Гнев Империи V (СИ)
— Девяносто три валькирии, сто сорок четыре эйнхерия и двести семнадцать асов. И мы все готовы преклонить колено перед новым владыкой, — последние слова она сказала с некоторой неохотой. Но это и понятно. Я очередной чужак, что решил править местными реликтами. Разумеется им это не нравится.
Прогулка по Асгарду вышла недолгой, в конце концов город на пять сотен жителей это маленькое поселение, фактически деревня, в которой все друг друга знают. Но за это время они показали мне, как устроен тут быт, и в частности провели демонстрацию воинских умений. Несколько валькирий устроили показательные бои, и не буду отрицать, я засмотрелся на то, как красивые девушки дерутся друг с другом.
Ну а затем, по традиции северян, был устроен пир.
Ну разумеется, куда же без пиров… Северянам дай только повод, они обязательно пойдут устраивать пирушку с выпивкой, песнями и танцами. Ну и мордобоем. Хильда как-то сказала мне, что пир не пир, если кто-нибудь не набьет другому морду.
Проходил он в главном длинном доме, где и находился трон, ранее принадлежащий Одноглазому. Трон, к слову, не слишком впечатлял. Не было ни золота, ни пышности, просто крупный деревянный стул с прямой спинкой, украшенный резьбой.
— Присядешь? — улыбаясь краешками губ, предложила Фрейя.
Я не стал отказываться, пристроил свою пятую точку на трон и поморщился. Не представляю, как на нем можно долго высидеть.
— Неудобно? — догадалась богиня.
— Ага.
— Так и задумано. Это чтобы правитель помнил, что власть — это бремя.
— Да, хорошая напоминалка… — я поспешно поднялся. — Так где управляющий конструкт? Я словно ощущаю его, но никак не могу понять, где он.
— Не он, а они, — покачала головой Фрейя.
— Они?
— Одноглазый разделил его на два, каждый отвечает за определенную часть своей силы.
— Не знал, что это возможно.
— Меня о таком можешь не спрашивать. Ваши силы сильно отличаются от наших.
— Так… где эти части?
— Одна прямо здесь, — Фрейя указала куда-то в потолок. Пару секунд я смотрел наверх, пытаясь понять, о чем она говорит, пока не заметил сидящую на одной из балок птицу. Ворона, черного как ночь. Стоило мне заметить его, как он спикировал вниз и присел на левый подлокотник трона. — Это Хугин.
— Фрагмент управляющего конструкта это… ворона? — я действительно ощущал исходящую от него силу, но было сложно это принять.
— Я ворон, а не ворона. Ты вообще в курсе что это два совершенно разных вида?
— А, он ещё и говорит…
— Не только говорю, но и пою. Хотите послушать?
— Нет-нет-нет, Хугин, спасибо, — вмешалась Фрейя, останавливая птицу, а затем шепнула мне. — Никогда не давай Хугину петь. Ни-ко-гда.
— Ладно…
— А ты значит, новый Гнев, о котором все говорят? Я не впечатлен.
— Ну уж извини.
— Скажи мне, новый Гнев, почему именно ты должен стать наследником силы нашего создателя?
— Потому что она моя по праву.
— По какому? По тому, что ты ещё один аватар Стремения? Так не первый и не последний. Мы в курсе про других Стремлений Гнева, они то появлялись, то погибали, и на наш взгляд ты ничуть не лучше, чем они.
— В таком случае ты должен знать, что я полноценный, в отличие от них. Встречался я с одним, и он кроме как «Гнев бить» ничего путного сказать не мог. Даже не понял, почему проиграл мне.
— И это твой аргумент? Встреча с одним аватаром? Уверен, что нет других, таких же разумных, как ты? Или даже более умных?
— Хватит, Хугин, — вмешалась Фрейя.
— Вот уж не тебе затыкать мне рот, женщина. Этот парень хочет претендовать на силу моего создателя, и уж раз именно нам с Мунином решать, то мы хотим знать, почему именно он достоин.
И я задумался, а действительно, почему я? Можно конечно выдать парочку фраз вроде «я приведу север к истинному величию» и все в таком духе, но сам не уверен на этот счет. Я всего год живу как человек и ещё до конца не понял, чего вообще хочу сам. Править севером хочет Хильда, а я… я тут лишь потому, что мне не оставили выбора.
Прошлый Гнев завоевал целые земли, отстроил огромное королевство, что впоследствии стало основой для его Империи. Но у него было время, десятки лет жизни среди людей, а всё, что было у меня, это попытки выполнить контракт. До ареста и попадания на север я лишь посмеивался, когда Хильда говорила о троне ярла. Соглашался, обдумывал планы, но тогда это были просто планы, и я ожидал, что буду готов к тому времени, а сейчас я понимаю, что нет.
— Молчишь?
— Я не достоин, — честно сказал я. — Мне бы десяток-другой лет ещё. Набраться опыта, мозгов, разобраться в себе, но к сожалению, времени на это нет. Проблема в том, что мне НУЖНА эта сила.
— То-то и оно, — фыркнул ворон. — Нужда не делает тебя достойным.
Внезапно сверху на другой подлокотник трона приземлился второй ворон, очень похожий на первого.
— По мне ты слишком суров к нему, брат. У него отличный потенциал для развития, и как он правильно сказал, ему не достает опыта, — встал на мою защиту второй.
— Да кого ты обманываешь, Мунин. Сделал ли он хоть что-то достойное за свою короткую жизнь?
— Он убил Хагготта.
— Нынешние аватары не чета прежнем. Заморыши, наделенные лишь крохами былых сил.
— Но и Дмитрий не обладал всей мощью. И выходит, что они были на равных. Князь Инферно и Стремление. И если смотреть на ситуацию так, то он достиг гораздо больших успехов, чем…
— Ты переходишь границы!
Внезапно вороны перешли на свой, вороний язык, и что-то мне подсказывает, что таким образом они осыпали друг друга оскорблениями, а затем вообще сцепились в драке, и в дело пришлось вступать Фрейе. Она расцепила дерущихся птиц, которые ещё какое-то время сердито шипели друг на друга.
— Успокоились?
— Да.
— Да.
— Отлично!
И вновь пришел черед мне взять слово. Я всю их схватку пытался придумать какие-нибудь веские доводы в свою пользу, но вместо этого я находил лишь причины, почему я плохой кандидат на эту роль. И поэтому…
Я встал на одно колено перед этими воронами.
— Понимаю, что вы считаете меня недостойным. Я и сам таковым себя считаю. Мне ещё слишком многое предстоит узнать и понять, многому научиться. Но мне нужна эта сила, ведь на кону стоит судьба сразу двух стран. Поэтому я прошу вас помочь мне, поделиться со мной не только силой, но и вашей мудростью.
Вороны смотрели на меня долго, ничего не говоря.
— Ты как хочешь, брат, но я сделал свой выбор, — сказал Мунин, взмахнул крыльями и приземлился мне на плечо. — Я давно следил за ним, и пусть он не идеальный кандидат, но лучше, чем остальные, так что это мой выбор. Север чахнет, нам нужно вернуть ему силы.
— Слишком самонадеянно.
— Лучше самонадеянность, чем трусость бездействия.
Хугин каркнул, взмахнул крыльями и приземлился на изголовья трона, теперь смотря на нас сверху вниз.
— Как бы нам с тобой не пожалеть об этом, брат. Хорошо. Садись, юный правитель, мы поделимся с тобой мудростью и силой.
Я поднялся и сел на трон. Хугин спрыгнул вниз, сев мне на другое плечо.
— Что-ж… А теперь начнем, пожалуй.
— Начнем что? — не понял я.
А дальше все стало очень и очень странно. Вороны сорвались с места и в буквальном смысле вырвали мою душу из тела. Они сами при этом тоже изменились, превратились в двух птиц, сотканных из бури, а посреди тронного зала открылась огромная дыра-водоворот, куда они меня и утянули.
Я падал, а вороны кружили вокруг меня, создавая огромный ураганный водоворот в пустоте. Водоворот бури, в котором грохотали алые молнии. Да, это была моя сила, но вместе с тем несущая на себе отпечаток другого гнева.
— Вот сейчас мы и выясним, действительно ли ты достоин, — услышал я голос Хугина, эхом разнесшийся словно раскат грома.
Мгновение я не понимал, о чем он говорит, а затем в меня ударила молния, и ощущения были даже сильнее, чем на лодке. Там я принял в себя энергию, поглотил её, но тут же был не реальный мир, а скорее какой-то аналог той связи, что я использую для связи с основным телом, но тут были лишь моя сущность и то, что осталось от другого Гнева.