Проблемы прилагаются (СИ)

 - Когда ты успела стать ТАКОЙ? – тихо спросил Том, медленно отпуская ее руки и ошарашено смотря в совершенно чужое лицо незнакомки.
***
 «Рейс Париж – Гамбург совершил посадку…» - заунывный голос из динамиков вещал о прибытии самолета, который ожидали двое.
 - Билл, убери это несчастное выражение с лица. Хочешь, чтобы отец обязательно поинтересовался твоими достижениями в области любви и секса? – спросила Линда, глядя на своего брата.
 Всю дорогу до аэропорта вплоть до объявления посадки Билл не проронил ни слова. Сейчас он с тяжелым сердцем встречал родителей, так не вовремя приехавших. Биллу все же пришлось переехать в дом, купленный ими. Так больше продолжаться не могло. Постоянно видеть Тома - означало мучить себя и его. Решение принялось обоюдно, но далось с большим трудом.
 - С чего ты взяла, что они сразу будут спрашивать про мою личную жизнь? – без эмоций вернул вопрос Линде Билл.
 - С того, что ты на больного не похож. А вот твои амурные дела всегда высыпают на морде, как прыщи.
 - То, что я буду улыбаться 24 часа в сутки, тоже способно навести на нездоровые мысли.
 - Тебе в любом варианте психушка не помешает. Втрескался, как…
 - В этом есть что-то плохое? – спросил раздраженно Билл.
 - А ты в этом видишь преимущественно плюсы? Билл, в жизни так бывает, что не совпадают цели. Вы попробовали. У вас не получилось. Так отпусти. Иди вперед, не оглядываясь, как ты это было раньше.
 - Раньше я никого так не любил, - грустно ответил он и отвернулся в сторону огромного окна, взглядом провожая самолеты.
 - Уже ничего нельзя исправить. Крис просто так его не отпустит.
 - Не дави на меня этим. Я и без тебя все это прекрасно знаю, - раздражение затопило моментально. Билл начинал злиться на то, что ему давали тупой, с его точки зрения совет - отпустить ситуацию и все принять к сведению. – Ты иногда мыслишь, как Том.
 - Том живет реальностью, а не воздушными замками.
 - Иногда реальность врет.
 - А воздушные замки тают.
 - Я не хочу сейчас ругаться.
 - Замечательная идея! Еще бы ты ее придерживался, - зло сказала Линда.
 - Конечно, сытый голодного никогда не поймет. У нас же есть Алекс, нам теперь можно рассуждать о правильности жизни, - ядовито поддел Билл.
 - В чем дело? Неужели мы начинаем завидовать нормальному? – с сарказмом спросила сестра.
 - Я тебе никогда не завидовал.
 - Оу! Меня сейчас начинают мучить провалы в памяти?
 - Я всегда говорил, что ты дальше своего носа ничего видеть не желаешь.
 
 - Зато ты у нас заглядываешь так глубоко, что потом вечно оказываешься в дерьме! Билл, перестань меня провоцировать, пока я тут не вскипела и не настучала тебе по голове! – взорвалась Линда, оповещая Билла повышенной интонацией голоса, что степень ее толерантности достигла предельной точки.
 - А еще громче сказать не можешь? На нас уже все оборачиваются!
 - Да ты даже мертвого удава выведешь из равновесия!
 - Не ори!
 - Не доставай!
 Они молча отвернулись друг от друга, и каждый ушел в свои размышления. Мимо проходили люди: кто просто спешил, а кто, увидев знакомое лицо, счастливо улыбался.
 - Мама, папа, - радостно воскликнула Линда и бросилась навстречу родителям.
 - Милая, как же я без вас скучала, - мать заключила в свои объятия дочь.
 - Привет, пап, - Билл подошел к отцу и сдержанно обнял его.
 - Здравствуй, сын. Линда, - он улыбнулся.
 - Билл, мальчик мой, - мать нежно поцеловала и обняла его.
 - Ну, как у вас дела? – спросил отец. - Ты чего такой хмурый? Опять какие-нибудь проблемы насобирал?
 - Нет. Неудача в личной жизни с парнем по имени Том, - прокомментировал Билл.
 - О боже! Даже две минуты спокойно нельзя провести в твоем обществе! – басом проговорил Стефан и отправился к выходу.
 - Билл, в самом деле, неужели свои увлечения надо было демонстрировать именно здесь? – недовольно спросила мать.
 - А у него сегодня акция: испогань настроение людям и придет к тебе счастье! – вставила шпильку Линда.
 - Опять я виноват! Зачем он тогда спрашивал, если был не готов услышать правдивый ответ?
 - Ты ведь знаешь, мы не одобряем твоих увлечений. Так что можно было бы обойтись и без громогласных заявлений.
 - Врать тоже нехорошо!
 - Билл, ты уже задрал! – сказала Линда и, взяв мать под руку, вместе с ней отправилась вслед за отцом.
 - Ты тоже мне радость особую не приносишь! – ответил брюнет в спину удаляющейся фигуры.
***
 Последнюю неделю Билл не находил себе места. Ему хотелось кричать, плакать. Но вместо этого приходилось слушать занудные лекции, общаться с друзьями ни о чем и делать вид, что в этой жизни все ох*еть как замечательно. Боль разрывала его изнутри, а выхода не находила.