В плену огня (СИ)
Мрачно смотрю то на сестру, то на Ксанию. Так-то оно так. Не выношу, когда со мной спорят, сразу начинаю заводиться. Где-то я даже согласен с такой постановкой ситуации, но… А потом вижу, как к нам направляются НК и порядком поднадоевший Ми́ттал. Нет, Натан мне надоел всё-таки больше!
Ксания
К нам подходят Натан и мужчина, что уже говорил с Андрианом. Алмазов закатил глаза:
— Что ещё?
На месте приблизившегося партнёра я бы уже ударилась в бегство, но тот настырный, начинает что-то бубнить, да ещё Андриана от нас с НК и Айданой в сторону тянет, чтобы не мешали. Боссу всё-таки пришлось выпустить мою руку, и я радуюсь обретённой свободе. После танца с Андрианом внутри всё горит. Душа горит! Скручивается в узел, пугающий своей силой. И я снова благодарна Натану, который как чувствовал, принёс мне сок.
— Тебе это нужно, — грустно усмехается он.
Сок прохладный, апельсиновый, приятно освежает горло и нервы, и я в несколько глотков ополовиниваю стакан. И потихоньку отступаю от образовывающегося родственного кружка: Айдана что-то спрашивает у НК, тот отвечает, рядом с ними Андриан. А мне нужно срочно побыть одной. Пока у Демона нечто вроде совещания, и пока он прилипчивого мужчину не покусал.
Однако побыть в одиночестве не удалось. Как только я оказалась достаточно далеко, рядом со мной возникла девушка в коротком блестящем платье. Та самая. Взгляд лощёной брюнетки наполнен ядом, и она этого не скрывает.
— Ну, здравствуй, Ксания Ми́лан, будущая Алмазова, — язвительно произнесла она и её заметно передёрнуло, словно даже имя моё ей неприятно. Столько злобы!
— Мы знакомы? — Я напряглась. Такую злость невозможно испытывать просто так. Я гадала, за что брюнетка меня ненавидит, интуитивно угадывая ответ. — Мы где-то встречались?
— Нееет, — тянет длинноногая красотка и прикладывается к бокалу с шампанским.
— Тогда кто Вы?
— Ирма. — Незнакомка нехорошо ухмыльнулась, не став делать секрета из своей персоны. — Разумеется, он не сказал тебе. Моё имя тебе ни о чём не говорит, но у нас с тобой общий мужчина, дорогуша.
Взгляд девушки недвусмысленно указал на высокую фигуру Алмазова. Моего Демона. Ирма даже улыбнулась мечтательно, ведя пальчиком по длинной ножке бокала, словно Андриан был рядом, и она гладила его. А у меня руки сами собой сжались в кулаки. Захотелось вцепиться в безупречную укладку и физиономию этой хищницы. Прости, Господи, я человек довольно мирный, но этой женщине причёска не идёт! Одновременно я начала задыхаться, будто меня ударили под дых. Ждала подобное заявление, но в глазах всё равно потемнело. Сказано было так, словно они до сих пор в отношениях.
«И правда, Ксания, с чего взяла, что нужна ему», — мелькнула горькая мысль. Алмазов не скрывал, что женится, потому что НАДО. А нежные чувства его, видимо, здесь. Я снова посмотрела на красотку.
— Дошло? — улыбка Ирмы стала приторно-сладкой. Она с огромным удовольствием наблюдала за моими потугами вдохнуть.
— Адрианчик… Он мой. По крайней мере, был исключительно моим совсем недавно. Как ты умудрилась пробиться в его официальную невесту, я решительно не понимаю. Он ведь никогда не хотел жениться! Ни на ком. Сто раз говорил. Но ко мне прибегал исправно. И вот теперь ты, в этом платье, — Ирма окинула меня взглядом полном кипучей зависти, — и можно подумать, ты вся ему такая пара! Да ещё объявление о женитьбе. Вечеринка, всё такое прочее. Как ты его заставила?
— Я никого не заставляла.
Приступ слабости прошёл и перед глазами плыла багровая пелена. Никогда не чувствовала себя такой кровожадной! Прищурилась под стать Алмазову, едва отдавая себе в том отчёт.
— Ну да, конечно. С чего же он так резко поменял решение? — Ирма пьяно обиделась и слегка качнулась. — Беременность? Или просто не хочешь говорить? Тут что-то не сходится. Но знаешь, что… Я докажу тебе! Я не стану устраивать скандал, потому что Адричек мне этого не простит, но я докажу тебе, что такой мужчина не для тебя. Кто ты такая? — лицо девушки перекосило яростью. — Деревенщина, выряженная в дорогое платье! Всего лишь! Ничего привлекательного. Скромница, с которой до свадьбы даже не поцелуешься, меня в этом не обманешь. У тебя же на лбу написано: целка и недотрога! А Адрианчику всегда нужно было бо́льшее! Ещё какое бо́льшее, если ты понимаешь, о чём я говорю. Темперамент у мужчины такой. Я могу ему это дать, а ты нет. Так что жди: через пару месяцев он вернётся ко мне, не смотря на любые причины скоропалительной женитьбы!
Ну, всё. Теперь я злая. Мало того, что эта лярва моего Демона коверкая красивое имя называет, так ещё уверена, будто между нами не может быть страсти! И говорит, словно он пожизненно принадлежит ей. Вытянувшись в струнку, я подшагнула к брюнетке.
— Мои отношения с моим почти уже мужем Вас не касаются! — зашипела зло. — Это только наше дело. С кем он был, меня не касается. А то, что к тебе не вернётся, уверена на все сто! Может, ему как раз стал не нужен ваш такой специфический сексуальный опыт?
Внутри стремительно леденело. Я действительно не знаю, зачем Андриан женится на мне. Он не говорил. И замуж потянул шантажом. О его прошлом я тоже не имею ни малейшего понятия. Алмазов как закрытая книга. Подозреваю, что со всеми. А эта девушка намекает на интимные отношения с Андрианом и уверяет, что он к ней теплее, чем к другим.
…Больно, как больно! Всё разрывается внутри. И я даже не могу проверить, правду она говорит или врёт. Но после поцелуя в архиве, после покупки платья, танца… Ох, Ксани, попала ты на крючок мужской ласки! Стоило Демону проявить внимание, и ты растаяла. Но ни за что не покажу глянцевой фифочке, как мне на самом деле плохо! Образ соперницы даже поплыл перед глазами. Так яростно я ещё никого не отчитывала, защищая своё.
Девица на секунду опешила, а потом засмеялась.
— Андрианчик не обращает на такие вещи внимания, — доверительно произнесла она.
Как же меня бесят эти: «Адричек» и «Адрианчик»!
— Не смей называть его так! — выдала я, уверенная, что имею на требование полное право.
— Ты просто жди, — фыркнула соперница. — У меня обязательно представится случай доказать тебе.
Неожиданно она замолчала, уставившись поверх моего плеча. Я очень хочу надеяться, что там кто-то посторонний, но знакомые покалывающие иголочки по коже сигнализируют, что там именно Андриан Алмазов. Оборачиваюсь. За спиной жених. Стоит, засунув руки в карманы. Вид мрачный, как у дьявола.
— Ирма. — В голосе ни малейшего тепла или намёка на приветствие. Цедит сквозь зубы. — Не подходи к Ксании. Мне. Это. Крайне. Не. Нравится. Не смей устраивать ей неудобства.
— А-аадричек! — девушка расплылась в глупой улыбке, не смотря на отповедь.
Алмазов закатил глаза:
— Как же меня бесят эти клички… — прошипел он. А потом произнёс громко и чётко: — Не смей звать меня Адричек!
Это прозвучало настолько синхронно моему недавнему заявлению, что я неприкрыто радуюсь. Меня отпустило. Тугой узел боли распускается. А Ирма, метнув на меня злобный взгляд, нервно отсалютовала мужчине бокалом.
— Хорошо, дорогой. Тогда Адриаша?
Да она тупая!
Повинуясь короткому кивку Алмазова, рядом появляется охрана и девушку аккуратно, но крепко взяли под руки.
— Мисс Торрес в такси и домой, — жёстко командует мой жених. — Ксания, мне жа…
Но я знаю, что когда он повернётся, то не увидит меня. Я стремительно иду сквозь толпу, глотая слёзы и едва сдерживая эмоции. Новый виток боли закручивает и душит. Ох, Ксания, какая же ты глупая, глупая…
Твёрдая рука перехватила меня возле самого выхода. Я думала, это снова Андриан, дёрнулась, чтобы дать отпор, но оказалось, что это НК. Австралийский брат выглядит внушительно: серьёзный. Напряжён. Взгляд внимательный.
— Что случилось, Ксания? — в словах тяжёлое участие. Будто бы всё видел и всё заранее понимает. — Что она тебе сказала?
— Ничего сильно значащего. Просто, когда прошлое настигает, становится неприятно.