Пробуждение (СИ)

Оказалось, что для подкормки саженцев амброзии использовали измельчённые трупы демонов, перемешанные с хитро изготовленной смесью ароматных масел. Она до того напоминала церковное миро, что Лёха в очередной раз задумался о причудливых отголосках древних посещений его планеты эльфами.
Миро и демонический фарш нейтрализовали запахи друг друга, так что на выходе получалась едва ощутимая сернистая вонь, которую легко перебивал бриз.
Первое дерево Олаво посадил на могиле Кьеля.
Хорошее место. Молодой эльф, жаждавший лучшего будущего для своего народа, оценил бы жест. Ещё больше он оценил бы планы Древней по возрождению былого величия и, наверное, даже смирился бы с равным, а не главенствующим положением с людьми и пустотниками.
Жаль, всё сложилось не лучшим образом.
Присев у молодого деревца, Стриж какое-то время просто смотрел на волны, позволяя мыслям беспрепятственно течь в любом направлении. Хороший способ выйти из тупика, когда уже нет идей.
Не помогло. Ни единой свежей идеи о том, что делать с Белочкой или Дану не пришло.
Вздохнув, Лёха направился на Крабовый остров и попросил Максимилиано присмотреть за Дану вместе с Мией. А сам направился к Белочке.
Стоило приблизиться к камере, в которой содержали демоницу, в голове возник привычный язвительный голос:
«Смотрите кто явился! Тебе опять что-то нужно от меня?»
Опешив, Стриж привычно ответил не размыкая губ:
«Почему я тебя слышу?»
«Понятия не имею. Наверное между нами было что-то особенное. Связь, которую не разорвать просто так».
Лёха мог поклясться, что за дверью камеры одержимая эльфийка привычно кривляется, хоть и не мог этого видеть.
— Командир, — кивком приветствовал его дежуривший у камеры Явар.
— Как она себя ведёт? — поинтересовался Стриж, жестом велев отпереть дверь.
— Негативно, — репликант отодвинул засов. — Всё это время пыталась вывести меня.
— Обзывалась? — догадался Лёха, ничуть не удивившись.
Белочка не была бы собой, сидя тихо. А зная характер и словарный запас экс-квартирантки, вкупе с тем стихийным бедствием, что заменяло демонице чувство юмора, можно было лишь восхищаться терпением и выдержкой Явара.
— Рот не закрывала, — подтвердил репликант. — Я уже хотел попросить принести бумагу и карандаш, чтобы её высказывания записывать.
— А ты грамотный? — послышался из-за двери изумлённый голос Белочки. — Прям эволюционный прорыв, а не солдафон. У вас же на всех одна извилина, да и та от фуражки!
— Белочка, хватит, — оборвал её Лёха.
— Да ладно, пусть, — неожиданно улыбнулся Явар. — Хоть какое-то развлечение.
И потянул металлическую створку, пропуская командира в камеру.
— Что, даже без охраны? — изумилась демоница когда дверь за спиной Стрижа закрылась.
— Ты же сама сказала, что между нами было что-то особенное, — криво ухмыльнулся тот. — Неужели ты просто убьёшь меня после всего, что между нами было?
— А чего мне терять?
Белочка оскалила длинные острые зубы, но реальной угрозы Стриж не ощущал. Между ними действительно сохранилась незримая связь, отчётливо ощущаемая на близком расстоянии. Описать это словами не удавалось, но сомнений в том, что демон не желает ему смерти не было.
— Об этом я и хотел поговорить, — признался он, усаживаясь на кровать и разглядывая новый облик бывшего симбионта.
На худощавом треугольном лице выделялись светло-карие, почти янтарные глаза. Была это особенность пустотницы, тело которой досталось Белочке, или та перестроила их в честь «новоселья» — осталось загадкой. Тёмные волосы едва доставали до груди, а густая чёлка отросла почти до самых бровей.
— Нравлюсь? — кокетливо покрутилась демоница.
— Да уж посимпатичней меня, — одобрил Лёха и тут же посерьёзнел. — Никто не понимает что с тобой теперь делать. Убить не позволяю я.
На этих словах Белочка отвесила шутовской поклон, едва не стукнувшись головой о пол. Гибкость её нового тела впечатляла.
— … Отпускать тебя нельзя, — не обращая внимания на паясничание продолжил Стриж. — Ты достаточно долго пробыла в моей голове, чтобы осознавать это.
 
Демоница скривилась, но спорить не стала.
— Когда-то ты хотела найти нечто в этом мире. Нечто, что тебя влечёт. Теперь ты знаешь, что дело в Навигаторе и вполне способна противиться его повелению. Ещё ты жаждала вернуться в родной мир, но…
Лёха посмотрел в глаза существа, ещё недавно делившего с ним одно тело на двоих.
— Многое изменилось. Ты изменилась. Потому я хочу узнать, а чего хочешь ты? Ну, кроме «жрать и убивать». Это само собой.
— Свободы! — не раздумывая выпалила Белочка.
— Вот ты её получила. И что дальше? Помимо «жрать и убивать»?
Вопрос поставил демоницу в тупик. Похоже, мысль о свободе казалась столь несбыточной, что стала главной и единственной целью.
— Хочешь вернуться в родной мир? — предложил вариант Лёха.
— Да… Наверное… Не знаю…
Видеть и ощущать Белочку растерянной было по меньшей мере странно. Всегда готовый к драке хищник привык мыслить простыми категориями. Выжить, убить, насытиться. О сложном обычно думал Стриж. Но теперь это приходилось делать самой демонице. Она изменилась, стала сложней. Чуть больше человеком, чуть меньше демоном. И простые решения перестали работать.
— Лично мне кажется, что ты заскучаешь в родном мире, — продолжил рассуждать Лёха. — Ты теперь мыслишь иначе. И лично я вижу единственное применение твоим талантам в этих обстоятельствах: ты, став хитрее и умнее, либо подчинишь себе крупную стаю, либо погибнешь пытаясь. А потом будешь устраивать лихие набеги уже на наш мир, многое зная о его устройстве и тактике борьбы с вами.
Судя по голодному азарту мысль Белочке понравилась.
— Ты знаешь меня, наверное, лучше всех, а потому должна понимать: я не позволю тебе сделать это, — предельно честно сказал Стриж.
Скорее всего бывший симбионт чувствовал его так же хорошо, а потому лгать смысла не было. Да и не хотелось.
— Убьёшь меня? — прищурилась Белочка и теперь от неё исходила реальная угроза.
— Нет, — посмотрел ей в глаза Лёха. — Я дал тебе слово. Но сейчас, с учётом изменившихся обстоятельств, предлагаю нам с тобой обдумать и перезаключить договор на условиях, устраивающих все стороны. Я очень хочу дать тебе свободу, но не ценой жизней всех остальных. Потому спрашиваю ещё раз: чего ты хочешь?
Замешательство демоницы было красноречивей любых слов.
— Дам тебе время подумать, — поднялся на ноги Стриж. — Займусь пока вопросами нашего общего выживания, а ты размышляй что хочешь получить в итоге. И вместе подумаем какой компромисс возможен.
— Я тебе говорила, что ты — дурак и вечно выдумываешь проблемы на свою голову? — уже в спину бросила ему Белочка.
— Говорила и не раз, — обернулся через плечо Лёха. — А что?
Помолчав немного, демоница ответила:
— Сейчас я этому рада.
Стриж рассмеялся, но вспомнил о неприятной обязанности и от веселья не осталось и следа.
— Совсем забыл… Мне нужна твоя помощь.
— Чутьё подсказывает, что ни о чём хорошем ты сейчас не попросишь, — подозрительно прищурилась Белочка.
— Оно тебя не подвело, — развёл руками Стриж. — Нам требуется найти способ воздействия на Аримана. Такой, чтобы заставил против воли проявить нечеловеческую сущность.
Оскал демоницы ясно продемонстрировал отношение к этой просьбе.
— И вам нужна подопытная крыса?
— Мне, — подчеркнул это слово Лёха, — нужна твоя помощь. Не думаю, что Ариман будет рад тебя видеть и разделить с тобой свои охотничьи угодья. И, как я помню, мы с тобой были не в состоянии ему противостоять. Ты не меньше нашего заинтересована в его устранении.
— Тут у меня маловато шансов встретиться с ним, — язвительно похлопала по стене Белочка, но Стриж чувствовал, что она практически готова согласиться.
— Надеюсь, что ты права. Но если мы налажаем — он явится и сюда.
Демоница недовольно скривилась и скаредно поинтересовалась: