда-то сзади.
К столу, возле которого я остановилась, подошёл высокий мужчина в чёрном костюме. Он выбрал маленький сэндвич, взял чашечку кофе и остался стоять рядом.
Как бы невзначай я завела с ним разговор. После нескольких дежурных фраз диалог сам собой обратился к теме только что прошедшей лекции. Я внимательно слушала спикера, поэтому поддерживать беседу было довольно просто. К тому же мужчина, как это часто бывает, предпочитал говорить и был рад заполучить благодарную и немногословную собеседницу. Прощаясь, он протянул мне визитку.
Так вот как тут всё устроено!
Форум превратился для меня в азартную игру. Эдакая «Монополия», где нужно собрать как можно больше карточек с названиями разных предприятий.