Филин. Разрывая страницы (СИ)

Завидев меня привратник, который сидел у приоткрытых ворот, будто кого-то, ожидая, вскочил на ноги и, забежав внутрь, стал поспешно закрывать ворота.
Я же, не сбавляя хода, как бык, что увидел красную тряпку, через минуту был у огромных деревянных ворот, которые судя по звуку, запирались на засов.
— А ну, отворяй калитку юродивый. — Сходу врезал я ногой по одной из створен, вышибая её вовнутрь. — Я пока до вас скакал, у меня весь зад мозолями покрылся, а печень с лёгким обниматься начали. — Зло ворчал я, проходя в выбитый проход.
— Это как? — Сидел на земле привратник и пучил глаза, то на меня, то на сорванный засов.
— Как накакал, таки и смякал, — улыбнулся я ему. — Где буржуазия? Народ пришёл.
Привратник совсем потерялся от моих слов, поэтому пришлось ему помогать.
— Хозяин, говорю, где твой? А лучше княжна. Извольте позвать, пока скоростной пендаль не выписал. Понял⁈ — Поднял я курчавого мужика одной рукой, схватив за отворот полушубка.
— Некого не велено пускать, — испуганно озирался привратник. — Гости у князя.
— Так, я тоже гость, — улыбнулся я. — Меня охренеть, как заждались, наверное. Сейчас встречу их и будет им счастье, и за отбитый зад, и за марш-бросок на одиннадцатом маршруте.
Тут впавший в ступор привратник, и вовсе завис как сопля в полёте, от чего я только тяжело вздохнул и, отодвинув со своего пути цыгана, пошёл к центральному входу в замок. Но войти вовнутрь я не успел. Двери распахнулись, и мне навстречу вышли целая делегация.
Во главе стоял князь Ионеску. Рядом с хозяином замка, толстый рыжебородый мужик, а за их спинами всё те же два бугая. Один чёрный, другой рыжий, две весёлых псины. А вот за ними уже стояла Малка, за которой было ещё с десяток человек, или не человек. Кто этих перевёртышей без полной луны разберёт.
Княжна, увидев меня, округлила глаза и рефлекторно зажала рот руками, скорее всего, как я понял из-за страха, что меня вскоре пустят на собачий корм.
— Сегодня я никого не принимаю. — Слегка потерянно произнёс князь, косясь на рыжебородого дядьку.
— Жаль, — скривился я. — Но я не совсем к вам князь. Я к вашей дочери.
Вся толпа, услышав мои слова, дважды поменялась в лице, после чего рыжий парень в один прыжок оказался впереди всех, и стал сверкать наливающимися кровью глазами.
— Это же тот, кого пометила наша Малка. Сам припёрся. Он знает про нас. Его нельзя оставлять в живых. — Чуть ли не рычал оборотень.
— Что я вижу? Тебя разве в конуру не посадили на цепь? Не до тебя пока, — отмахнулся я от рыжеволосого оборотня. — Я к князю пришёл и его дочери, так что остальные могут идти по своим делам. Я жду.
— Григор, так это и есть тот человек, которого выбрала твоя дочь? Которого она попросила не трогать, в замен своей покорности. — Заговорил рыжебородый толстяк, от чего тот, кого я послал в конуру, даже ничего мне не ответил.
Князь виновато улыбнулся, косясь, то на дочь, то на обратившегося к нему мужика.
— Да Вильям. Как я понимаю, это именно тот человек. — Выдохнул князь Ионеску.
— Да я этот человек, — улыбнулся я лучезарно замученной долгой дорогой досюда улыбкой. — Малка, мы с тобой вчера ночью недоговорили. Короче, у меня есть решение твоей проблемы. Так что выходи, ночной кекс отменяется. Вам с отцом не надо больше бояться, каких-то там стай.
Княжна, услышав мои слова, дёрнулась и с необычайной скоростью вылетела из пребывающей в шоке от наглости какого-то человека, толпы оборотней, и вмиг была рядом со мной.
— Неужели это правда. Я так рада. — Чуть не хлюпала княжна носом.
Под гневные взгляды толпы, к нам вышел сам князь Ионеску, шествуя к своей дочери, в сером вышитым серебром наряде с прикреплённым к поясу кинжалом.
— Мистер Файлен. Ведь вас именно так зовут? — подошёл к нам князь. — Вы можете нам помочь? Вы же человек, что даже не осознаёт, во что влез. Ведь осталось всего пару часов. Малка выбрось из головы всякую чушь и прими свою судьбу, а ты не лезь, куда не просят! — Блеснул кинжал в руке князя, втыкаясь мне в грудь.
 
Я отшатнулся назад, под крик княжны, а из моего рта потекла струйка густой крови. Руки рефлекторно схватились за рукоять клинка, что торчал из моей груди, а его остриё вышло со спины.
— Знаешь, сколько я сил угробил, чтобы эта альфа не убежала или не наложила на себя руки перед созреванием. А ты явился и хотел всё испортить в последний момент жалкий англичанишька. — ликовал Григор. — Берите девку, и хоть в кандалы её закуйте, главное, чтобы она не убежала. — Вполоборота обратился князь к стоящим улыбающимся оборотням.
Малка стояла бледная как мел и смотрела, как я застыл на месте, а мой взгляд на секунду стал стеклянным. По её щекам текли слёзы, а губы тряслись. Княжна даже не сопротивлялась, когда её схватили под руки рыжий и черноволосый оборотень.
— Я выполнил часть сделки Вильям. Теперь я займу высший пост стаи в Англии. — Обратился Ионеску к рыжебородому мужчине.
— Как же иначе, — расплылся Вильям в звериной улыбке, смотря не на князя, а на Малку. — Наш род всегда чтит сделки.
— Ну и как после этого верить всяким там князьям, — достал я из груди кинжал, кривясь от боли, и посмотрел на окровавленное лезвие. — Ты не оборотень дядя, а ондатра плешивая.
— Ты… Ты! Но как ты⁉ — Удивлённо пучил глаза Григор.
— Можешь не тыкать, зачатия не произойдёт, — ехидно улыбнулся я окровавленными губами. — Я-то думал, тебе помощь нужна, а ты из-за положения родную дочь решил, как кусок мяса продать. Внушил ей, что всем вам придёт конец, если она сбежит или умрёт, а сам даже не парился по этому поводу.
— Он что тоже оборотень⁈ — Опешил Вильям.
— Хренёборотень, — перевёл я взгляд на рыжего князя. — Эй, двое из ларца, живо отпустили княжну, а то, как бы ни полетели клочки да по закоулочкам. — Гаркнул я, на держащих Малку парней.
Рыжий парень, отцепившись от княжны, частично преображаясь, рванул ко мне, сверкая когтями, рыча:
— Я должен был разорвать тебя ещё вчера!
Оборотень, который уже на большую свою часть обратился в волка, был в полуметре, желая полоснуть меня когтистыми лапами, но моя рука была быстрее.
Словив мощную оплеуху, первый враг, словно сбитый самолёт, рухнул на мостовую, а я затряс отбитой ладонью.
— Вроде шерстяной, а всё равно больно, — сжал и разжал я кулак. — Вчера если бы нам не помешали, ты бы у меня ковриком перед тазом с водой был.
С каменных булыжников, которыми был выложен двор перед дверями в замок, на меня смотрел контуженый оборотень.
Наш зрительный контакт прервали две стремительные серые тени, словно росчерки молний, они устремились ко мне, но я был к этому готов. Эх, далеко вам до Эдерли с его табуретом.
В момент столкновения со мной я взорвался багряным туманом и влетел в черноволосого парня, откидывая его к ногам толстяка с рыжей бородой. Воплотившись впритык с Малкой, подмигнул ей и прижал к себе.
— Бывайте! Эхтиандры хреновы. — Злорадно улыбнулся я, и с девушкой в руках в образе багряного вихря с бешеной скоростью вылетел в выбитые мной ворота.
Мои действия были спонтанными и придуманными наспех.
Я-то свято верил, что князь — хороший парень, а он меня ножом в грудь. Значит, первичный план потерпел фиаско. Вот и пришло мне озарение. Не будет ночи разврата, будут сорваны планы оборотней. Значит, надо хватать Малку в охапку и переждать её совершеннолетие вдали от врагов.
Да и была ещё одна причина. В книге говорилось, что этих пёселей только серебро брало, а у меня его не было от слова «Совсем». И, думается мне, князь не держал такое оружие в замке, даже на кухне, в виде столовых приборов, а то было бы забавно. Смерть оборотня наступила от удара серебряной салатной вилкой, так и запишем в протокол.
Поскольку я был совсем не грузовой несферату, то, в своём туманном обличии, да к тому же с ношей, я смог пролететь только пару километров, после чего мы спикировали в небольшом отдалении от начала леса, за которым был замок князя.