Гнев Империи V (СИ)
— Ты сам не спрашивал, — равнодушно отметила она. — Я говорила, что это будет не просто, но ты не стал уточнять.
— Неважно, — отмахнулся я. — Лучше скажи, почему вдруг по одному твоему слову созывается состязание за трон ярла? Он что, внезапно устал и решил уйти на покой?
— Можно сказать и так.
— Серьезно?..
— Да, — подтвердила она. — Обычно ярла избирают раз в десять лет. Восемь лет назад мой отец доказал, что всё ещё достаточно силен, чтобы удержать титул, но в последние годы его здоровье подорвалось, и он не планировал принимать участие в состязании, что должно было состояться через два года.
— Понятно… Значит, ты хотела потратить эти два года на то, чтобы узнать меня получше, а затем выставить как бойца.
— Верно. Но раз уж ситуация так оборачивается, то придется форсировать события.
— Твой отец точно не будет против? А твой клан? Неужели у них нет своего кандидата?
— Разумеется есть, это Льёт. Мой старший брат. Он с самого рождения готовился к роли ярла, доказывал, что он гордость клана и будет достойной сменой отцу на престоле.
— Что-то мне подсказывает, он не будет рад Диме, — хмыкнула Таня, бросив на меня насмешливый взгляд.
— Мягко сказано. Но и он, и клан мне доверяют. Доверяют настолько, что готовы поставить на тебя, несмотря на все заслуги Льёта. Ты будешь нашим чемпионом, Дмитрий Старцев, но не жди, что к тебе будут относиться тепло.
— Север не любит слабых, — понял я.
— Север не любит слабых, — кивнула Хильда. — Тебя будут испытывать, пытаться сломать, и ты должен будешь доказать, что достоин.
— Похоже, зря я надеялся, что буду скучать эти месяцы. Когда отправляемся?
— Завтра, на рассвете. Так что отдыхайте и набирайтесь сил, дорога будет долгой.
Глава 5
Как и сказала Хильда, в путь мы отправились на рассвете. И плыть нам предстоит больше недели. Уже к концу первого дня я понял, почему Хильда с таким удовольствием отмокала в горячей воде. Драккары — не самые удобные корабли. Они небольшие и невместительные, есть трюм, но небольшой и рассчитанный только для груза. Спать же приходилось либо на одной из лавок, причем сидя, либо в середине судна разбивали небольшую палатку. Но там не могла поместиться даже треть команды. Обычно там спят те, кто заболел или был ранен, в остальном же северные воины считают, что спать в палатке — признак слабости. Так что никто разбивать её не спешил, а об её существовании я узнал лишь от Эйрика.
Вот и приходилось быть как все, перенося трудности вместе с воинами.
Драккар медленно плыл, рассекая туман. Временами казалось, что вокруг нас кроме него совершенно ничего нет, одна сплошная пустота, но затем мы выплывали к очередному фьорду. Некоторые из них были огромными, другие больше напоминали торчащие из земли скалы. И вот с последними было особенно сложно. Тут сплошь и рядом мели, легко было сесть на одну из них.
Этим землям сильно досталось от произошедшего здесь катаклизма. Практически не осталось лесов, не осталось пастбищ, сплошные голые камни, покрытые мхом, с редкими деревьями. Суровая земля, где люди именно что выживают.
Изредка на больших фьордах нам попадались маленькие деревушки, которые казались покинутыми, и лишь дым, поднимающийся из дымоходов длинных домов, говорил о том, что тут кто-то живет. К ним мы не подплывали.
— Хильда, — обратился я к девушке во время путешествия. — А что значил тот обряд, который вы проводили по прибытии? С кровью и мечом.
— Это… сложно, — сдержанно улыбнулась она. — Это вроде старого обычая, когда правящий клан выказывает свое расположение.
— И всё?
— У него есть предыстория, кровавая и драматичная, но я уже не помню деталей. Если интересно, можешь расспросить советника моего отца, он знает эти старые истории.
— А ты нет?
— Не вижу смысла держать в голове старые сказки, это пройденный этап. Предпочитаю забивать голову чем-нибудь более полезным. Я знаю, что нужно делать и говорить — этого достаточно.
На том разговор утих как-то сам собой. Хильда во время пути была на редкость задумчива и молчалива, и вытащить из неё хоть пару слов было той ещё проблемой. Видимо, её беспокоило грядущее, но делиться с нами своими мыслями она не собиралась.
А путь продолжался. И чем дальше мы заплывали в земли Тысячи Фьордов, тем отчетливее я ощущал остатки магии и отголоски собственной бури. Тут, чтобы подпитываться, мне даже нет необходимости тянуть эмоции из окружающих, тут сила разлита в воздухе как обычная магия в Империи. Уже на третий день пути я заполнил свой Сосуд Правителя, и в дальнейшем приходилось вспоминать уроки Цукимару и опустошать его, заполнять заново, смешивать и разделять энергию. Таким образом я укреплял его, повышал внутреннюю емкость и скорость работы энергии. В последнее время я мало таким занимался, но раз уж на этой посудине всё равно больше нечем заниматься, то это хоть как-то меня развлекало. Да и Хильда говорила, что мне нужно тренироваться, а насыщение энергией мышц — это тоже часть тренировки.
Первые признаки цивилизации появились спустя примерно четыре дня пути. И это был огромный каменный мост, соединяющий два крупных лесных фьорда. Это был один из первых мостов, но далеко не последний. Одни были деревянными, другие каменными, да и застав с дозорными тут хватало. Сразу было видно — земли обитаемы и за ними присматривают.
— На каждой из вышек есть жаровни, — сообщил Эйрик. — Таким образом мы передаем сигналы, если что-то случилось.
— А туман не мешает?
— Все отработано за столетия. Вышки расположены так, что даже во время самого густого тумана виден огонь с ближайшей.
— Понятно, — кивнул я.
Городов и деревень тут хватало, практически на каждом фьорде что-то да было. Некоторые города были действительно крупными, и я даже начинал думать, что может вот он, этот знаменитый Йонгард, столица Тысячи Фьордов, но нет. Это было лишь очередное поселение.
— Уже скоро, — сказала мне Хильда, увидев очередное моё разочарование после того, как мы миновали крупный город.
— Очень на это надеюсь…
За эту неделю я уже стал мечтать о теплой уютной кровати и ванне. Да, теперь я отлично понимал, почему Хильда не собиралась тогда выбираться из бадьи. Я бы и сам, оказавшись в горячей воде сейчас, не захотел бы никуда идти. А ещё скучал по нормальной горячей еде.
К Йонгарду мы подошли к концу дня, и надо признать, этот город действительно производил впечатления. Хотя бы тем, что он был втрое больше любого из тех, что я видел во время плавания. Сотни домов разных размеров буквально заполнили собой не самый большой фьорд, и на вершине всего этого стоял самый большой длинный дом из тех, что я видел. Думаю, он раз в пять больше того, в котором нам с Таней доводилось ночевать.
И столице было явно тесно на этом фьорде, потому что в стороны были раскинуты десятки мостов, соединяющих его с ближайшими фьордами, где тоже хватало построек. И всё это буквально нависало над нами.
— Ну как тебе? — спросила Хильда, прижавшись к моей руке.
— Красиво, — признал я.
— Надеюсь, однажды это место станет твоим домом.
— Кто знает… — вздохнул я.
* * *Как Хильда и говорила, прием мне тут оказали холодный, но немного не такой, каким я его себе представлял. Ожидал, что будут на меня бросать хмурые и презрительные взгляды, каких я уже насмотрелся в лицее первое время, но нет. Всем было… плевать. Я был просто никому не интересен, даже на Таню, как на молодую и красивую девушку, смотрели гораздо больше, чем на меня. А я для окружающих был неинтересным чужаком, и это было немного обидно, учитывая, что я вроде бы должен был стать следующим ярлом.
В какой-то момент Хильду увели, а мы с Таней в буквальном смысле остались сами по себе. Стояли в порту и смотрели по сторонам, не зная, что делать дальше.
— И что нам делать? — спросила Таня, переминаясь с ноги на ноги. Ночи на севере были действительно холодными.