Его звали Вася (СИ)

В таком вот браке квента с человечкой и родилась Светлана… Мама рассказывала, что они еще долго спорили, дать ли дочери квентийское имя или человеческое, но в итоге пришли ко второму варианту. Росла девочка явно быстрее квентки, почти как человечка. В семь пошла в школу, которую закончила уже почти взрослой девушкой, став первой красавицей деревни, что было отнюдь не удивительно. На полголовы выше самых высоких квенток села, стройная, хоть и не из тех, кто за шваброй спрятаться может, фигурка. Чуть покороче и оттого выглядящие как будто даже поаккуратнее, чем у чистокровных квенти, ушки. Длинные густые волосы цвета зрелой пшеницы. Не особо большая, но очень аккуратной, так и манящей взгляд, формы грудь. И черные, небывалого для чистокровного квенти, цвета глаза… Да, полуквентки зачастую рождались на удивление красивыми – на что многие говорили, что так, дескать, Мать-Природа просит у них прощения за меньшие отпущенные годы. И хоть говорили это искренне, без всякой задней мысли, но от таких слов Свете опять становилось обидно. Тем более, что красота красотой, но много ли с нее толку?
Квенти восхищаются, говорят, какая она красивая, дружить тоже не против, но… И не более того. Чтобы влюбиться, семью создать… Крайне маловероятный вариант! Ибо никто не знает, сколько она проживет, а чистокровные квенти, ввиду своих традиций жениться лишь один раз и планировать свою жизнь на десятилетия вперед, придают этому особое значение. И немногие исключения, вроде ее отца, лишь подтверждают правило. Более того, чистокровные квенти обычно очень поздно создают семьи – лет в 45-60… Когда уже выросли, выучились, нашли себе место в жизни. Ну и кто им даже двадцатилетняя полуквентка? Девчонка с нулевым жизненным опытом! А даже в 30 лет ей уже поздно может оказаться семью создавать, ничего уж толком не успеешь. Если вдруг продолжительность жизни окажется человеческой. Ну разве что одного-единственного ребенка родишь – впрочем, в «смешанных» семьях квенти и короткоживущих рас вроде людей или орков больше не бывало почти никогда.
Люди? С ними и сложнее, и проще… Да, люди, особенно из «ассимилированных» народов, не испытывали каких-то предрассудков против полуквенти, не считали их подозрительными чужаками. Они и сами во многом придерживались их же культуры и норм морали! И опять же выплывал вопрос внешности – это мужикам-полуквентам, или уродившимся «обычными» полуквенткам, хорошо. Но таким как она, «слишком красивым»… Впрочем, это относится и к человеческим красавицам. Когда-то такие нередко становились «статусными игрушками» господ – похвалиться, какая у них красивая жена, на людях. А потом поколотить ее за то, что вон там на ком-то слишком долго взгляд задержала или заговорила не с тем. И постоянно подозревать, что она ему с кем-то изменяет, но при этом самому иметь на стороне несколько любовниц только из знати… Не говоря уж о крестьянках, которых вообще по первому приказу притащат к барину. Сейчас господ нет. Но многие люди по-прежнему были бы не прочь заполучить красавицу-полуквентку в качестве способа потешить свое мужское самолюбие да похвалиться перед друзьями, а что там у нее в душе, какова она как личность… Ну это что-то несущественное! Впрочем, уже одно то, что среди советских актрис чуть ли не каждая третья – полуквентка, тоже показательно. Правда, тут еще сказывается и то, что большинство из них ко многим вопросам относятся куда проще, по-человечески, а потому в фильмах зачастую играют даже чистокровных. В чем разница? Например, в том, что квентки в абсолютном большинстве резко отрицательно относятся к изменению внешности… Покраситься, одеть парик, еще как-то загримироваться? Нельзя! Искажение истинного природного облика! Так что чистокровные снимались «как есть». Ну прическу могут другую сделать, одеться как надо, но не более того. Или, например, поцеловаться с тем, кто не люб – это вообще за гранью! Как и назвать другом, любимым или мужем того, кто таковым не является. Ибо гнусная ложь! Недаром в квентийских театрах мужа с женой или возлюбленных всегда играют те, кто таковыми и в самом деле являются. Впрочем, квенти в целом не одобряли «несерьезные профессии», так что все их театры и даже киностудия «Верные» были всего лишь самодеятельностью, в свободное от работы время… «Искусство – призвание, а не профессия», так говорили квенти. Но вопрос даже не в этом… А в том, что для красавицы-полуквентки сложно найти пару хоть среди квенти, хоть среди людей. Вот среди других полуквенти… Собственно говоря, это самый распространенный вариант. Но что делать, если понравился чистокровный?
 
Этого она не знала – тем более, что тот не обращал на нее особого внимания… С их участковым и его племянниками Света жила по соседству – и этим все и сказано… Ну соседка – она и есть соседка. Впрочем, поначалу тот и сам был пацаном, но потом пошел в Дом Мудрости, учился сейчас в самом Квентийске… Пять лет уж отучился, половину курса. А Света после восьмого класса пошла в «Малый Дом Мудрости», или по-новому – сельхозтехникум, в Зареченске, там семь лет учиться… И у них там были почти исключительно чистокровные – ибо люди учились в другом месте, по укороченной программе, всего четыре года. Но они и живут меньше, у них времени столько нет. А полуквенти… Ну они шли куда захотят, вот только она на курсе оказалась одна. Летние каникулы же у них совпадали, оба возвращались в деревню, но сосед так и не обращал на нее никакого внимания. Впрочем, откуда сельской девчонке было знать, как тот лазает в «общагу» к человечкам из пединститута Квентийска? Ведь в Квентийске был не только «Дом Мудрости» для квенти, было и немало «человеческих» учебных заведений! Как-никак столица республики! Так что в селе Галадон старался не светиться с похождениями, тут за такое и побить могут, ну а создавать семью с получеловечкой он и тем более не собирался.
Каково же было удивление, когда ей передали записку, где тот просил встретиться и поговорить? Писал, что она ему нравится – вот только он не решался того сказать, боясь, что дядя будет против, но теперь-то он почти что взрослый! Так она и согласилась встретиться с ним у реки… Даже не подумав, что с ней может случиться что-то плохое. Рядышком же все – туда даже подростки бегают купаться, не боясь, что из леса выйдет какая-нибудь иномирная тварь!
- А поехали с нами? – когда они, гуляя и мило беседуя, забрели в лесок, вдруг спросил Галадон.
- Куда? – не поняла света.
- В Америку.
- Куда? – полезли глаза на лоб у девушки. – Зачем в Америку?
- Меня ложно обвинили в покушении на этого вашего урода… Василия, - изобразил гримасу на лице эльф. – И в контрреволюционном заговоре. И теперь если найдут – расстреляют.
- Но ты же ничего плохого не делал!
- Конечно, - пожал плечами квент. – Но ты этого никому не докажешь!
- Но как же госбезопасность?
- Они вешают всех собак на нас с дядей! – буквально рявкнул Галадон.
- Но можно же что-то доказать! – растерянно произнесла полуквентка.
- Нельзя! Только бежать! Ну так что, ты с нами? Приедем в Штаты – будешь там моей женой…
Перспектива стать женой того, кто ей нравился, была такой манящей, что Света чуть было сразу не сказала «Да!» Вот только… Взять и вот так сбежать? Бросить все, что тебе дорого, всех близких и родных без малейшего шанса увидеть их хоть еще раз? Это было слишком страшно! Тем более, если при побеге их объявят предателями…
- Нет, - после долгого раздумья ответила девушка. – Здесь моя родина, здесь мой дом, здесь мои родные. Как я отсюда уйду? Пошли лучше домой… Докажем, что тебя оклеветали! Потребуем, в конце концов, чтобы менталисты все показания проверили!
- Вот как ты заговорила, - хорошее настроение Галадона сразу испарилось. – Ну не хочешь по-хорошему… Будет по-плохому!
И вот оно… «Какая же он сволочь! – думала Света, растирая только что развязанные руки. – Дура ты! Какая ж ты дура! Думала, мечтала, верила… Контра – он и есть контра!» В тот раз все случилось так быстро, что она даже не смогла ничего понять. Вот Галадон только сказал свои слова, а вот он уже вяжет ей руки за спиной и говорит, что попытается бежать – убьет. И странно, но этим словам она поверила сразу и безоговорочно!