Падающий цветок (СИ)

Мы согласились на союз, создание брака на взаимовыгодных условиях. Тогда мы еще не могли предположить, что станем лучшими друзьями, родственными душами. Между нами не было искр и секса, между нами было большее – крепкая дружба и нежность по отношению к друг другу.
+++
В белоснежной одежде в свете солнца смуглая кожа Зейда отливает золотом. Его статная фигура возвышается над всеми присутствующими. Густые брови сходятся на переносице, придавая взгляду суровости. Зейд всегда серьёзен и деловит. Если бы было нужно охарактеризовать его одним словом, то я бы сказала – благонадежный.
- Какой же он красивый. Когда я вырасту, выйду замуж за него. – девочка четырнадцати лет озвучивает вслух мысли всех присутствующих девушек. Я смущенно улыбаюсь, бросая взгляд на Зейда и слегка приподнимая бровь. Мы встречаемся взглядами, и мужчина посылает мне успокаивающие сигналы глазами.
- До сих пор не знаю, как Вам так повезло, что господин Зейд ибн Амра женился на Вас. – ко мне подходит дочь одного из бедуинов. Невысокая Анфис с широкими плечами и узкой талией никогда не жила в крытом доме, она привыкла спать под открытым небом в пустыне. Такая точно и верблюда на скаку остановит и траншею с водой прокапает в пустыне. И у неё были свои виды на моего мужа.
- Воля Аллаха. – ретируюсь подальше от неё, испытывая непереносимость этой девушки с первой встречи. Беру за руку Мустафу и веду его подальше от этого собрания. Хочется побыть с сыном наедине. Подальше от любопытных взгляд. Хорошо, что сын так очарователен и его все любят и не задумываются, что он совсем не похож на Зейда.
Мы достаём коробку с его игрушками и выкладываем их на ковре. Мустафа берет миниатюру со львом, поглаживая его маленькими пальчиками, а потом прижимая его к щеке, краснея и мечтательно закрывая глаза.
Машинально глажу его по голове, наблюдая как он затейливо расставляет животных. У сына особая любовь к царю зверей. Львы его заветная страсть.
Пожалуй, как бы мне не хотелось, гены пальцем не выковыряешь.
Меня отвлекает громкий топот. В пустыне все слышно, каждый шорох.
Настороженно выпрямляюсь и незаметно выглядываю из шатра. К центру нашего маленького поселения направляются всадники на чёрных скакунах. Четыре мужчины спешат к нам.
Нехорошее предчувствие охватывает меня. Облизываю пересохшие губы.
Сегодня ровно три года, как я сбежала от Аль-Мактума, неужели он нашего меня?
Я быстро кидаюсь к чемодану и начинаю лихорадочно искать платки или что-нибудь подобное. Повязываю платок так, чтобы были видны только глаза. Никто не должен видеть моё лицо. Может быть моё предчувствие ошибочно.
Гордые скакуны величаво проходят к центру поселения. Все всадники одинаково одеты в чёрные костюмы, высокие сапоги блестят в солнечных лучах. Невольно засматриваюсь на них, удивляясь, как им не жарко. Их лица скрыты арафатами.
- Зейд, Ас-саляму алейкум, брат! – один из них спешивается и обнимает Зейда. – Давно мы не виделись, ты больше не принимаешь приглашения, только кочуешь?
- ваалейкум Ассалам, Рафхат. Дела семейные не дают вырваться.
Мужчина снимает арафату, и я узнаю его. Помню только лицо, он был во дворце, один из прислужников Эмира. От волнения не замечаю, как Мустафа теряет интерес к своим игрушкам и выныривает из шатра, направляясь к гостям.
Он с интересом обходит их и нагло гладит лошадь.
- какие красивые! - с придыханием говорит сын, глядя на гостя. Тот оборачивается и смотрит прямо на моего мальчика. Я вскрикиваю, осязая всем телом, что от мужчины не укрывается схожесть.
- А кто это у нас? – он проворно берет сына на руки, рассматривая его детское личико. Его голос становится глухим, но я отчётливо его слышу. Каждое слово. Они режут моё сердце. – Поразительно. У него глаза Аль-Мактумов. Такие же зеленые.
- Как бы не прискорбно это звучало, но не все зеленоглазые люди на планете родственники нашего высоко уважаемого Эмира. Познакомься, Рафхат, это мой сын, Мустафа. – Зейд остаётся спокойным и даже улыбается. Меня же разрывает на части от волнения и истерики.
 
- Приятно познакомиться, Мустафа ибн Амра. – мужчина почтительно кивает. – И все же разительное сходство. Вылитый Ахмед в детстве.
- Как Эмир?
- Аллах пока не наградил его детьми, но все будет в будущем. Мы все очень ждём, когда Амир выберет невесту и тоже обзаведётся семьей. Я частично поэтому и приехал, брат. Мне нужна твоя помощь. Четыре лучших верблюда, из тех, что у тебя есть. Скоро к Эмиру приезжает его старый друг, он хочет сделать ему подарок.
- Конечно. – Зейд хлопает мужчину по плечу. – Ты мог бы отправить гонца и я бы отправил верблюдов с ним.
- Мне хотелось увидеть тебя лично. Нужно поговорить. Но это потом. Познакомь меня со своей женой. Ты наглец, даже не пригласил меня на Свадьбу!
++
Ощущение разоблачения поселяется в сердце, вороша в нем прошлые обиды и возвращая в мою жизнь кошмары из прошлого. От волнения у меня зудит все тело. Словно сумасшедшая я чешу руки, пока они не становятся красными.
Первое время я не могла спать, мне каждый день снился мой побег. Меня преследовали, когда находили, то жестоко насиловали и убивали. Страшные картины преследовали меня до родов. Только, когда я увидела чистые глаза сына, я поняла, что все эти мучения были не зря. Зелёные омуты порабощали меня.
Маленький мальчик с жидкими черными волосиками. Мой сладкий мальчик. Моя звездочка.
Когда я узнала, что беременна, то не могла поверить в это. Даже ребенка не хотела. Я была так глупа и юна. Его рождение поменяло меня изнутри. Ради него я готова на все. Если мне придётся пройти сквозь огонь, сгореть заживо, я сделаю это не колеблясь.
И сейчас, ради его защиты, нужно все сделать правильно.
- Даже жену не представишь? – Рафхат шутит, он пока и предположить не может, но Зейн немного теряется. Он не знает, что я слышу их разговор, боится застать меня врасплох.
- Добрый день! – я выхожу из шатра, пытаясь побороть страх, нужно вести себя так, будто все хорошо. Нужно выручить Зейда. – Мустафа Вас не утомил? Он у нас неугомонный.
Роль послушной жены Араба даётся мне хорошо. За эти годы я отлично отточила все детали этой незатейливой роли.
Смотрю либо в пол или еле приоткрывая ресницы, делая вид, что смущена.
- Познакомься, Рафхат, это моя жена Виам. – к моему мужу возвращается спокойствие. Мое лицо закрыто платком, мужчина не должен узнать меня. Мы никогда не разговаривали с ним лично, моего голоса он не знает. – Виам, это друг моего детства, Рафхат. По совместительству, он глава безопасности нашего Эмира.
- Очень приятно. – почтительно говорит мужчина. Точно, я вспомнила, кем он работал. Это он собирал все доказательства моего грехопадения.
Я почтительно киваю и забираю мальчика из рук гостя. Мустафа с интересом крутит головой.
Татуировка начинает гореть на затылке, словно сигнализируя о том, кто я.
- Мне нужно покормить мальчика, прошу меня простить. – сбегаю как трусиха от них. Слышу только, как Рафхат тихо шепчет Зейду:
- и как ты нашел такой чудесный мираж в пустыне?
Пытаюсь вести себя, как обычно, не нервничать. Несколько женщин насмешливо подмечают, что я в платке. Что не редкость, но очень часто я либо забываю их надеть, либо теряю. Это постоянно служит предметом насмешек и пересуд.
Время тянется невыносимо долго. Жду Зейда, пытаясь держать себя в руках.
- Так и знал, что найду тебя, ходящей из стороны в сторону. – он гладит по голове спящего Мустафу. – Все хорошо, не переживай, Вика.
Зейн только наедине позволяет себе называть меня по имени, когда нас никто не слышит. Мне нравится, как он говорит его.
 
- Они надолго задержатся в лагере? – нервно спрашиваю его, не находя себе места. Появление незваных гостей даже отодвигает на второй план разговор с Эсме о детях.
- Завтра утром они уедут. Успокойся, он не узнал тебя. Мы всегда знали, что рано или поздно рядом с нами могут оказаться люди, кто может тебя узнать. – Зейд садится на подушку и начинает раскуривать свою трубку, курение которой всегда его успокаивало. – Рафхат просто приехал за верблюдами и пригласил нас в гости. Я не могу отказать ему в этой просьбе, это будет не вежливо. Проведую его с Мустафой.