Падающий цветок (СИ)

- Не помни мне платье. – шепчет она и льнет ко мне грудью как кошка. Бросает вызов. – Иначе, потом буду на приёме как потасканная курица.
- А может мне немного потаскать тебя? Совсем чуть-чуть. – пытаюсь задрать ее платье, чтобы прикоснуться к розовой плоти. Мне всегда ее мало. Хочу постоянно. – Самую малость…
Ладошка звонко хлопает меня по руке. Виктория отходит в сторону и наклоняет голову в бок, цокая языком и корча гримасу. Напоминает мне строгую учительницу.
- Пойду проверю Жасмин. – говорит она и виляя сексуально бёдрами, оставляет меня заведённого и желающего сладкого. Как будто специально так раскачивает попой. – Это первый ее такой выход в свет.
Тяжело вздыхаю и по привычки тянусь в карман, чтобы достать сигареты, лишь не найдя ничего, вспоминаю – я давно уже не курю. Вредная и такая любимая привычка была заброшена резко после рождения дочери. Жасмин не нравилось, когда от меня пахло никотином, поэтому пришлось завязать с курением. Дочь выросла, но я решил бросить вредную привычку. Иногда я нюхал дорогие сигары, успокаивая свои нервы.
Дочь была моим маленьким цветочком, которым я мог любоваться часами. Жасмин вобрала в себя лучшие качества от нас с Викторией: она была умна, в меру горяча и своенравна, красива и женственна, целеустремленна и рассудительна.
Ее глаза сводили с ума каждого, кто в них заглядывал. Она напоминала степную кошку. Все друзья Мустафы мечтали заполучить ее сердце, но вот она влюбилась в Арсена. Это доводило меня до безумия. Ей было всего пятнадцать. И все о чем она должна была думать – об учебе, а не о парне, который только снял памперсы и не научился обращаться со своей пипеткой.
Мустафа же был моей надеждой и опорой, он быстро взрослел и был очень умён. К моему счастью он гармонично вписался в жизнь Эмирата, чувствуя себя здесь как дома и кипя идеями, как улучшить качество жизни проживающих тут людей.
Сегодня был приём в честь дня рождения брата. По такому случаю сад при дворце станет целой развлекательной площадкой. На ужине соберутся как самые близкие, так и просто нужные люди и представители дружественных стран.
Амир со своей женой и сыном встречали всех гостей, здороваясь с каждым и перебрасываясь несколькими словами. Было видно, что они уже утомились и устали улыбаться. Брат расслабил галстук и изо всех сил пытался казаться любезным.
- Ахмед. – старый друг отца Абдула Абу-Джангед поравнялся со мной и протянул руку, чтобы поздороваться. Для своих девяноста лет старик выглядел очень бодрым. – Вы становитесь копией своего отца. Лучшей копией. Иншааллах, Ваша замечательная семья будет под защитой Аллаха, и никакие беды ее не коснуться.
- Спасибо. – пожимаю его руку. – Приятно это слышать от Вас.
- Моё сердце не нарадуется глядя на Вас. У Вас замечательная жена, она всегда освещает всех своим присутствием, глаз не нарадуется. И дети – гордость. Ваша семья – пример для многих.
Моё лицо трогает улыбка. Машинально нахожу глазами Викторию и Жасмин. Как по мне, так они самые красивые в этом зале. Мои прекрасные девочки.
Когда я уже думал, что моя жизнь ничего не стоит и в ней не будет ничего хорошего, Аллах подарил мне шанс – он столкнул меня с Викторией, самой большой победой в моей жизни. В какой-то момент я чуть не просрал все и не потерял ее из-за своей глупости. Но и тогда Аллах вразумил и поставил меня на путь истинный. Тогда я обрёл веру.
Чувствуя мой взгляд, жена поднимает глаза и еле заметно выгибает бровь. Голубые глаза искрятся нежностью. Чувствую, как она читает мои мысли. Не удерживаюсь и посылаю ей воздушный поцелуй, вызывая у нее смех. Она смеётся и прикрывает рот рукой, пытаясь скрыть свою улыбку. Жасмин закатывает глаза. Она как ребенок реагирует на наши нежности.
Виктория, мой цветочек, расправляет плечи, будто за ними не видимые крылышки, и приходит в движение. Она словно бабочка облетает зал и оказывается рядом со мной, нежно утыкается носом и шепчет:
- Мне нужна твоя помощь. Кажется, у меня что-то с платьем. Если мы срочном не уединимся и не поправим его, со мной случится что-нибудь страшное!
 
- Намёк понял, Малышка! – довольно урчу, утаскивая ее за собой. Прелесть дворца в изобилии тихих комнат.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Конец