Проблемы прилагаются (СИ)

 Том был безумно рад, когда Крис наконец заткнулась и, свернувшись калачиком тихонько заснула, предварительно даже не соизволив раздеться. Меж тем он привел себя в надлежащий вид с помощью проверенных временем средств: контрастного душа и тщательной чистки зубов. А крепкий кофе завершил процедуру преображения. Он в последний раз взглянул на себя в зеркало, придирчиво всматриваясь, насколько тщательно скрылись улики алкогольных возлияний и, взяв ключи, быстро покинул квартиру.
***
 Отец встретил Тома не сказать, что слишком холодно, но и особой радости при этом не выразил. В целом это был человек современных взглядов, постоянно по жизни поддерживающий сына во всех его начинаниях. Он относился к числу людей, которые ни при каких обстоятельствах не станут жертвой собственных эмоций. Но порой даже Том в одно мгновение мог вывести его из себя. И сегодня был как раз тот самый редкий и уникальный случай. Герр Фридрих сидел за своим рабочим столом и разбирал документацию, лишь мельком и недовольно взглянув на вошедшего отпрыска.
 - Ну, надо же. Какие редкие гости, – в голосе отца проблескивала не очень добрая ирония.
 - Злишься? Шанс на реабилитацию будет? – слегка вкрадчивым и тихим голосом спросил Том, присаживаясь в кресло напротив.
 - Том, детство давно уже кончилось, и чувство ответственности должно, хоть иногда, просыпаться.
 - Пап, давай только без нравоучений. Я все прекрасно понимаю: и что подвел тебя, и что на меня нельзя в должной мере положиться. Но я стараюсь…
 - Не будь ты не зависим от моих денег, то тебя бы здесь не было. И стараешься ты только для того, чтобы твои счета не закрывались. Я не прав? – он изогнул бровь, показывая свою правоту и без подтверждения Тома.
 - Прав, – нехотя согласился последний.
 - Том, я не собираюсь наказывать тебя карманом. Но с сегодняшнего дня я хочу ответственного отношения к родителям. Если тебе все равно на меня то, пожалуйста, подумай о матери.
 - Не говори таких слов. Ты прекрасно знаешь, что вы - самое дорогое, что есть у меня. Отец, я, честно, постараюсь.
 - Будем на это надеяться. Так ты все еще «горишь» желанием мне помочь? – спросил он, все так же перебирая бумаги.
 - А я, по-твоему, пришел нотации прослушать? Говори, какие документы проверять? – он придвинулся ближе и включился в рабочий процесс.
 Отец Тома - Фридрих, был приятной внешности. Для своих 47 лет он выглядел довольно молодо и всегда поддерживал форму. Он имел свой небольшой, но весьма доходный бизнес, который со временем только процветал. Иногда, от нехватки времени, он нуждался в «дополнительной голове». Иногда Фридрих прибегал к помощи собственного сына, который успешно справлялся с цифрами и порой соображал в некоторых вопросах гораздо лучше, чем он сам. Сын не был увлечен подобным делом, но надежда, что когда-нибудь семейный бизнес перейдет в руки Томаса, у отца все-таки тлела. И сейчас он краем глаза следил за ним, с гордостью понимая, что он достойная кандидатура на руководящую роль.
 - Ты уже видел мать?
 
 - Нет. Анна сказала, что они с Ким пошли по магазинам.
 - И когда они только все успевают? Ким минут десять назад забегала, и уже их нет.
 - Мама в среду звонила, говорила, что пойдут искать платье для выпускного Ким.
 - Вот и еще один ребенок вырос, – со вздохом сожаления сказал Фридрих.
 - Расстроен?
 - Нет. Все должно идти именно так, как идет. По-другому и не должно быть, – мягкая улыбка с грустным оттенком мелькнула на губах. – Ты останешься на ужин, или тебе опять некогда?
 - Думаю, что останусь, а то мама точно обидится, – а еще он подумал о Крис, которая сейчас начнет свое похмельное недовольство, и ему катастрофически захотелось задержаться в родительском доме до следующего утра. В голове пронеслись слова Стэна о послушании и приручении. Но злости на эти слова Том в своей душе не находил, лишь констатировал их досадную правоту.
 С тех пор, как он всецело погрузился в отношения с Крис, домашние тапочки стали его основным приоритетом. Она, как болото, медленно затягивала в свою трясину, вынуждая, по ходу, принимать все ее условия. Том никогда не относился к особо принципиальной части населения. Он всегда брал предложенное судьбой. Но и слабым человеком его назвать было очень сложно. Часть характера была позаимствована у отца, который принимал от жизни любые условия, не переча им, но все-таки в нужные моменты умел твердо сказать своё веское слово, пресекая этим все возможные возражения. Но, видимо, в их отношениях с Крис эта точка кипения пока не настала, раз Том всецело полагался на такое понятие, как любовь.
 Вечер в кругу семьи навалился приятными воспоминаниями о прошлом, и мягкая ностальгия кольнула уголок сердца. Мать Тома, фрау Аннет, была безумно счастлива такому подарку от сына, как проведенное с ними время. Она постоянно расспрашивала о его здоровье, делах. В разговор то и дело вмешивалась Ким, всячески стараясь вовлечь брата в обсуждение своих интересов. Мать постоянно отчитывала ее за такую невоспитанность, а Том только ласково улыбался, радуясь такой добродушной перепалке, которая неизменно заканчивалась смехом. Ему вдруг захотелось вернуться в детство и остаться там навсегда. Но взгляд, брошенный на стрелки огромных старинных часов, заставил его вынырнуть из сладких воспоминаний, возвращая в суровую действительность, в которой перед глазами материализовалась КРИС. «Теперь скандала точно не избежать…» - «радостно» подумал Том и, попрощавшись с родными, поехал к себе.
***
 - Очень мило. Как я рада Вас видеть, – издевательским тоном произнесла Крис, как только Том переступил порог квартиры.
 - Меня сегодня все счастливы видеть. Будешь читать интереснейшую лекцию или ограничишься недовольным видом? – он изогнул бровь и внимательно посмотрел в глаза Крис.
 - А, по-твоему, бросить меня умирать, это красиво с твоей стороны?
 - Значит, все-таки лекция, – констатировал Том, закатив глаза.