Детектив США. Книга 1
— Ну, и как идут дела?
— На аренду зарабатываем.
— Кому вы платите ее?
— Владельцу соседнего бара, Вернону. За те деньги, что он дерет, ему бы следовало еще и кормить нас… Только не передавайте Вернону моих слов, если будете разговаривать с ним, — мы и так задолжали ему за месяц.
Я купил книгу и зашел в соседний ресторанчик перекусить. Ожидая заказанный бифштекс, я спросил у официантки, смогу ли поговорить с мистером Верноном. Кивком головы она указала на человека в белом колпаке, топтавшегося у плиты.
— Мистер Вернон, вас спрашивает этот джентльмен.
Вернон, мрачный тип с худым лицом и седой щетиной на подбородке, подошел к прилавку.
— Вы же заказали бифштекс с кровью, — заявил он, взмахнув лопаточкой, — вот и получите его с кровью.
— Отлично. Насколько я понимаю, вы хозяин и соседнего торгового помещения?
— Совершенно верно, и соседнего и рядом с ним, — с надеждой в голосе подтвердил Вернон. — Вы хотите поговорить об аренде?
— Я хочу найти фотографа по фамилии Гарольд Гарли.
— Он снимал соседнее помещение, но дело у него не пошло, слишком много расплодилось в городе фотографов. Продержался лет семь или восемь и, не выдержав, смылся.
— Где же он сейчас?
— Сейчас — не знаю, а жил в Ван-Нейсе. Он задолжал мне кое-что за аренду, и я писал ему. Правда, это было давно, но его адрес в Ван-Нейсе у меня сохранился, могу дать, если это для вас так важно.
— Очень важно.
…Было уже около полуночи, когда я нашел нужный мне дом. Вплотную к нему примыкал гараж, и я тихонько толкнул дверь. Свет уличного фонаря упал на грязный старый «форд» с номерным знаком штата Айдахо. Я подошел к левой дверце и открыл ее. Загоревшаяся вверху лампочка осветила прикрепленное к колонке рулевого колеса регистрационное удостоверение на имя Роберта Брауна с адресом в Покателло. Сердце у меня отчаянно заколотилось.
Внезапно дверь, ведущая из дома в гараж, распахнулась, и резкий свет ударил мне в глаза.
— Майк? — спросил чей-то голос. — Это ты, Майк?
— Я видел Майка вчера.
— Кто тут?
— Друг. Я вижу, он оставил свою машину вам?
— В чем, собственно, дело?
Оборонительный тон незнакомца придал мне смелости, я решительно прошел в дом и закрыл за собой дверь. Незнакомец — седой человек в пижаме, с осунувшимся лицом и полуприкрытыми глазами — даже не попытался мне помешать.
— Брат не говорил, что у него есть друг.
— Да? А что же он говорил?
— Ничего… Я хотел сказать… — Теперь я видел, до какой степени перепугало незнакомца мое появление. — Брат ничего не рассказывал мне о вас… Вообще ни о чем не рассказывал… Я не знаю, зачем вы пришли… Эта машина моя. Я отдал ему за нее свою машину… Вы из ФБР? — Он даже сжался весь, ожидая ответа.
— Я действую по поручению полиции. Нам нужно переговорить.
— Здесь?
— Хотя бы.
Брат Майка обвел взглядом крохотную кухоньку, словно впервые увидел ее убогую обстановку, груду грязных тарелок в раковине. Мы уселись друг против друга за стол, покрытый дырявой клеенкой.
— Он не первый раз вовлекает меня в неприятности. Это тянется уже лет тридцать пять, с тех пор, как Майк научился ходить и говорить…
— В какие же неприятности он вовлек вас на этот раз?
— Но Майк ведь причастен к похищению, верно?
— Он так и сказал вам?
— За всю свою жизнь брат никогда и ничего не говорил мне прямо, но я читаю газеты. Сегодня прочитал о похищении, и теперь шагу боюсь ступить из дому. А моя жена просто сбежала от меня. К матери, в Окснерд. Даже не вымыла посуду…
— Когда же здесь был ваш брат?
— Вчера вечером, около половины одиннадцатого. Мы уже собирались ложиться спать. Он сидел вот тут, где сейчас сидите вы. Я сразу подумал, что он опять что-то натворил — у него всегда в таких случаях глаза делаются какими-то дикими, — но что именно, я, конечно, не знал. А он начал дурить мне голову, будто выиграл у моряков в Сан-Диего кучу денег в покер, и они гонятся за ним, хотят отобрать выигрыш, и потому нам надо поменяться машинами.
— Почему же вы согласились?
— Попробуйте не согласиться! Ему ничего не стоит стукнуть вас как следует.
Что правда, то правда — я знал это по личному опыту.
— Опишите вашу машину.
— «Плимут» выпуска тысяча девятьсот пятьдесят восьмого года, с двумя дверцами, номерной знак «АКТ 449».
— Цвет?
— Светло-синий.
Я сделал в своей записной книжке несколько пометок и сказал:
— А теперь я хочу задать вам очень важный вопрос: не было ли с Майком вот этого подростка?
Я показал ему фотографию Тома, и он отрицательно покачал головой:
— Нет, сэр. Ни о каком подростке у нас и речи не было.
— И вы ничего не знали о похищении, пока не прочитали сегодня в газете?
— Правильно. Ни о похищении, ни об убийстве.
— Но вы знаете, кто убит?
Мой собеседник опустил голову.
— Наверное… Кэрол.
— Да, Кэрол.
— Жаль… Милая была девушка… Гораздо лучше, чем он заслуживал.
— Вам следовало бы немедленно сообщить куда следует.
— Знаю. Лила говорила мне то же самое. Потому и ушла, что я не послушался. Лопух ты был, лопухом и остался, говорит.
— И не без оснований…
— Да, но Майк никогда еще не подводил меня так. Это похуже, чем тот случай с фотоаппаратом, который он украл на своем корабле, а свалил на меня, когда я приехал в Сан-Диего навестить его.
— На каком корабле он служил?
— На эскортном авианосце «Перри бэй»… Я едва не угодил в тюрьму.
Хорошо, что офицеры в конце концов поверили мне.
— Я тоже верю, что вы честный, только несколько запутавшийся человек.
Мои слова так подействовали на Гарольда, что на глазах у него показались слезы и он торопливо вытер их ладонью.
— Правда, — продолжал я, — вам придется и других убедить в этом. От вас требуется только одно: рассказать всю правду!
— Да, да, я хочу рассказать всю правду! — воскликнул Гарольд. — Я хотел сразу это сделать, но боялся, что полицейские отправят меня в тюрьму.
— И Майка тоже?
— Я не о нем беспокоился. Между мною и братом все кончено. То, что он сделал с Кэрол… — Гарольд горестно покачал головой.
— Вы были привязаны к ней?
— Очень. Правда, последние годы, когда они жили в Неваде, мы редко виделись, а вообще-то у нас с нею всегда были хорошие отношения.
— Они жили в Неваде?
— Да. Майк работал там барменом в одном из клубов на южном побережье, но потом потерял работу, и мне пришлось…
Он заколебался, и я подтолкнул его: — … и вам пришлось?
— Ничего… Я хотел сказать, мне пришлось помочь им немного.
— Сколько же вы им дали?
— Не помню… Сколько мог… — Он виновато взглянул на меня.
— А может, вчера вечером Майк вернул вам долг?
Гарольд снова опустил голову. Старый холодильник в углу, за его спиной, проснулся и загудел. И еще я слышал в наступившем молчании то нарастающий, то удаляющийся шум с улицы.
— Он ничего мне не вернул, — наконец ответил Гарольд.
— Но сколько-то он все же дал вам?
— Он ничего мне не дал.
— Вы хотите сказать, вернул?
— Да.
— Сколько?
— Пятьсот долларов.
— Где они?
— Под моим матрацем. Можете взять. Мне они не нужны.
Я прошел вслед за ним в спальню. В ней царил беспорядок: ящики стола были выдвинуты, на полу валялись какие-то вещи: Гарольд растерянно остановился у неубранной постели. Я помог ему приподнять матрац, он вынул из-под него табачный кисет из прозрачной клеенки и отдал мне.
— Вы видели, откуда ваш брат доставал деньги?
— Из машины. Я слышал, как он шуршал бумагой, когда разворачивал что-то.
— Скажите, вы знали, что эти деньги приобретены нечестным путем?
Гарольд обессиленно присел на край кровати.
— Пожалуй, я подумал об этом… Я не мог поверить, что он выиграл в покер такую сумму. У него ведь как заведено? Выиграет что-нибудь в карты и тут же пытается сорвать еще больший банк, и так до тех пор, пока не проиграется в пух и прах… Но о похищении и вымогательстве у меня и мысли не было. Тем более об убийстве.