Филин. Разрывая страницы (СИ)

Я непонимающе посмотрел на книжного князя ада.
— Какой банкет?
Демон расплылся в улыбке, смотря на меня, всё ещё почёсывая свою бородищу.
— Ну, всяко не в нашу честь Лёнь, — хохотнул демон. — Просто ты же сам говорил, что два раза здесь был и два раза обламывал барышне свадьбу. Может, и сейчас там свадьба будет. А где свадьба там и банкет. Думаю меню у кровососов так себе. Но может, выпивка хорошая будет. Будет чем девушке древней, горе залить.
— Что ты несёшь, рогатый шизофреник? Ты походу не жопу отбил, а мозг. — Смотрел я на демона тяжёлым взглядом.
Сатана же, на мой взгляд, только ухмыльнулся.
— Как какое? Если третий раз замуж из-за тебя не выйдет, а ты её женишка к праотцам отправишь. То считай, чёрная вдова будет. Кто такую невесту замуж-то возьмёт? Скажут, проклятие на ней страшное. Лёнькой называется, — заржал в голос Сатана. — Вызывается путём свадебного платья, и клятвы пока смерть не разлучит нас.
Я скривился на вид смеющейся рожи демона и только тяжело выдохнул, вновь посмотрев на практически полную луну, что всё больше и больше отдавала красным оттенком.
На следующее утро мы вновь устремились в путь. Но как не спешили мы, до Муреша добрались только с заходом солнца. Замок же князя Мишуша был дальше и к его стенам мы подъехали уже ночью.
— В лоб пойдём? Или, что путное придумаем? — Чесал бороду, спускаясь к шее демон, смотря на огромные ворота.
Я же привязав лошадей к дереву, только хмыкнул.
— Можно и в лоб. Так быстрее будет. — Шагнул я к большим и с виду очень крепким воротам замка, что стоял, словно одинокая скала на холме.
— А путное? — Протянул Сатана, а я уже влетел в образе тумана, что был сродни буре в ворота замка. — Я так и думал, что всё так и будет. — Сокрушённо задрал голову на ночное небо демон, под треск распахивающихся ворот.
Я же влетев во внутренний двор замка, принял истинный облик, смотря, как из дверей, рвануло несколько упырей с оружием наперевес, что, видно были почётным караулом. Уж больно нарядно они выглядели.
Под шипящие крики вампиров, я сжал ладонью воздух и дёрнул руку на себя, вырывая из рук одного из нескольких упырей большую секиру, что полетела ко мне.
Оружие в секунду было в моей ладони, а я сразу же метнул его в кровососа.
Секира просвистела и влетела в грудь упыря, сбивая его с ног на бегу, я же оказался рядом с одним из вампиров, с ходу проткнул его колом, откидывая другого не касаясь его, обратно к дверям замка.
— Ну, какая же свадьба без драки, — буднично заходил в ворота Сатана, и быстро отпрыгнул в сторону, уклоняясь от тела, пролетевшего в ворота упыря. — Эй! Поосторожней нельзя? Это хоть и комар, но сверху навалится, мало не покажется. Смотри, куда кидаешь упырёнышей! Лёнька, кивни хоть. Что понял меня!
Я же уже заходил в двери замка князя Мишуша, под звуки боя часов, что оглашали одиннадцать ночи.
Огромный холл, что имел две винтовые лестницы, уходящие в разные стороны, встретил меня сбегающимися отовсюду кровососами, что, скаля клыки, заполняли это место.
Один из вампиров, что выгладил, как статный мужчина в чёрном камзоле вышел вперёд толпы и, окинув меня взглядом, показал огромные клыки, а его лицо слегка изменилось и приобрело очертания морды летучей мыши.
Этот кровосос при этом издал такое пронзительное шипение, что мне слегка, словно резануло по моему нутру, а его приятели, которых было очень много, начали склонять спины.
Но увидев, что на меня это боевое шипение не произвело впечатления, кровосос вскинул вперёд руку и упыри понеслись в атаку.
Толпа клыкастых упырей бежала по холлу, а я, взорвавшись вихрем тумана, влетел в их воинство и подобно урагану, разнёс их строй вдребезги.
Упыри разлетались по огромному холлу, а я, выхватив несколько баночек из карманов плаща, разбил их об пол и, оскалившись в улыбке вампиру, что походил на летучую мышь, извлёк спички, что в секунду вспыхнув, полетели в разлившуюся жидкость.
Полыхнул огонь, а я сорвался с места, и уже через пару мгновений первые кровососы влетали в пылающий ковёр, издавая вопли отчаянья.
 
Это было святое масло, которое при горении не могли переступить вампиры и, которое несло неминуемую смерть сгорающим в нём упырей. Его я нашёл в одном из особняков, что попались на моём пути и, что когда-то принадлежали охотникам, которых убили кровососы, прибрав их вещички себе.
Крики боли огласили холл старинного замка, а из пламени пытаясь встать, выползали живые факелы. Я же, то и дело распадаясь туманом, появлялся рядом с тем или иным кровососом, что неминуемо летел в огненные объятья.
— Ох, — прислонился к дверному проёму плечом, стоял Сатана, наблюдая за боем. — Опять огненная вечеринка. Вперёд! Лёнька крематорий! — Заорал демон, под летящие тела вампиров в огонь, что стелился ковром по холлу.
Швырнув очередного переломанного упыря, я увернулся от удара вампира в чёрном камзоле, что махнул рукой, а я, почувствовал, словно слабенькая невидимая сила пыталась сдвинуть меня с места.
На лице же вампира проступило удивление, а я, улыбнувшись, сам вскинул руку и напряг пальцы.
Вампир в ту же секунду захрипел, хватаясь за горло, а его приподняло над полом, после чего со всей дури ударило об него, вминая тело в половые плиты.
По полу пошли трещины, а я пнул кровососа ногой, словно мяч, от чего он полетел в другой конец зала, сбивая своей тушей других упырей на своём пути.
— Пятнадцать минут двенадцатого! — Я услышал крик Сатаны.
После этого я взорвался туманом и словно обезумевшее привидение стал метаться по залу, просто закручивая в вихре упырей и швыряя их в огненный ковёр, что уже начинал, вяло тухнуть.
Не прошло и пары минут такой уборки, как я предстал перед встающим на ноги упырём в чёрном камзоле.
Моя рука напряглась и вампир, вновь хватаясь за горло, поднялся в воздух.
— Где Стефэния? — Смотрел я на дрыгающего ногами упыря, что завис в полуметре над полом.
— Так, ты не сдох, — хрипел кровосос, держась руками за своё сдавленное горло. — Поздно пришёл. Опоздал. Кровавая луна уже взошла. — Попытался он засмеяться, но вновь ударился об плиты пола.
— Значит, мне некогда с тобой разговоры разводить. — Схватил я его за волосы и с размаху разбил бутыль святой воды о его ухо.
В разные стороны полетели осколки стекла, а кожа вампира тут же вздыбилась пузырями, что стали лопаться, а плоть словно шипела от прожигающей её святой воды.
— Где? — Заорал я в обезумевшее от боли лицо упыря, слушая проклятия вперемешку с криками, и ударил его об каменный пол рожей.
Клыки полетели по полу, а я, задрав башку кровососа, повторил свой вопрос.
Вампир заговорил только после пары капелл святого масла на его сошедшее с головы ухо, после чего он отправился с колом в сердце к остальным вампирам в костёр.
Я не знал, наврал ли мне упырь или нет, от чего решил проверить информацию очень быстро, не отвлекаясь на убийства вампиров.
Распавшись красным туманом, я словно ветер полетел в подвальные помещения замка, не обращая внимания на закрытые двери и встречавшихся мне на пути вампиров.
Минуя коридор за коридором, я нёсся по подвалам, пока не очутился в огромном подземном зале, где было огромное количество упырей в пышных нарядах, а на троне сидела, словно неживая кукла, Стэфэния.
Черноволосая вампирша была одета в белое платье, что не закрывало руки и плечи, а подол шёл только по бокам и сзади, открывая практически полностью ноги девушки, что были босыми.
От увиденного, я застыл на месте, видя вокруг Стефэнии с десяток упырей с окровавленными губами и подбородками.
На меня же уставились все присутствующие, что, словно готовились к чему-то. Ведь у трона стояло два упыря, один из которых наматывал на запястье Стефэнии чёрный шнурок, а второй надевал венок из шиповатых стеблей роз.
Рядом же сними стоявший вампир, держал небольшую книгу в кожаном переплёте, а двое, по бокам от трона, дымящиеся кадила.