Почти идеальная жизнь

Наконец она двинулась к девушке.
– Дорогая, это доктор Свон. – Она многозначительно посмотрела на него, потом повернулась к девушке. – Ты можешь назвать нам свое имя?
Взгляд девушки скользнул мимо миссис Кимбл к Маку, затем она опустила его на свои руки.
– Я Райли. Райли Миллс. – Когда она снова подняла голову, в ее глазах сверкнуло что-то еще. Уверенность или, может, даже вызов. Внезапно, еще до того, как слова сорвались с ее губ, Мак понял, что она скажет дальше. – Думаю, вы знали мою маму.
В ушах застучала кровь, и Мак схватился за стойку регистрации, чтобы удержать равновесие. Миссис Кимбл развернулась и задала ему вопрос. Должно быть, он что-то ответил, потому что она помогла Райли – Райли Миллс – взять вещи, сумочку и большую спортивную сумку, и повела ее из приемной в сторону его кабинета.
Мак шел следом, пытаясь угомонить ураган образов, проносившихся в мозгу: темная вода залива и ступни в песке. Аромат солнцезащитного крема и сладкий, металлический запах лодочного топлива. Джинсовые шорты с дырой на заднем кармане. Лукавая улыбка. Он думал, что подробности ушли, потерялись в прошедших годах, и тем не менее за один удар сердца они вернулись, ярко горящие в его сознании, как будто прошлое только что вошло в его кабинет и постучало по плечу.
К тому времени как он вернулся в кабинет, Райли уже сидела в кресле перед его столом, а миссис Кимбл суетилась вокруг, словно нервная наседка, выравнивая фоторамки на столе и вытирая пылинки рукавом.
– Спасибо, миссис Кимбл.
– Без проблем. Можно вас на минутку… – Она повернулась к Райли. – Он сейчас вернется, милочка.
Миссис Кимбл схватила его руку и вытащила в коридор. Когда они отошли на несколько шагов, она повернулась к нему.
– Эта девочка твоя копия, Мак Свон, – прошептала она. Она называла его по имени, только когда была расстроена. – Полагаю, ты понятия не имеешь, кто она?
Мак оглянулся туда, где спиной к нему сидела Райли. Ни за что на свете он не мог сказать деликатной миссис Кимбл, что да, он имеет понятие, но это понятие настолько абсурдно – настолько невозможно, что немыслимо даже произнести это вслух.
– Я собираюсь все выяснить.
– Что ж, идите. Может оказаться не слишком умным оставлять ее одну в вашем кабинете надолго. Она может быть воровкой. Или хуже.
Его живот скрутило от нервов.
– Воровкой? Сомневаюсь, что она здесь для этого.
– Кто знает. У моего соседа украли гриль. Очень милая юная девушка, продававшая журналы. Иногда наибольший вред причиняет тот, на кого никогда не подумаешь.
Мак изо всех сил постарался успокаивающе улыбнуться.
– Спасибо за совет. Я буду осторожен.
Миссис Кимбл кивнула, и он, обойдя ее, вернулся в кабинет. Райли повернулась, когда он тихо закрыл дверь за собой, а затем, подумав, немного приоткрыл ее.
– Я не хотела заставлять всех нервничать, – сказала Райли, пока Мак обходил стол и садился в кресло.
– Я не нервничаю.
Он откинулся на спинку кресла, затем подался вперед и положил локти на стол.
– Ну, эта леди нервничала. Она явно не хотела оставлять меня здесь одну. Как будто я сбегу с вашими… – Райли показала на его стол. – Папками или еще чем.
– Думаю, она просто хотела убедиться, что ты в порядке.
– Можете сказать ей, что я в норме. – Райли поморщилась и поерзала в кресле. – Но вы, наверное, гадаете, почему я здесь.
– Д-да. Действительно. Насколько мне известно, в моем сегодняшнем расписании не было новых пациентов, так что я не уверен…
Райли сунула ладони под бедра и подалась вперед. Она так пристально смотрела на Мака, что ему пришлось подавить порыв отвести глаза.
– Вы не догадываетесь, кто я?
У нее был глубокий голос для юной девушки, слегка хриплый, и он напомнил Маку другой голос, резкий, голос, который когда-то заполнял его уши и путал мысли. Голос, который не принадлежал Эди.
Что-то в ее глазах умоляло его сказать: «Да, да, я точно знаю, кто ты» – но он не сказал. Не смог. В сознании всплыло лицо Эди, потом Эйвери и Томаса. Его мир. Сказать «да» было бы все равно что обмануть их. Обмануть всех.
  
Также существовала вероятность, что он ошибается. Что девушка, сидящая в его кабинете, на самом деле совершенно чужая.
Но чем дольше они смотрели в глаза друг другу, тем больше он понимал, что это глупая надежда.
Наконец она опустила глаза, и ее плечи тоже опустились.
– Да, похоже, что нет. – Райли замолчала и шмыгнула носом, потом подняла голову. – Моей мамой была Кэт Миллс. Кэтрин, но все звали ее Кэт. В молодости она работала на лодке. Она родила меня в двадцать пять. Мы жили в Пенсаколе, недалеко от марины, где она работала, хотя после моего рождения она больше не занималась рыбалкой. В основном она работала официанткой. Иногда барменом. Убирала дома.
Райли смахнула со щеки прядь волос. В коридоре Мак услышал приближающиеся голоса: другой врач и медсестра входили в соседнюю смотровую.
Напротив него Райли застыла каменным изваянием, затем продолжила говорить, как будто читала заранее заготовленную речь:
– Мама мало рассказывала про моего папу, но я знала, что он существует где-то. В смысле, у всех же есть папа, да? Пару лет назад она упомянула его имя. Просто проговорилась. Может быть, даже случайно. – Она замолчала и положила ногу на ногу. – Узнав имя, я уже не могла перестать думать о нем. В конце концов я поддалась и нашла его в социальной сети. Я говорила себе, что не буду проверять его. Что его жизнь и его семья не моего ума дело. Но я не могла удержаться. – Она закрыла глаза. – И ваш профиль был открыт.
Мак не сразу осознал, что она сказала.
– Мой…
– Я имею в виду, вы не постите много, но люди часто отмечают вас, так что я видела, где вы работаете, на ком женаты, как выглядят ваши дети. – Она сглотнула. – Знаю, звучит, как будто я сумасшедшая сталкерша, но клянусь, это не так. Просто мне было очень любопытно. – Она сжала кулаки. – Это как… голод по информации о вас. Мама рассказывала только, что вы были замечательным парнем, у которого были дела поважнее, чем загорать на пляже с ней, но я начала задумываться. Если он такой замечательный, то почему не помогает ей? Почему его никогда не было рядом, пока я была маленькая? Или вообще никогда? Почему у вас такая идеальная жизнь, пока моя мама так тяжело работала и ничего не добилась? – Мак открыл рот, но не смог сформулировать ни слова. – Потом я поняла. Вы не знали о моем существовании. Она вам не сказала. – Райли подождала. – Я права, да? Вы не знали обо мне?
Он с трудом сглотнул. Не отрывая взгляда от ее лица, он потянулся и поднял трубку телефона.
– Доктор Свон? – ответила миссис Кимбл приглушенным голосом. – Все в порядке?
Он заставил себя говорить твердо:
– Отмените, пожалуйста, всю запись на вторую половину дня.
– Отменить запись? Мак, уже два пятнадцать. Майерсы уже в приемной, и у вас все занято до конца дня.
– Пожалуйста, извинитесь перед миссис Майерс и сообщите остальным пациентам, что я приму их завтра. Если что-то неотложное, попытайтесь записать к кому-нибудь другому. Спасибо.
В трубке раздались возражения, но он уже положил ее на рычаг.
– Вы заняты. – Райли перегнулась через подлокотник и взяла сумочку, стоявшую на спортивной сумке. – Я должна была сначала позвонить.
Мак встал одновременно с ней и протянул руку.
– Подожди. Сядь, пожалуйста. Пожалуйста, не уходи никуда. – Она замерла, глядя на него, затем опустилась обратно в кресло. – Где сейчас твоя мама?
Она сжала губы в тонкую линию.
– Я пришла сюда не разговаривать о маме.
– Ладно. Ладно. Мне просто надо… – «Подумать минуту». Ему просто нужна минута подумать. Он поднял руки и взъерошил волосы. – Я Мак Свон. Томас Макдэвид Свон. Третий, если быть точным. Это имя назвала твоя мама?
В желудке зародилась тошнота. Было так гадко думать о себе как просто об имени, просто парне, который побывал в жизни Кэт и оставил после себя… ну, этого ребенка, судя по всему. Но ему надо быть уверенным.