Знаток женщин (СИ)
— Хммм, у меня тоже так было. Родители пустили одного бедолагу. Он нашел нашу настойку, выпил и потерял свой рассудок. Опрокинул свечи, сжег половину кухни.
Я чуть не родил на этом пороге. В последний момент, удалось подобрать чертов ключ. Какая же мощная стерва! Ее мысли скрыты глубоко в подсознании. Было тяжело их читать.
Забыв о злости, Ванда отошла в дальний угол и начала говорить, будто общаясь со стенкой:
— После того случая, я помогла старику, который был болен. Проводила домой, помогла взойти на крыльцо. Он оказался не таким уж и дряхлым. Хотел меня обесчестить, а потом кричал, будто я первой напала…
— Потому ты ушла в этот лес, подальше от вашего общества.
— Нет. Меня бросил муж, забрав наследство отца. Долгая история, пришелец. Тебе это все не понять.
— При… кто? Я охотник из рода охотников.
— Не ври, паренек. Ты прибыл из дальних миров. Большую силу имеешь, но пока она крепко спит.
Вот те раз! Бабка-ешка не так уж проста. Пока копался в ее голове, она покопалась в моей. Что ж, один — один, это круто. Главное, чтоб меня не прикончила.
— Если знаешь, кто я, то почему не убила?
— Когда исчезнут пришельцы, мы потеряем надежду.
— Да уж, как в старой сказке… А как силу ту пробудить? Устал, знаешь ли, быть добычей, — усмехнулся, надеясь на дельный совет.
— Пока еще рано. Лучше оттянуть час расплаты.
Я хотел спросить еще что-то, но дамочка грубо спровадила. Толкнула своей крепкой рукой, чуть не скинув с крыльца.
Не успел отойти от избы, как из кустов выскочил Арвин. С одной стороны получилось. Я многое узнал про колдунью, и даже поговорил по душам.
Но она все равно была злобной стервой. Могла прикончить Арвина одним махом. Он не желал это слушать, играя в эпичного рыцаря.
Страшно представить, чем кончится подкат к лесной барышне. Тот случай, когда любовь и смерть стоят рядом.
Глава 18
Чтоб Арвин продержался подольше, я стал выкладывать все, что почувствовал. Важны не только глубинные мысли, но и мелкая ерунда, вроде разных привычек.
— Так, она, значит, любит растения. Это видно, но не цветы, а все что пользу приносит. Еще, ей нравится, когда смотрят в глаза. Не понимает, что у нее жо… фигура крутая. Пальцы… из-за них всегда комплексует.
— Компрессует?
— Волнуется, Арвин. Думает, что пальцы корявые, понимаешь? — Напарник добродушно кивнул. — Дальше, людей ненавидит, но готова делать добро, если докажешь, что ты не урод. В лесу после дождя гулять любит.
— Что, там же мерзко?
— Я про то же! Но ее прям вставляет…
Поболтав еще минут пять, я выложил полную информацию. Арвин задал пару вопросов, сгорая от нетерпения.
Потом мы вышли из кустов, где организовали свой временный штаб. И напарник пошел в наступление, взяв пучок какой-то травы.
Я направился следом, чтоб спасти друга в случае опасности. Хорошая отговорка для сплетника.… Но там, действительно, было опасно. Так что, все сходится.
Подойдя к крыльцу, Арвин выдохнул, будто пил водку. Резко заскочил на ступеньки, затем стукнул в дверь. Сейчас его тут и сожгут! Нет, сразу зайти…
Я спрятался за угол, чтоб не было видно. Ванда открыть не спешила, тогда Ромео решил зайти сам.
Надо бежать за ним для его же блага. И для моего интереса, конечно. Я стал на крыльцо, прижавшись к двери, чтоб все слышать. Звукоизоляция была крайне слабой. Спустя пару секунд, послышался злобный вопль:
— Проклятый заморыш! Как ты смел так вломиться? Словно твой полоумный дружок!
— Нет, я другой. У меня заячья травка. Она очень полезна, нашел в лесу во время опасного странствия.
— Ты сорвал ее с моей грядки, глупец!
Черт, кажется, будет бойня. Чем ее долбануть, если что? Боюсь, дубинки не хватит.
— Да, но вы очень прекрасна, — промямлил незадачливый любовник.
— Сговорились, проклятые уродцы!
Блин, она его точно прибьет. Может, ворваться туда, как отряд спецназа? Интуиция подсказала, что лучше пока сидеть тихо.
Я замер, пытаясь хорошенько прислушаться. Арвин снова что-то сказал и получил удар по лицу. Звонкая оплеуха была отлично слышна. Вот скотина! Меня сжечь хотела, а этому только пощечину.
— Тебе мало? Так гори, грязный червь! — Взревела брутальная дамочка.
— Не надо, у тебя пальцы красивые! — Завопил не своим голосом Арвин.
— К чему клонишь, урод!
— К тому, что твои ручки меня привлекли. Странно, у женщины, работающей в полях, такие нежные пальцы.
— Спасибо. Но ты врешь, мои руки уродливы.
— Нет, клянусь богами! Ещё, я бываю в мокром носу.
— Где?
— В лесу… Знаешь, после дождя. Там так хорошо, много влаги. Грибы опять же растут, и никого нет вокруг. Прогулки в такой час многим кажутся мерзкими. А я, наоборот, бегу резвой ланью, чтоб насладиться природой.
Он гнал бред наркомана, но после разговора со мной Ванда слегка подобрела, что спасло дворянина от участи сочного стейка.
— Ничего не понимают, глупцы. Дождь питает собой все живое. Люди ругают его, но потом мир становится чистым. Я ощущала это с самого детства. А бабка била и загоняла домой.
— Меня тоже однажды. Но тогда я отцовскую карету сломал…
— Причем здесь дождь и карета?
— При том, что цветы! Глупо их сажать, где попало. Лучше вырастить что полезное, для стола или магии. А ты как считаешь?
— На моем огороде никогда не будет чертовых роз. Фальшивая красота злых бутонов. Она учит людей лишь обману.
— Ага, а твоя как раз настоящая.
— Кто? — Ванда сама затупила. Похоже, так с ней мало кто разговаривал.
— Красота, — кротко произнес мой напарник. — Твои глаза прекрасней летнего утра. Я обращаю внимание только на них. А не на нижние прелести, как похотливые люди.
Тоже мне, нашелся моралист комнатный. И кого он похотливым назвал? Вот козел. Хотя, стоп, кажется, Ванда не злится. Либо он смог укротить того монстра, либо я тупо свихнулся.
— У меня нет красоты. Я злобная баба, что обижена на весь мир. Тебе лучше уйти, зелье должно настояться. Через пару дней получишь нужную информацию, — спокойно сказала колдунья.
— Мне не нужна информация о, красавица.
— А чего же тогда?
— Только это…
Дальше была тишина. Может она его придушила? Или парализовала неким отваром. Захотелось заглянуть внутрь, только как? Стал осматривать дверь, к счастью, возле петли была щель, куда аккуратно припал.
Увиденное повергло в шок даже после всех испытаний. Смеяться или возбуждаться неясно. Но Арвин целовался с мегерой, сжимая ее пышные груди. Она сдавила спину напарника, будто хотела сломать позвоночник, и глухо стонала, как при поднятии тяжестей.
Вот это я понимаю, убойное соблазнение! Кто бы знал-то вообще. До последнего думал, что она мужик в женском платье. А барышня целоваться умеет, еще страстно-то как…
Усмехнувшись, я спрыгнул с крыльца. Если запалят, нам точно хана. Стараясь ступать осторожно, проскочил небольшую поляну, и нырнул в сарай, где растянулся на сене, как ни в чем не бывало.
Арвина не было долго, начал даже завидовать. Успел пострадать ностальгией, подумать о дальнейшей судьбе и немного вздремнуть.
Лишь когда стемнело, Арвин ввалился ко мне, весь потрёпанный, но счастливый. Он стал нести всякую чушь, поведав о приключениях в той избушке.
Надо отдать парню должное. Интимных подробностей почти не было. Зато нытье о судьбе бедной Ванды захлестнуло мощной волной. Ее никто не любил, все кидали, она не такая, а ждёт трамвая. Мир — фигня, все телки — бляди, кроме ее одной честной и не порочной.
Типичная история кошатницы из нижегородской глубинки. Хотя, кто его знает, вообще. Научившись читать мысли баб, я о многое понял. Истина где-то по центру. Не стоит бросаться на Ванду, но и верить ей тоже нет смысла.
Хотя, что мне до этого! Тут бы в своей судьбе разобраться, а не думать о чужих передрягах.