Дорогое удовольствие (СИ)

Он откидывается на спинку стула и, слегка повернув голову, обращается ко мне:
– Деточка, кофе подай, да поживее.
Кивнув, направляюсь к выходу, чтобы исполнить его просьбу. Однако ноги сами прилипают к полу, когда я слышу тихий, но вместе с тем звенящий сталью голос Пеплова:
– Петр Павлович, я уже говорил и повторю еще раз: моего секретаря зовут Камила. Будьте добры обращаться к ней по имени и никак иначе, – Антон делает паузу, и, оглянувшись, я замечаю, как под смуглой кожей его лица пульсируют жевательные мышцы. – Что касается моей компании, то ее доходность составляет шестнадцать целых и семь десятых процента, в то время как аналогичный показатель вашей фирмы едва дотягивает до девяти. В прошлом году я заключил контракт с небезызвестным вам господином Львовым на сумму более двух миллиардов рублей, поэтому сотрудничество с вами, определенно, не является для меня таким уж глобальным.
Несколько мгновений Савченко с Пепловым неотрывно смотрят друг на друга, и их взгляды напоминают скрещенные в бою шпаги. Честно говоря, меня восхищает, с каким титаническим спокойствием Антон противостоит мужчине вдвое старше себя. Я бы уже давно сломалась под таким напором.
Качнув головой, Петр Павлович издает короткий смешок и вновь поворачивается ко мне:
– Принеси мне кофе, Камила.
– Одну минуту, – всеми силами скрывая ликующую улыбку, отвечаю я.
Когда я возвращаюсь в переговорную с чашкой горячего напитка на подносе, Алексей Никифоров вслед за своим начальником тоже изъявляет желание выпить кофе. Поэтому дослушать финал этих жестких переговоров у меня, к сожалению, не выходит. Обслужив юриста, я вновь встаю в свой уголок, надеясь хотя бы по обрывкам фраз понять, чем все закончилось. Однако в этот самый момент мужчины поднимаются на ноги и принимаются жать друг другу руки. Очевидно, сторонам все же удалось достичь компромисса.
Подгоняемая любопытством я настигаю стремительно двигающегося по коридору Пеплова и, понизив голос, интересуюсь:
– Антон Максимович, а если не секрет, на сколько вы в итоге сторговались?
Зная начальника, я морально готова получить ответ в духе «не твое дело», но, к моему удивлению, губы Пеплова медленно растягиваются в довольной улыбке, и он с каким-то мальчишеским задором отвечает:
–  На девятьсот семьдесят.
– Это… Это хорошая сумма, да? Вы на нее рассчитывали? – торопливо перебираю ногами, чтобы поспевать за быстрым темпов его шагов.
– Честно? – он хитро косится на меня. – Я бы и на девятьсот пятьдесят согласился.
– Да ладно? – роняю челюсть на пол. – Но вы сказали, что за меньшую сумму не будете работать, и… Это звучало так убедительно!
– Это просто блеф, – отмахивается он, заходя в свой кабинет и закрывая за собой дверь.
Сажусь за свой стол и изо всех сил стараюсь сосредоточиться на бланках заказа канцелярии, но вместо степлеров и карандашей продолжаю упорно думать о Пеплове.
Какой же он все-таки невероятный! С непоколебимой уверенностью я могу сказать, что он самый впечатляющий человек, с которым мне довелось иметь знакомство. Сильный, мужественный, властный – рядом с ним я ощущаю себя в необъяснимой безопасности. Такое чувство возникало у меня в моменты общения с отцом, когда он еще был жив…
– Вижу, получила цветы, – прерывая мои мысли в приемную входит Исхаков с извечной улыбкой на лице. – Понравились?
– Да, спасибо большое, они замечательные, – благодарю я.
– Ты сегодня восхитительно выглядишь, Камила, – огибая мой стол, он опирается на него бедром. – Красная помада – это жутко сексуально.
– Спасибо, – вновь повторяю я, смущаясь под натиском его несколько плотоядного взгляда.
– Давай поужинаем сегодня? Во сколько ты заканчиваешь? – не ходя вокруг да около, предлагает Марат.
– Я…
– Сегодня Камила задержится. Производственная необходимость, сам понимаешь, – вмешивается в диалог неожиданно возникший рядом Пеплов. – Поэтому тебе придется попрактиковаться в корявом флирте в другое время.
– Ну, я-то, в отличие от тебя, хоть флиртовать умею, – ехидно замечает Исхаков.
 
– Только успеха у женщин тебе это не прибавляет, – в тон ему отзывается Антон.
Ого-го! А мистер Серьезность, оказывается, и язвить умеет.
– Ну, конечно, куда мне до тебя, – улыбка Марата становится шире. – Как, кстати, те близняшки из клуба? Хорошо повеселились?
– Базар фильтруй, – жестко обрубает Антон.
– Да ладно, Пепел, не кипятись, я же шучу, – Исхаков отрывается от моего стола и по-приятельски хлопает собеседника по плечу. – Юмора, что ли, не понимаешь?
– Юмор – это, когда смешно, а у тебя все больше примитивно, – Пеплов подходит к шкафу с документами и сосредоточенно принимается в нем рыться. – Давай пиздуй уже, работать нам надо.
– Ох, бля, какие все деловые стали, – усмехается Марат, направляясь к выходу.
У самого порога он останавливается и, обернувшись ко мне, подмигивает:
– Мой номер у тебя есть, красавица. Очень жду звонка.
Выдавливаю из себя загадочную улыбку и неопределенно качаю головой, мол, может быть, позвоню. Исхаков, окончательно вжившись в роль жаркого обольстителя, посылает мне воздушный поцелуй и скрывается за дверью.
  
Глава 16
 
Как выясняется позже, заявление Пеплова о производственной необходимости не было выдумкой, призванной отпугнуть чересчур настойчивого Исхакова. Он действительно пригрузил меня приличным объемом работы, которую, по его словам, необходимо выполнить именно сегодня.
Вскидываю глаза на часы и с тяжелым вздохом подмечаю, что мой рабочий день закончился уже тридцать минут назад. Благо, завтра суббота – можно поспать чуть подольше.
Кстати говоря, сам Пеплов домой тоже не торопится. Сидит в своем кабинете и самозабвенно гипнотизирует экран компьютера. Если честно, за все время в статусе его подчиненной я не помню ни одного случая, чтобы он покидал офис вовремя. Постоянные задержки для него норма.
Подготовив последний документ, я закрывая окошко Эксель и блаженно потягиваюсь. Тело затекло, глаза слезятся от скопившейся усталости и переутомления, натруженная голова кажется чугунной… И только мысль о предстоящих выходных греет душу.
Выхожу из-за стола и, подхватив на руки кипу распечатанных бумаг, стучу в кабинет начальника. Получив в ответ «входи», шагаю внутрь и, приблизившись, кладу документы на его стол.
– Все готово, – сообщаю я, по привычке приглаживая волосы и легонько выпячивая вперед грудь.
Рядом с Антоном мне всегда хочется выглядеть неотразимо. Это какая-то неосознанная, но чертовски сильная потребность.
– Отлично, – кивает он, не отрываясь от монитора. – Можешь идти.
Разворачиваюсь и уже делаю шаг по направлению к выходу, но неожиданно невидимая нить обвязывает мои ноги, лишая возможности двигаться дальше. Резко оглядываюсь и тут же ловлю на себе мрачный взгляд Пеплова.
Он смотрел мне вслед. Смотрел, как я ухожу.
Чувствую, что сейчас, в эту самую минуту атмосфера, царящая в помещении, наполняется какими-то новыми, незнакомыми вибрациями. И это открытие заставляет меня потрясенно замереть.
– Антон Максимович, я хотела поблагодарить вас за то, что вступились за меня перед Савченко, – говорю то, что хотела сказать весь день, но никак не могла улучить нужный момент. – Мне было очень приятно. Правда, я думаю, он не вкладывал в свои слова какого-то оскорбительно смысла, ведь я для него просто молоденькая девушка…
– Я озвучил ровно то, что должна была сказать ты сама, – перебивает Пеплов. – Если хочешь к себе серьезного отношения, не оправдывай фамильярность людей своей половой принадлежностью и юным возрастом. Умей отстаивать личные границы. Занимаемая должность позволяет тебе требовать элементарного уважения и обращения по имени.
Странно, но мне и в голову не пришло посмотреть на ситуацию под таким углом. Я считала, раз Савченко – мужчина, да еще и старше меня, то нет ничего страшного в его несколько развязном «деточка». В конце концов, я – всего лишь секретарша, а он такой влиятельный и богатый человек…