Крепость королей. Проклятие

У подножия скалы находилась вымытая дождями и непогодой полость, в которой они прятались еще детьми. Вот и теперь парочка забралась внутрь и стала смотреть на звездное небо, провожая взглядом падающие звезды. Агнес прильнула к Матису и вдохнула запах дыма от горна.
– Как дела у твоего отца? – спросила она.
Матис тяжело вздохнул:
– Он все чаще выкашливает кровь, – ответил он нерешительно. – Сегодня утром отец Тристан снова дал ему высушенной медуницы, но он сомневается, что лекарства смогут помочь. Говорит, что это от долгой работы у горна. Мама все глаза выплакала.
– В последние дни я несколько раз пыталась поговорить с тобой, – тихо проговорила Агнес. – О моем отце в том числе. У меня такое чувство, будто он что-то замышляет. Но ты, видимо, был слишком занят…
– Ты же знаешь, мне нужно соорудить лафеты, – ответил Матис немного грубо. – Не забывай, что твой отец в любое время может швырнуть меня в подвал, если я ему в чем-то не угожу. Да и ты постоянно с отцом Тристаном ходила…
Агнес положила голову ему на плечо, совсем как в детстве.
– Ты прав, – вздохнула она. – Это все лихорадка. Людям нужна помощь, а знахарка Рехштайнер именно сейчас как сквозь землю провалилась… Никто не знает, где она.
Матис нахмурился:
– Может, это дело рук Ганса фон Вертингена? Этот дьявол все дальше в наши леса забираться начал. Я даже не удивлюсь, если он какую-нибудь старуху прирежет за пару коз или кур.
– Возможно. Вот только трупа так и не нашли… – Агнес помедлила и зябко поежилась. – Все как с Хайдельсхаймом. Может, это и совпадение, но что-то там неладное происходит.
Некоторое время они молча смотрели в звездное небо. Маттис крепко держал ее за руку. Где-то совсем рядом прокричал сыч.
– Я, кстати, отыскала книгу, которую спрятал от меня отец Тристан, – неожиданно сообщила Агнес. – Она оказалась в библиотеке, в каком-то подобии тайника.
Матис закатил глаза и выпустил ее руку.
– Я‑то думал, ты хотела о нас с тобой поговорить, а ты снова начинаешь с этими странными историями… Будь проклят тот день, когда Парцифаль принес это чертово кольцо! Ты уже помешалась на этой чертовщине.
Агнес вынула кольцо, которое по-прежнему носила на цепочке. Она настолько к нему привыкла, что иногда забывала о нем на несколько дней. Теперь оно показалось ей тяжелее обычного. Девушка присела на небольшой скальный выступ.
– Матис, как ты не понимаешь? Это кольцо и в особенности сновидения не дают мне покоя. Они такие… реальные! А теперь я вдруг узнаю, что мне снится некто, кто действительно существовал…
Агнес вкратце рассказала Матису про юного рыцаря Иоганна фон Брауншвейга и о том, что еще узнала из хроники Трифельса.
– Этот рыцарь Иоганн был из рода Вельфов, – закончила она. – Он оказался в крепости спустя почти сотню лет после смерти Барбароссы. Во сне он пытается что-то сообщить мне о кольце. Кажется, он предостерегает меня!
– Агнес, – попытался успокоить ее Матис, – это всего лишь сновидения. Кольцо не дает тебе покоя – что ж, неудивительно, учитывая, как оно к тебе попало. А этого рыцаря Иоганна ты знаешь по книге. Тебе снится лишь то, что ты переживаешь изо дня в день. Это нормально.
– Ты забыл, что Иоганн приснился мне до того, как я увидела его на рисунке. Это ты тоже считаешь нормальным?
Матис пожал плечами:
– Может, ты и раньше видела эту книгу, а потом позабыла про нее… Ты все-таки полдетства в этой пыльной библиотеке провела.
– Чтоб тебя, Матис!..
Агнес вскочила и ударилась головой в нависающий потолок. От боли и злости по щекам ее покатились слезы.
– Если я люблю книги, это не означает, что я не в своем уме! – разразилась она, потирая ушибленное место. – И пусть весь мир, включая тебя, утверждает обратное. Я видела во сне этого рыцаря до того, как увидела его в книге. Богом клянусь! И я знаю, что это кольцо попало ко мне не случайно. Кто-то захотел, чтобы оно досталось мне, и нацепил Парцифалю на коготь!
Матис вздохнул:
– Я‑то и впрямь думал, что мы о нас поговорить собирались.
– Я и собиралась, но…
 
Агнес резко замолчала, и юноша растерянно взглянул на нее.
– Что такое? – спросил он.
Она показала на юг, в сторону холма:
– Посмотри сам.
Матис выбрался из промоины, и они вместе уставились на цепочку из дюжины огоньков, что вытянулась в низине между крепостью Анебос и Шарфенбергом.
– Там факелы, – удивился Матис. – Что людям понадобилось на ночь глядя среди скал?
Агнес вдруг вспомнились легенды о Барбароссе. Разве не гномы стерегли под Трифельсом сон прославленного императора? Огоньки даже представились ей светильниками, которые, согласно старинным преданиям, носил этот маленький народец. Но Агнес поостереглась доверять свои мысли Матису. Он и без того считал ее помешанной мечтательницей.
– Ты ведь говорила, что этот юный граф Шарфенек собирается переселиться в Шарфенберг? – спросил Матис, неотрывно глядя на огоньки. – Может, это уже его люди?
– Перетаскивают посреди ночи новую мебель? – покачала головой Агнес. – Это же глупо.
– Так давай посмотрим, кто там ошивается, – ответил парень и двинулся в сторону огней.
– Матис, постой! – прошептала Агнес. – Нельзя же так…
Но тот уже спускался по узкой тропе в долину.
Выругавшись вполголоса, девушка последовала за ним. По ее телу пробежала легкая дрожь. Ей вспомнилась ночь, когда они вместе отыскали в лесу Парцифаля, а после увидели тех странных незнакомцев. Их появление не предвещало ничего хорошего. С тех пор минуло почти два месяца. Может, это те самые люди, что и тогда?
В скором времени они оказались на широком горном хребте, который словно валом соединял три крепости. Среди буков, дубов и каштанов вздымалось несколько скалистых вершин, на которых прежде располагались сторожевые посты. Тропа змеилась между ними, при этом она временами разветвлялась и узкими тропинками взбиралась на скалы.
В свете луны Агнес и Матис осторожно подобрались к крепости Шарфенберг, расположенной на самом краю гряды Зонненберг. Но мгновение огни пропали из виду, но потом снова появились у самого подножия крепости. Факелы, или что там светило, находились теперь почти вплотную друг к другу. Неожиданно огни выстроились в равномерную линию, пришли в движение…
…и исчезли.
Матис спускался в долину под прикрытием одной из скал и теперь растерянно остановился.
– Черт, куда они подевались? – прошептал он. – Может, факелы погасили?
– Все одновременно и так вот сразу? Как ты себе это представляешь?
Агнес нахмурилась, но и ей ничего лучшего на ум не пришло.
– Но и в расселину они все разом провалиться не могли, – огрызнулся Матис.
Девушка промолчала. Ей снова вспомнились сказания о Барбароссе и гномах. Представители этого маленького народа славились тем, что могли совершенно неожиданно исчезать в ямах. Так, может, старый кайзер действительно спал где-то здесь, пока мир снова не призовет его?
И что, если это время настало теперь?
У нее закружилась голова, как тогда, в темнице под башней. Что же с ней такое творилось? Уж не начала ли она верить в сказки, которые малым детям рассказывали у камина?
– Что бы там ни было, – прервал Матис ее мысли, – оно исчезло. А в темноте мы только кости себе переломаем. – Он пожал плечами и развернулся. – Идем домой, а завтра при свете дня еще раз тут осмотримся. Я обещал матери не задерживаться подолгу. Ей и без того забот хватает.
Они молча двинулись вдоль хребта обратно к Трифельсу. Когда миновали холм, на котором высился Анебос, Агнес показалось, что на вершине скалы снова мигнул огонек. Она прикрыла глаза. А когда снова открыла, огонек исчез. Агнес с трудом успокоила дыхание.
Иногда ей казалось, что люди были правы, считая ее странной.
Этой ночью Агнес долго не могла уснуть. Она то и дело ловила себя на том, что подходила к окну своей комнаты и всматривалась во мрак. Но загадочные огни так и не появлялись. Ветер шелестел в деревьях вокруг крепости, и листья шептались так, если бы кто-то снаружи тихо звал ее по имени. Лес, да и сама крепость – все вокруг перешептывалось: