Ты моя тайна (СИ)

— Я тебя не обманывала. Ты сам меня не узнал, — говорю частичную правду. — Это только твои проблемы, Мальцев.
Конечно, у меня были мысли о том, что он все же меня узнает или догадается намного раньше без чьей-либо помощи. Не сложно догадаться, что меня сдал мой бывший одноклассник Матвей.
— И все? Это все, что ты хочешь мне сказать?
Не понимаю почему он так сильно на меня злится. Почему в его взгляде столько ярости, словно ещё немного, и он начнёт дичайший скандал.
— Да, — говорю как можно более отрешённо, отводя взгляд в сторону.
— Я же… Я же… Я… Поверил тебе! — заводится парень, встряхивая меня за плечи. — Я душу тебе открыл, а ты плюнула в неё. Я познакомил тебя с родителями, признался в чувствах, а ты все это время играла?
— Так и есть, — вру. Игры давно закончились. — Я тебе ничего не обещала, не я за тобой бегала по пятам. Я предупреждала, что между нами ничего быть не может.
Предупреждала, но вновь влюбилась. И что теперь с этим делать, ума не приложу. Сама загнала нас в эту яму, из которой невозможно выбраться.
Нужно оборвать связь, но все усложняет ещё то, что он не знает про дочь. Теперь страшно представить, как отреагирует на данную новость. Мне не жить.
— Это месть, да? За то, что подшучивал над тобой?
Подшучивал? Он серьезно? Издевался! Нашёл девочку для битья, чтобы разбавить свою скуку. А я же человек, девочка, у меня были чувства!
— Нет, Мальцев. Ты прекрасно знаешь, в чем конкретно дело. Твои подколы я ещё могла терпеть. После того, как ты рассказал мне о себе, я даже тебя стала лучше понимать, почему именно ты это делал. Но после нашей единственной ночи…
Замолкаю, вглядываясь в его бесстыжие глаза.
Ну, почему именно он? Почему мое сердце поёт только в его присутствии? Вот даже сейчас я хочу это все прекратить, зарыться лицом в его грудь и заплакать, сказав о своих настоящих чувствах.
— Я был в доску пьян… — говорит с запинкой он, опустив глаза.
— Это не оправдание! — бью парня по груди, начиная все же злиться. — У тебя духу не хватило, чтобы извиниться за своё поведение, после того как мы переспали. Не царское это дело, да? Сначала издевался надо мной, после использовал и в итоге сделал вид, что меня совсем не существует! Это ты считаешь нормальным?
Дышу часто-часто. Не хотела ему об этом говорить, но слова как-то сами вырвались. Вся та боль, которая давно не давала покоя, вырвалась наружу.
А пусть знает, как мне было неприятно!
— Это было давно. Многое изменилось. Я был придурком, согласен, я должен был повести себя по-другому, но то, что ты сейчас сделала… — вновь все переворачивает. — Какая ты настоящая, Ди? В какую девушку я влюбился, понять не могу.
Он думает только о себе несчастном, даже не может сделать вид, что ему жаль, что все так произошло.
Это ужасно бесит.
— Интересно, что именно тебя так задевает, Мальцев? То, что девушка, с которой ты хочешь быть, знает твою истинную сущность, или то, что тебя обвели вокруг пальца? — спрашиваю с горечью во рту. — Ты говоришь, что изменился, но я вижу только то, что ты думаешь лишь о себе и о своих чувствах. Ты настоящий эгоист!
— Это не так… — машет он головой. — Ты была мне нужна, то, что я испытывал к тебе, это все по-настоящему, я готов был стараться, чтобы ты была моей. Я видел в тебе свою вторую половину.
— Смешно, — несдержанно усмехаюсь. — Когда я была, как ты любил меня называть, «толстожопой», ты быть со мной не желал, да, черт подери, ты со мной даже разговаривать нормально не мог, а теперь, когда я вот такая, ты сразу меня взял и полюбил, — перехожу на крик. — Интересно, за что? Что вообще ты обо мне знаешь, чтобы тыкать мне своей любовью? Ни-че-го!
Мальцев резко меня отпускает, смотря так, словно я дала ему хорошую пощечину.
— Ты правда изменилась. Ты стала настоящей стервой, но меня это ещё больше привлекает, — говорит он с некой грустью. — Может, если бы в школьное время у тебя было бы стремление себя защищать, показывать мне свои зубки, как сейчас, я бы на тебя запал.
Ох, конечно! В это я точно не поверю. Такой, как он, не будет с такой простой девчонкой, какой я была в прошлом.
 
— Да, что ты говоришь?
— Я не трахаюсь со всеми подряд. Ты привлекала меня физически, не сложно об этом догадаться, если я до тебя всячески домогался, но меня жутко бесило, что ты ходишь за мной хвостиком и вечно мямлишь что-то непонятное, когда я с тобой разговариваю. Прости, но тогда ты меня не зацепила. Здесь, — указывает пальцев в область груди, — ничего не ёкало.
Господи, как же больно слушать правду.
Ну, а чего ты хотела? Что он скажет, что ты ему ещё тогда нравилась, и он просто постеснялся с тобой быть? Нет, вот сейчас он говорит искренне, только от этого совершенно не легче.
Хочется тоже причинить боль. Закрыться в себе, убежать!
— Прости, но здесь, — повторяю за ним его жест, — ничего не ёкает. На этом между нами все кончено.
Сказав последнее, я окидываю его взглядом, видя на его лице укол боли, разворачиваюсь и иду в сторону здания.
На сегодня разговоров с меня достаточно.
Я его уже услышала, с ним бесполезно обсуждать прошлое, Мальцеву ничего не объяснить, он видит только то, что я его бедного-несчастного обманула.
Только вот, как вести себя дальше, непонятно, куда девать чувства. Сейчас мне удалось уйти, но я же понимаю, что между нами все ещё не стоит точка.
Мне ещё нужно признаться ему о главной тайне, а вот как теперь это сделать, после подобной реакции?
Думала, что будет проще, но угодила в собственную ловушку.
Глава 38
Юлиан.
— Ты должен с ней поговорить, — высказывается мой друг, когда возвращается в зал с новой порцией чая.
Решил заскочить к нему в гости перед занятиями, чтобы обсудить происходящее.
Я уже рассказал ему о нашей непростой ситуации с Дианой по телефону, поэтому жду, пока он даст дельный, дружеский совет.
— Дэн, да знаю я, что должен, только она меня стороной обходит, — жалуюсь. — Не получается у нас нормального диалога, мы сразу начинаем ругаться.
После нашего последнего разговора прошло несколько дней, и у нас так и не получилось по-нормальному все обсудить, Диана просто проходит мимо с безразличным выражением лица.
Что делать с этой вредной девчонкой, ума не приложу.
Я, конечно, тоже хорош, не смог проконтролировать эмоции и напал на неё с претензиями, правильно она сказала, что я эгоист. Немного придя в себя, я уже начал задумываться о том, как все было на самом деле.
Это же я сразу не понял, вернее не узнал, что это именно та Диана, хотя нужно было просто включить голову, но рядом с ней она у меня просто отключается.
— Согласись, что ты сам во всем виноват, — высказывается Денис. — Я тебе ещё в школе говорил отстать от бедной девчонки, ты же ее совсем запугал, а там было понятно, что она в тебя влюблена.
Знал, что нравлюсь ей, не просто же так она терпела мое скотское отношение, чувствовал свою власть.
Эта единственная девушка, с которой я плохо обращался, иногда совесть все же мучала и я говорил себе к ней больше не подходить, но не получалось.
Видел ее, меня словно переключало. Видел ее большую попу и все, голова отключалась. И реакция ее заводила. И раздражала она меня. Я сам до сих пор не понимаю, в чем было дело, как магнитом тянуло, однако стоило мне окончить школу, как я о ней забыл, и не интересовался ее жизнью.
— Да идиотом я тогда был, ты прав, просто это как-то само из меня вылезало, я не мог себя контролировать, — отвечаю, пожав плечами.
Я был глупым мальчишкой, которому нравилось «дёргать за косички» девочку, на которую вставал член, но из-за особой внешности не смотрел на неё как на возможную девушку.
Не то чтобы стыдился, мне бы никто ничего плохого в глаза не сказал бы, просто понимал, что хочу видеть рядом с собой худенькую, незакомплексованную стервочку, в которую Пряникова и превратилась.
— Мне тебя не понять, — хмыкает Денис. — А сейчас, зачем ты ее обвиняешь в обмане? По мне, так правильно сделала, что отомстила.