Кузницы драконов (СИ)

— Это как?
— Не один только Золотой Дом способен улавливать магические всплески. И Ваше появление для меня не было неожиданностью. Я пристально отслеживал каждого нового прибывшего ученика. И вы подходили под большинство прогнозов и расчетов. Меня, конечно, смутило заявление Золотого дома, что мы ждем девочку, но и это со временем объяснилось. Но вы не пришли — он покачал головой.
— А зачем я должна была?
— За помощью, разумеется. И я бы вам её оказал. Я знаю, что все драконы подозрительны и врага видят в листке дерева опустившегося под порывом ветра им на макушку. Но вы Балаури Вайолет превзошли в своей подозрительности всех — он был явно этим недоволен.
— Может быть, именно по этому, я до сих пор и жива? — смело возразила я.
— Возможно. И я рад, что не смотря не свою недоверчивость, вам все же удалось найти дружбу и любовь. Не теряйте её, девочка — и он посмотрел на меня из под густых черных бровей.
— Пока у меня это плохо получается. Я несу потери и ощутимые. Друг спит, и когда проснется не понятно. А любимый вообще пропал. Так что мне и в самом деле необходима помощь — выдала я частично наши дела, не называя имён.
На меня посмотрели очень внимательно. И сделав определенные выводы, ректор произнес.
— Лучше поздно, чем никогда. И так? Какая помощь тебе нужна? Информация, как я полагаю?
— Да. Мне нужно проникнуть в Замок Черных драконов. Поговорить с Хранителем, и по возможности заручится поддержкой его главы. И в этом мне необходима ваша помощь.
— А что же Ногат?
Я даже вздрогнула, при упоминании этого имени.
— Да, как то не сложились у нас с ним взаимоотношения. Да и я ответила отказом на его брачные планы, сославшись на индивидуальную несопоставимость драконов. Не думаю, что я теперь причислена к его списку друзей.
— Это слишком самоуверенно думать, что ты знаешь, что в голове у древнего и могущественного дракона. Но я получил на твой счет довольно четкие инструкции от главы моего дома. Так что если в твои планы входит посещение замка, то я готов тебя туда препроводить — и меня снова одарили внимательным взглядом.
— Вот так просто? — удивилась я.
— Просто? Нет, моя дорогая девочка. Все совсем не просто. Попасть в замок ты попадешь, только вот нет абсолютно никакой уверенности, что тебе удастся достигнуть своих целей. Я вообще сомневаюсь, что ты получишь от разговора с Главой Черного Дома хоть какую-то выгоду. Но ваша встреча ему интересна, и поэтому она состоится.
— Интересна?
— Да. Ему просто любопытно на тебя посмотреть. Не более. Так что сильно не радуйся и уж тем более не обольщайся. Мой тебе совет. Интерес ты вызвала. Но его необходимо поддержать, а еще лучше укрепить. Дерзай. И я уверен, что у тебя получится.
— Когда мы можем отправиться?
— Прямо сейчас. Только вот отправимся мы с вами втроем. Вам Гарбине Гроссуляр придется подождать нас в другом месте. В Замок пойдут только члены Белого Дома. Я могу гарантировать полную неприкосновенность. Не беспокойтесь. Вам абсолютно ничего не угрожает.
Мы переглянулись. Гарб пожал плечами. Мы обсуждали этот вариант, и предвидели, что в Замок Черных его могут не пустить. Так что теперь он возвращался к Вильгельму рассказывать новости, а мы отправлялись в логово недоброжелателя. Ну, или врага. Тут уж как повезет.
— Вы нас отправите сразу в Замок? — спросила я, пока мы шли к аркам перехода.
— Боюсь что моих полномочий на это не достаточно. Но вот в особняк я смогу вас отправить. А там уж вас должны встретить — последовал ответ.
— А вы с нами не пойдете? — сделал Ханс невинные глазки.
— Боюсь, что нет. У меня четкие инструкции, полученные от главы Дома лично, на случай вашего появления. И я не могу их нарушать. Но как я уже говорил вам абсолютно нечего опасаться. Хм. Во всяком случае, в этот ваш визит — решил на всякий случай уточнить ректор.
Мы переглянулись. Значит, у нас есть только этот визит на разведку. Вряд ли нам будут рады в дальнейшем.
Выйдя из арки перехода, мы огляделись. Почему-то мы оказались не в особняке, а прямо перед ним. На центральной площади деревни рядом с Замком. И да. Тут были горы, но вот меня они совсем не обрадовали.
 
Я наклонилась и подняла камень, которым была устлана вся площадь перед особняком. Нда. Вот почему горы такие черные. Гагат, это определенно был он. Только вот в моем мире гагатовых гор не бывает. Да и вообще эта осадочная горная порода твердость имеет очень не большую, и легко поддается полировке, которая придает черному цвету бархатистость. Но горы? Интенсивно черные, с жирным смолянисто-нефтяным блеском?
В моем мире гагат активно используется для изготовления украшений еще с древних времен. Одно время в викторианской Англии был популярен как материал для изготовления траурных украшений. На востоке он тоже ценился в основном для изготовления четок и бус.
Сказать, что горы выглядели мрачно и траурно — это значит, ничего не сказать. В детстве я часто видела черный битум. Как в твердом, так и в жидком его виде. Его любили заливать при строительстве. Так вот сейчас эти горы мне казались одним большим куском битума, который того и гляди расплавится и потечет смертоносной горячей жижей.
Меня передернуло. И как тут люди вообще живут? Хотя ко всему привыкаешь, даже к черным блестящим горам.
Хансу, так же как и мне всё тут не нравилось. Его руки то и дело касались рукоятки мечей. Достать он их не пытался, но был на стороже. Мы двинулись через всю площадь к особняку. Что-то нас никто не встречает, не очень-то это гостеприимно.
Поднявшись по ступенькам, я потянула на себя тяжелую дверь. Мы вошли, и первое что я сделала быстрым движением достала лук из-за спины и, приладив тетиву, наставила её на черного медведя сидевшего посредине холла и смотрящего прямо на меня маленькими глазками.
— Вай, это Хранитель. Будет не вежливо прямо с порога стрелять в него. Может, сначала представимся? — тихо сказал Ханс за моей спиной.
— Хром и бром, это же медведь! После того как я скажу ему свое имя, что я лучше стрелять начну? Или ему есть нас будет сподручнее? Имя для меню? — не поддалась я.
— Вообще-то это Барибал. Медведи крупнее. А это маленький, и хорошенький — не сдавался Ханс.
— А ты-то откуда это знаешь? — я убрала лук и стрелу обратно за спину.
— Вай, в личных покоях ректора висит картина, где он с этим барибалом. Ты что никогда внимания не обращала? — пожал плечами друг.
— Да как-то не до картин мне вечно было.
Ханс вышел вперед и почтительно поклонился медведю. Он был абсолютно черный, с густым лоснящимся мехом. И вот совсем не производил впечатления домашнего животного. Да и медведи хищники, даже маленькие.
Медведь закрыл лапой нос. Хм. Тоже мне Умка нашелся. От нас не воняет, во всяком случае, я так думаю.
А потом он развернулся, и смешно перебирая лапами, пошел внутрь дома. Мы, переглянувшись, двинулись следом. Привели нас, как и следовало ожидать к арке перехода. Ну, значит, нас всё-таки примут в замке. И то хлеб, с мёдом, раз уж тут медведи бродят.
Оникс. Черный оникс. Именно из него и были сделаны все стены в замке Черных Драконов. А какой еще камень мне следовало ожидать? Именно он ведь предположительно входит в двенадцать библейских камней. Наряду с алмазом, аметистом, сапфиром. И да. Здесь были алмазы — черные, разумеется, очень много черных алмазов, и золота. Всё это ужасно смахивало на чертоги некромантии или убежище мрачного колдуна похитителя душ.
Мы неторопливо шли за медведем. Ах, да. За барибалом. А тот явно не спешил, давая нам возможность насладится блеском черных алмазов и своей виляющей толстенькой задницей. У всех медведей, на мой взгляд, самое главное — это круглая мохнатая попа. Вот прямо просится её потрогать.
Остановившись перед резной дверью, медведь лапой поскребся и прозвучал красивый глубокий голос, разрешавший нам войти.
Гостиная куда нас привели, была просто роскошной. И в ней вовсе не преобладал мрачный черный цвет. Нет, он был основным, но еще было много золота, серебра и блеска черных брильянтов.