Охотники на души (ЛП)

2
Добравшись до входа в подземку, я обнаружила, к своему недовольству, что станция была закрыта из-за аварии. Табличка направляла к автобусной остановке на другой стороне парка. Я могла обойти, но это заняло бы много времени, и, судя по расписанию, я пропустила бы автобус домой. А я хотела только быть дома. В безопасности своей комнаты.
Запястье все еще болело. Там уже проступило темное кольцо синяка. Что было с этим парнем? Он так… напал.
Я не могла иначе это описать. Он был дружелюбным и милым, а потом стал резким, как дикий зверь. И странный случай с нефритовым ножом — гул барабанов в ушах, крики девушки и ужасный запах горящих волос. Как это можно было объяснить?
Мне вдруг показалось, что за мной следят. Я нервно огляделась, отчасти ожидая снова увидеть парня из музея. Улица была людной. Группа мужчин вышла из паба, крича и ругаясь. Влюбленная парочка шагала рука об руку к ресторану. Высокий смех привлек мой взгляд к женщинам в коктейльных платьях, они держали в руках серебряные шарики в честь дня рождения. Офисный рабочий махал безумно рукой в мою сторону… но я быстро поняла, что он просто вызывал такси. Никто не замечал меня…
А потом я заметила фигуру в темном дверном проеме. Скорее тень, чем что-то еще. Но хоть я не видела лица, фигура будто смотрела на меня.
Мое сердце забилось быстрее. Дамиен преследовал меня?
Мимо проехал грузовик, закрыв поле зрения. Я вытянула шею, пытаясь следить за фигурой. Но, когда грузовик проехал, тень в дверях пропала. Может, она мне привиделась. Или кто-то просто заходил в квартиру…
Я отогнала дрожь, бегущую по спине, сверилась с расписанием. Если я пропущу автобус, другой будет через час. Хоть и не хотелось, я повернулась и пошла в парк, следовала за временными знаками от метро. Тут было тише, чем на улице. Но я говорила себе, что, чем быстрее доберусь до остановки, тем быстрее буду дома.
Дорожка пересекала мрачный парк по диагонали. Половину фонарей разбили, и мне приходилось идти во тьме между участками желтого света. С каждым шагом я ощущала на себе взгляды. Даже ребенком я ощущала, как люди смотрели на меня, и это осталось. Родители говорили, что опасаться незнакомцев было нормально, но не так. Некоторые люди смотрели на меня слишком долго, словно пытались вспомнить, видели ли меня раньше. Порой казалось, что и я уже видела этого человека. Я даже узнавала людей, хотя встречалась с ними впервые в своей жизни. Это было странное дежавю.
Если честно, я часто испытывала дежавю. Порой ощущение было очень сильным. Я вспомнила, как родители взяли меня дом из Национального фонда, дом семнадцатого века в Беркшире. Мне было тогда около восьми. Мы были на экскурсии с гидом, добрались до гостиной, когда мне сильно захотелось в туалет. Родители попросили гида, старушку, и она ответила строго, что мне стоило сходить в туалет перед началом экскурсии, потому что общественный туалет был только у входа. Но я знала — честно, знала — что туалет был за стеллажом в углу. Гид хмуро глядела на меня сквозь перламутровые очки. Она сказала мне не шутить. Но я настаивала. А потом куратор дома подошел и объяснил, что когда-то давно там был туалет, но его заложили кирпичом. Почти сто двадцать лет назад! Мои родители потрясенно глядели на меня, раскрыв рты. Я не могла им ответить. Я откуда-то просто знала.
 
Телефон запищал в кармане. Я остановилась и посмотрела на экран. Сообщение от Мэй.
«Дж., ты окей? Переживаю. Напиши, как доберешься домой. Х».
Я собиралась ответить, но заметила краем глаза движение. Сердце забилось быстрее, я вглядывалась в ночь. Сияние от экрана телефона притупило мое зрение, но я была уверена, что фигура застыла посреди парка. Ее неподвижность была такой жуткой и неестественной, что волоски встали дыбом на моей шее, и я судорожно выдохнула, пытаясь успокоиться.
Убрав телефон в карман, я снова пошла по дорожке. Тут было тревожно пусто. Где были все люди? Почему никто не шел в обход? Мне захотелось быть в толпе людей. Я видела вдали автобусную остановку, на дальней стороне детской площадки, как маяк. Я поспешила туда, каждый островок света фонаря временно спасал меня от жуткой тьмы.
Другая фигура скользнула по пару слева от меня. Потом я заметила еще три фигуры. Все двигались ко мне.
«Глупо, глупо, глупо, Дженна! Сколько раз мама с папой предупреждали меня, что нельзя рисковать? Зачем я пошла по короткому пути?».
Автобусная остановка казалась ужасно далекой. Я побежала. Дыхание оглушало, кровь гремела в ушах. Я бежала мимо детской площадки, и банда толстовок появилась из тьмы и преградила путь. Они окружили меня и поймали.
— Куда ты так спешишь? — спросил один из них, лицо было скрытым.
— Д-домой, — мой голос дрогнул.
— Не этой ночью.
Я подавила панику, полезла в куртку и вытащила кошелек.
— Вот, возьмите, — я протянула кошелек им. Отец говорил, что если на меня нападут воры, стоило просто отдать им, что они хотели. Он говорил, что деньги можно было заработать, а жизнь не заменить. Но они не реагировали. Они просто стояли, сунув руки в карманы, лица были в тени.
Я протянула телефон.
— Это все, что у меня есть. Прошу, возьмите и оставьте меня в покое.
— Нам не нужны твои деньги… или твой телефон, — сказал парень.
Мне стало не по себе, внутри все опустело.
— Тогда чего вы хотите?
Парень вышел на свет, стало видно бледное лицо с глазами, похожими на черные дыры в его голове.
— Тебя, Дженна, — сказал Дамиен. — Мы просто хотим тебя.
3
Паника охватила меня, пятеро парней приближались со всех сторон. Страх скова конечности, я не могла биться или бежать. Даже голос подвел меня, отчаянная попытка закричать застряла камнем в горле. Я озиралась в поисках того, кого можно было позвать на помощь, но парк был пустым.