Гнев Империи V (СИ)
— Полагаю, что мы подходим к главному?
— Да. Сражаться с демонами на равных практически невозможно. По крайней мере не в те времена, и тогда Одноглазый придумал способ этому помешать. Он взял огненный меч Сурта, тот самый, что по сказаниям должен был испепелить Асгард. Одноглазый намеревался воспользоваться им и отсечь связь этого мира и Инферно.
— Это возможно? — я даже невольно подался вперед.
— Он считал, что да. Но все изначально пошло не так. Нас кто-то предал, кто-то из окружения Одноглазого помогал османам.
— Кто?
— Мы не выяснили. Одно ясно — Хагготт прознал о тех планах и попытался нам помешать. Он выдвинул против нас все силы, итогом которой была великая битва. В ней и погибла Фригг. Я сама это видела, как она заслонила мужа своим телом.
— И что было дальше?
— Я… Я не знаю.
— В смысле, не знаешь?
— Фрейр погиб,— сердито посмотрела она на меня. — Мой брат погиб в той битве, и… я отвлеклась. Так что я правда не знаю… Почти все погибли тогда. Ты и представить не можешь, какие силы стянул туда Хагготт, каких тварей он вытащил из недр Инферно. То, что ты видел сейчас — ничто.
Она замолчала, я видел, как побелели её пальцы от того, как крепко она сжимала кружку.
— Я не знаю, что произошло, — повторила она. — Полагаю, что Одноглазый собирался отсечь связь с Инферно, но Хагготт как-то ему помешал, или… я правда не знаю. После этого и случился катаклизм, уничтоживший эти земли. Помню, как ещё миг назад я держала на руках мертвого брата, а затем мир вокруг начал разрушаться. Как появились проломы в земле, и оттуда хлынуло пламя Сурта. Пусть не так и не там, но Рагнарёк случился, и он уничтожил наш мир. Я помню, что бежала, пытаясь вынести тело Фрейра, но в итоге пришлось его оставить.
Значит, даже Фрейя не видела, как погиб Одноглазый. И пусть я узнал много нового о истории этой земли, но в этих сведениях так и не было чего-то по-настоящему важного.
Я вздохнул, не сдерживая разочарования.
— Вижу, ты хотел услышать что-то другое.
— Вроде того. То, что Одноглазый погиб во время Катаклизма, я знал и так. Разница лишь в том, что теперь я знаю, что в этом был замешан меч этого вашего… Суртура.
— Сурта, — поправила меня Фрейя. — Но ты не прав. Не совсем прав…
— В смысле?
— Одноглазый не погиб в той битве.
— В смысле, не погиб?
— Когда разрушения стали стихать, я решила вернуться и нашла его. Едва живого.
— Серьезно? Он выжил?
Она кивнула.
— Я отвела его в Асгард, пыталась помочь, но раны были слишком сильны. Да он и сам это знал, поэтому и раздал последние распоряжения. Я помогла сделать так, чтобы даже после его смерти его сила осталась в этом мире. В том числе и так, чтобы хэрсиры появлялись вновь.
Она замолчала, а затем совершенно внезапно поинтересовалась, сменив тему разговора.
— Какие у тебя планы, владыка?
— Я собираюсь забрать управляющий конструкт, — кажется, я уже говорил ей это. — Получить полную власть над тем, что он оставил после себя.
— Ты знаешь, где он находится?
— Разве не там, где сейчас появляются новые хэрсиры?
— Там ты его не найдешь, — улыбнулась женщина краешками губ.
— Не найду? — это известие заставило меня немного опешить. Всё это время я трудился ради того, чтобы стать своим на севере, чтобы выйти против других претендентов на трон ярла, а затем забрать то, что принадлежит мне по праву, а она говорит, что там его нет. — Тогда откуда хэрсиры берут силу? Погоди… Кровь… Вино…
— Думаю, ты и сам уже все понял.
— Хочешь сказать, что у них откуда-то есть старая кровь Одноглазого? И только?
— Не кровь. Вино. Бочонки с вином, в которое я когда-то добавила кровь. Сотни лет назад я встречалась с первым ярлом Йонгарда, и мы договорились, что я отдам их ему. Скорее всего, они понемногу опустошают запасы, но рано или поздно им придёт конец.
Это отвечало на вопрос, почему так мало хэрсиров. Даже в историях, которые подтвердила Фрейя своим рассказом, говорилось, что чуть ли не все северяне обладали силой, а сейчас каждого кандидата очень тщательно избирали. Мне и раньше казалось странным, что из этого делают такую честь, а теперь всё встало на свои места.
Интересно, Хильда в курсе? Ярл точно должен, ведь кто-то должен распоряжаться кровью.
— Тогда где же сейчас находится то, что я ищу?
— Там, где и положено находиться силе бога. В обители богов.
— Ты про Асгард?
— Да, но не тот, который был возведен после того, как Одноглазый решил, что не стоит разделять богов и людей. В старом Асгарде, ныне заброшенном и забытом.
— И как туда попасть?
— Я тебя отведу. Сейчас он запечатан, скрыт от смертных и врагов. Одноглазый так и не смог полностью отсечь Инферно от нашего мира, но как минимум сильно повредил ту связь. В те времена не было демонов, что вселялись в людей, а сейчас, если ничего не изменилось, это основная часть его армии. Сильных порождений тяжело перетаскивать в этот мир.
— И османский император вряд ли помогает ему в том, чтобы вернуть всё как было, — сделал я вполне логичный вывод.
— Тебе виднее, — пожала плечами Фрейя. — Я не была в городах людей уже очень долго. Фактически с основания Йонгарда. Тогда это был небольшой городок, в который стекались выжившие, сейчас, как я полагаю, он сильно вырос, раз ты говоришь, что ярл Йонгарда правит всем севером.
— Да, это крупный город по местным меркам.
— Это хорошо.
— Так ты отведешь меня в Асгард?
— Если такова воля моего повелителя, — подтвердила она. — Но давай сделаем это завтра.
* * *— Это плохое решение, южанин, — бросил мне Льёт, когда я проинформировал его о том, что не возвращаюсь с ними, а отправляюсь с богиней по одному важному делу. — Боги не такие, как мы, они коварны, им нельзя доверять.
— Ты это уже говорил, — снисходительно улыбнулся я. — Я сам разберусь. Странно, что ты вообще за меня волнуешься.
— Не хочу говорить сестре, что её избранник сгинул в этих лесах, поведясь на прелести колдуньи.
— Он прав, Дмитрий, — вмешался в разговор Эйрик. — Я тоже считаю, что это плохая идея — отправляться с ней куда-то.
— Почему? Я чего-то не знаю? — вопросительно посмотрел я на них двоих.
Мужчины переглянулись. Определенно, они знали что-то, чего не знал я, но по какой-то причине не стали говорить.
— Что? Почему молчите?
— Просто тебе лучше не отправляться с ней, — подытожил Эйрик. — Это мое мнение. А дальше выбор за тобой.
И я выбрал. Выбрал остаться с Фрейей и затем отправиться в Асгард. Конечно глупо с моей стороны пренебречь предупреждением, но раз уж они кроме недомолвок ничего мне так и не сказали, то значит придется выяснять самостоятельно. Хотя на самом деле я действительно подумывал о том, чтобы вернуться, но уж слишком сильно изменились обстоятельства. Если в Йонгарде действительно нет управляющего конструкта, то мне нечего там делать. Я все ещё хочу доказать, что достоин титула ярла, но теперь это уже не обязательно.
По рассказам, в Йонгарде есть святилище, где покоится тело Одноглазого, источающее кровь. Лишь ярлу известно это место, и он выносит кубок с вином, испив из которого и принеся клятву, можно стать хэрсиром. Я думал, что найду конструкт, попав в это место.
Не удивительно, что я так ничего и не почувствовал в Йонгарде. Раньше я думал, что хранилище хорошо экранировано, а оказалось, что это просто винный погреб.
Мда…
Льёт и его люди ушли ещё до полудня. Я лично провожал их, и они больше не пытались меня уговаривать. Правда, все это очень странно…
— Гадаешь, почему они хотели, чтобы ты ушел? — спросила Фрейя, сидя на ступеньках собственного дома.
— Немного. Странно, что ты это знаешь. Ты что, подслушивала?
— А почему думаешь они не сказали тебе ничего больше? Боялись, что если расскажут, то я не отпущу их живыми.
Как-то мне не нравилось, куда повернулся наш разговор.