Мир грёз и кошмаров (СИ)

Кивнув, я, как и учили ведьмы, стала четко формулировать своё желание. Помощь Дартэса не понадобилась — я справилась сама. Зеленая гадость стала сочиться быстрее, окрашивая простыни в бурый цвет. Отвратительное зрелище, я вам скажу.
Наконец, когда в ранах не осталось ничего лишнего, я приступила к исцелению. Понемногу я вливала свою магию, одними губами напевая формулу заклинания, в то время, как Дартэс коршуном следил за процессом. Спустя томительных пол часа, Кайлос стал гораздо меньше походить на умертвие. Дыхание его стало спокойнее, а тело расслабилось. Пусть спит.
Попросив пожилого няньку Кайлоса искупать его, когда проснется, мы отправились на поиски Шиаллосси. Необходимо было её предупредить о сегодняшнем поединке и попросить предоставить подходящую пещеру для занятий. А ещё стоило показать ей яд, который мы обнаружили. Дартэс перед уходом забрал испачканную простынь специально для этого.
Шиаллосси нашлась в пещере, оформленной под кабинет. К ней нас проводил один из арахнидов. Арахна возвышалась над гигантским столом, изучая какие-то бумаги. Заметив нас, она почему-то занервничала:
— Что случилось? Мне доложили, что вчера у вас всё прошло удачно. Ты передумала..?
— Что? Нет! Мы пришли сказать, что поединок состоится сегодня. — успокоила я её.
— Понятно. — выдохнула Шиаллосси, а затем тихо спросила: — Ты ведь сможешь победить?
— Сможет, — ответил вместо меня Дартэс, — Но нам бы хотелось потренироваться перед поединком.
Мать Гнезда часто закивала, а затем, махнув рукой в сторону какого-то артефакта, сказала:
— Сейчас вас проводят на нижние уровни, поединок будет проходить там же. Поединок начнется после обеда, за вами придут, когда настанет время.
— Это ещё не всё. Вашего сына отравили. — заявил Дартэс, извлекая из пространственного кармана сверток, — Это яд, что Вероника извлекла из его ран несколько минут назад. Нам он неизвестен.
Развернув простыню, Шиаллосси побледнела.
— Это сок Вукколиста. — заключила она.
— Он..? — начала я, но была перебита арахной:
— Нет, не смертелен. Точнее, не всегда смертелен. Он причиняет поистине невыносимую боль. Агония длится несколько дней, и, если пострадавший за этот период сам не лишит себя жизни, то, скорее всего выживет. Спасибо. Я разберусь в этом, не сомневайтесь. А теперь, ступайте. Удачи, Вероника.
Выйдя в коридор, мы обнаружили подоспевшего за нами парня-арахнида. В его руках была накрытая изящной салфеткой корзинка. Должно быть, Шиаллосси позаботилась о перекусе для нас. В другое время, я бы сильно обрадовалась, но, после лечения ран Кайлоса, аппетит пропал напрочь.
Когда мы шли по городу арахнидов, я вновь поражалась его масштабами. Не знаю, как эти пауки смогли его построить, да ещё и с таким размахом. Строения были выполнены из пронизанной слабо-светящимися фракциями горной породы, они имели форму пирамид с большим количеством граней. Благодаря свойствам породы, из которой было сделано всё вокруг, эти грани переливались на свету, радуя глаз, а бледно-голубые прожилки особенно ярко светились там, куда свет не попадал.
Улицы города были ровными и чистыми. Они не были «разбросаны» по городу хаотично. Когда спускались, с высоты было видно, что большинство дорог тянутся от центра, где есть доступ к дворцу с любого уровня, к периферии, где они переходят в подвесные мосты, остальные же соединяют их между собой, образуя рисунок в виде снежинки или паутинки.
Любуясь видами каждого пройденного уровня, я и не заметила, как мы пришли на нижние уровни, что находились ниже дворца. Они были менее оживленными, а в дополнение к освещению, здесь повсюду, в специальных углублениях в «стенах», были «обогреватели» с такими же камнями, что поджигал Дартэс чтобы обогреть наши покои. Периодически от этих ниш доносился негромкий гул работы какого-то механизма и следующий за ним стук, что говорило о том, что арахниды изобрели себе автоматическую систему отопления.
Дартэс, не знакомый с благами современного человеческого мира, был в полном восторге. Он даже остановился, чтобы поближе изучить одну такую нишу. Наверняка, он у кого-то выведает технологию создания такой системы.
 
Когда мы, наконец, достигли нужного зала, проводник ушёл, предварительно поставив корзинку с перекусом в специальную нишу с заклинанием стазиса. Мы с Дартэсом остались одни, не считая находившейся в моей голове «суЧности».
— Лучше перекуси сейчас, непосредственно перед поединком поесть не получится. — предупредил меня Дартэс, протягивая нечто, похожее на тарталетку.
Есть не хотелось, но было ясно, что набивать желудок перед боем нельзя, как и отвлекаться на голод во время поединка. Поэтому, заставила себя быстро съесть несколько тарталеток, чтобы поскорее приступить к тренировке.
— Что ты умеешь? Перечисли свои возможности в защите и нападении. — деловито спросил Дартэс, закатывая рукава рубашки.
— В защите — только стихийный щит, лучше всего получается со стихией огня, хуже всего — с воздухом. Ещё ментальный щит. Нападение — получается создавать огненные шары. Только они получаются огромными, я не всегда могу удержать магию. Ещё легко получается создавать молнию, но проблема та же, поэтому удар очень сильный. Пару раз всё выходило из-под контроля и сестрам приходилось вмешиваться. Ещё ментальные удары, но тренировалась только на ментальных щитах Альды, они выдерживали, но не всегда оставались целыми. Всё.
— Всё, что ты перечислила, смертельно. Ты хочешь убить Мирцеллу?
— Мне бы не хотелось стать убийцей… — тихо ответила я. И, конечно же, Асмодей, находящийся в моём сознании, не мог не вставить свои «пять копеек»:
— Ты хотела сказать «еще и» убийцей, похитительница маленьких девочек? Что за вздор! Не разочаровывай меня ещё больше своей слабостью. Думаешь, эта арахна тебя пощадит? — ментально поучал демон.
Проигнорировав его, я уточнила в слух:
— Предпочла бы просто победить, но если убийство неизбежно, я это как-нибудь переживу.
— Правильно, — улыбнулся Дартэс, — Главное — победить. Рад, что ты так думаешь. Мягкосердечность в этом деле может стоить тебе жизни. Что насчёт твоих ипостасей?
— Ничего. Один раз спонтанно превратилась в какое-то животное, вроде в большую кошку, а потом мы с Виром разделились и я больше не пробовала.
— Может, попробуешь сейчас? — с надеждой спросил инферад.
— Я даже не знаю, как. Вирониэль помог бы мне, а этот демон только будет рад, если я облажаюсь. — обиженно сказала я.
— Это не так. Если тебя убьют, то умрет и он. Сама подумай, стал бы он с тобой церемониться в ином случае? — подбадривая, Дартэс успокаивающе гладил мои плечи.
— Асмодей, поможешь? — мысленно спросила я с надеждой.
— Да откуда мне знать, как тебе помочь? Думаешь, я учился быть магическим отражением метаморфа? Не думаю, что без полноценного отражения это вообще возможно. — разбил мои надежды Асмодей.
— Ладно, забыли. Время поединка приближается, а мы ещё ничего толком не сделали. Сосредоточься на своей магии.
Дартэс был превосходным учителем. Он терпеливо объяснял мне непонятные мне вещи и настаивал на проговаривании магических формул. И действительно, с ними мне лучше давался контроль над заклинанием.
Мы пришли к тому, что на поединке я задействую ментальный удар. Учитывая тот факт, что арахниды этой магией не владеют, а использование артефактов запрещено во время поединка, я смогу легко и быстро отделаться, при этом не нанеся противнице сильных увечий. Сразу же атакую Мирцеллу слабым ментальным ударом, без ментального щита она и от такого вырубится.
Занимаясь, мы и не заметили, как быстро пролетело время. К тому моменту, как за нами пришли, я уже с успехом могла контролировать силу знакомых мне заклинаний.
Меня отвели в специальную комнату, в которой я должна была ожидать начала поединка. Дартэса вместе со мной не пустили — по религиозным убеждениям арахнидов, в этой комнате участник должен провести оставшееся до поединка время в молитвах их богине-паучихе Ллос, статуя которой была единственным, что тут было.