Детектив США. Книга 1

Труди ошиблась в выборе.
Тут же заурчал мотор «ягуара».
Веревка впивалась в ладони. Наконец лифт остановился. Перед ним были закрытые дверцы. Питер уперся в стену спиной, ударил ногой. Дверцы распахнулись.
И в то же мгновение громкий гудок «ягуара» огласил окрестности.
— Они удирают! — завопил Телицки.
Питер выскользнул из лифта, увидел спину Телицки, бегущего через обеденный зал к выходящим на лужок окнам.
Он выстрелил дважды, не целясь. Телицки покачнулся и исчез в дверном проеме. Должно быть, раненный, но, насколько тяжело, Питер определить не мог.
Гудок «ягуара» стих вдали. Питер глубоко вздохнул. Они спасены.
— Не двигайся, старичок, — холодный голос Крамера вернул его к действительности. — Один шаг, и я снесу тебе полголовы. Брось ружье.
Питеру потребовалось две секунды, чтобы понять, что его песенка спета. Ружье упало на пол.
— Я не могу попросить тебя отбросить ружье ногой, так что отпрыгай подальше. Быстро.
Питер в несколько скачков добрался до стены. Повернулся к Крамеру. Как всегда, из уголка рта свисала сигарета. Черные глаза возбужденно блестели. Дуло автоматического карабина смотрело Питеру в грудь.
— Джейк! — позвал Крамер.
Ответа не последовало.
— Похоже, ты отлично стреляешь с бедра, — Крамер шагнул вперед, подобрал ружье Питера. — Ну, старичок, выходит, мы подошли к последней остановке. Так?
— Так… — вырвалось у Питера.
Он не мог броситься на бандита, схватиться с ним. Одноногий…
Крамер вдавил окурок в пепельницу.
— Ты полагаешь, что удача всегда на стороне ангелов?
— Кому же сопутствует удача? — ответил Питер вопросом на вопрос.
— Тебе. Если бы мое ружье не дало осечки… — Крамер пожал плечами. Как Тьюзди?
— Плох. Но ему хватило сил, чтобы соединить в моей машине нужные проводки и завести мотор.
— Пойдем к окнам на луг. Я хочу знать, когда появятся твои спасители.
Питер запрыгал через зал к двери, за которой исчез Телицки. Здоровяк распростерся на полу в нескольких футах от нее. Противоположную стену занимали окна, выходящие на подъездную дорожку.
— Наглядный урок, — прокомментировал Крамер. — Естественный конец для человека, поступками которого движет ненависть, а не логика. Он покинул свой пост у этих окон, потому что хотел расквитаться с Труди. Он думал, что она взяла вашу сторону. Готов поспорить на новую шляпу, переговорная трубка — твоя идея?
— Я надеялся, что она отвлечет одного из вас.
— И отвлекла, старичок, отвлекла. Вы там внизу не теряли времени даром. Я сознательно привлёк ваше внимание к переговорной трубке перед тем, как мы начали заливать кухню. Подумал, что вы захотите обсудить условия вашего спасения, когда вода поднимется достаточно высоко. Джейк оказался ближе к трубке, когда Труди дунула в нее. Вероятно, она попросила пустить ее наверх. Чтобы отвлечь наше внимание как раз в тот момент, когда ты поднимался в лифте. Так?
— Да.
— Джейк сказал Труди, чтобы она шла к нам. Полагаю, она никак не могла решить, кто же победит. И ошиблась. Джейк убил ее, едва она ступила на лестницу. Знаешь, почему? Труди стояла рядом с Линдой, но не помешала ей выстрелить в Бена. Вот Джейк и отомстил Труди за смерть друга, — Крамер глянул в окно. — Интересно, когда же появится армия? Им понадобится грузовик, чтобы вывозить трупы.
Ладони Питера вспотели. Проживет он секунды или минуты, зависело лишь от прихоти Крамера.
— Это здание… «Причуда»… так похоже на меня. Построено на века, оборудовано на все случаи жизни… включая появление одноногого постояльца. Подумать только, в нужный момент появилось инвалидное кресло. Тот, кто строил «Причуду», похоже, предусмотрел все… кроме такой мелочи, что у него кончатся деньги и отель никогда не откроется. Вот и я подумал обо всем, чтобы подготовить себя к лидерству, стать вождем, за исключением того, что в нужный момент не нашел способа контролировать своих сторонников. Теперь мне остается лишь бежать, а оригинального в этом мало.
Кровь пульсировала в висках Питера. Опять одни слова! Крамер знал, что спастись ему не удастся. Охота началась. Сотни людей спешили к «Причуде». И Крамер решил выговориться единственному человеку, который мог его выслушать. «А я, — думал Питер, — такой же, как Тьюзди. И мне дорога каждая лишняя минута жизни».
 
— Я знаю, о чем ты сейчас думаешь, — продолжал Крамер. — Гадаешь, не появится ли у тебя шанса на спасение, если поддержать разговор? А может, стоит молить меня о пощаде, Стайлз? Я бы с удовольствием выслушал твои аргументы.
— А что мне вымаливать? Одну минуту или две?
— А разве ты не собираешься доказать, что твое убийство ничего мне не даст? Что Тьюзди и женщины описали меня в мельчайших подробностях?
— Так стоит ли меня убивать? — Питер облокотился спиной на стену, нога болела от напряжения.
Странное выражение мелькнуло на лице Крамера.
— Я зашел в тупик. Поэтому вариантов у меня немного, старичок. Если бы не ты, Стайлз, завтра или послезавтра я бы спокойненько смылся отсюда. Знаешь, в чем твоя беда, Стайлз?
— Я кусаюсь.
— Ты не прекращаешь борьбы. Не обращаешь внимания на реальное соотношение сил. Ты не имел ни единого шанса, когда на кухне наехал на Дьюка. У тебя не было ни единого шанса, но тридцать секунд спустя двое из нас умерли, а у тебя появилось оружие и надежда на спасение. У тебя не было шансов, когда мы начали заливать кухню. А в результате трое пленников на свободе, Телицки убит, да и мне осталось жить не больше получаса. Вот чем кончается твое нежелание считаться с обстоятельствами, старичок.
— Вы все усложняете, — ответил Питер. — Просто я не терплю пассивности. Если уж умирать, так в движении.
— Более того, — Крамер смотрел на далекие деревья. — Твой последний выверт — подняться сюда на кухонном лифте. Неужели ты рассчитывал остаться в живых? Ты же знал, что я услышу, как поднимается эта чертова развалюха. Ты знал, что попадешь под пули, когда будешь вылезать из нее. Что заставило тебя пойти на это?
— Отвлекающий маневр. Я надеялся, что Труди у переговорной трубки и я в лифте уведем вас от выходящих на гараж окон и остальные смогут уехать на машине. Мой замысел удался.
— Ты мог не подниматься сюда, — возразил Крамер. — В машине нашлось бы место и для тебя.
— Чтобы вы и Телицки расстреляли бы нас? А так «ягуар» пересек лужок без помех. Я разработал неплохой план.
— И воплотил его в жизнь, хотя кто угодно поставил бы тысячу долларов против одного, что ты не выберешься из лифта живым. Зачем тебе это геройство?
— В моем решении не было ничего героического. Один должен был отвлечь вас, чтобы дать уехать остальным. Вполне логично, что в лифт полез я.
— А почему не Тьюзди? Он свое отжил.
— Тут как раз все ясно. Он не мог ходить. Я не мог завести мотор. Выбора не было.
— Знаешь, что бы я сделал на твоем месте? Заставил бы Тьюзди завести мотор и уехал один.
— Я могу сказать, к чему бы это привело. Телицки положил бы ружье на подоконник, прицелился, и первая же пуля угодила бы в бензобак, превратив «ягуар» в огромный костер, — Питер попытался улыбнуться. — Вас следовало отвлечь.
Глаза Крамера сузились. Он смотрел на лес, начинающийся за лужком. Кого он там увидел?
— О чем ты думал, когда пришел сюда и понял, что рано или поздно мы вас убьем? — спросил Крамер.
— О том, чтобы это не произошло, — сухо ответил Питер.
— Но ты сам лез на рожон. Ударил Джорджи, чтобы лишить нас небольшого развлечения.
— Я думаю, объяснять тут нечего. Вы не поймете. Я старомоден. Старомодные мужчины инстинктивно встают на защиту своих женщин.
— Но Линда — не твоя женщина. Ты никогда не видел ее раньше.
— Я же сказал, вы не поймете.
— Ты думал о том, что хотел бы сделать, но уже никогда не сделаешь?
— Да, и мне жаль умирать ради того, чтобы вы продолжали жить.
— А мне на это наплевать. Ты должен умереть, и меня это нисколько не волнует.