Почти идеальная жизнь

Его пронзила тоски и разочарование, и Мак закрыл глаза, прогоняя мысли о широкой улыбке Эди и ощущении ее маленькой теплой ладошки в своей, а после чувствуя себя виноватым в том, что прогнал их.
– Она не совсем ждет. И я не очень хочу о ней говорить.
– Почему нет?
Он подумал про все легкие ответы – ответы, которые быстро выведут их на безопасные темы, но по непонятным причинам, кроме того факта, что было темно и он был свободным и расслабленным и эта девушка заставляла его гореть, он выбрал честность.
– Потому что даже произнести ее имя, когда я рядом с тобой, кажется предательством. Кажется неуместным. Как будто она не принадлежит этому месту, хоть и…
– Хоть и что?
– Ну, например, она не моя девушка.
– Но ты говорил…
– Она была моей девушкой. Она долго была моей девушкой. Но несколько месяцев назад мы расстались.
В ответ раздалось только многозначительное:
– А-а.
Мак склонил голову набок.
– Что «а»?
– Еще одна причина, по которой ты здесь этим летом. Забыть ее.
– Нет, это не так. Я понимаю, что выглядит именно так, но я не пытаюсь ее забыть.
– Как скажешь.
Он смахнул со щеки каплю воды.
– Больше того, это из-за тебя, ясно? Потому что я здесь с тобой и… – Он замолчал, твердо намеренный сформулировать слова правильно. – Ты заставляешь меня чувствовать себя живым, каким я не чувствовал очень долго. Как будто все внутри меня двигается. Или смещается. Ты делаешь меня…
Каким-то образом они безотчетно подались навстречу друг другу, и лицо Кэт оказалось так близко, что Мак едва мог дышать. В слабом свете он видел веснушки на ее носу, детский пушок по линии роста волос.
– Я делаю тебя каким? – прошептала она.
– Ты делаешь меня сильным. Как настоящий мужчина. – Он на секунду закрыл глаза. – Это было глупо. Извини.
– Это не глупо. И то, как ты смотришь на меня… Ты видишь меня так, как не видят другие. – Она смотрела ему в глаза, потом опустила взгляд на его губы и вздохнула. – Но я не могу быть с тобой, Мак.
Грудь сдавило.
– Почему нет? Из-за Марко?
Кэт стиснула зубы.
– Марко не указывает мне, что делать.
– А что он делает? Это он сделал?
Мак поднял руку из воды и кончиками пальцев коснулся едва видного синяка на ее плече.
Она отпрянула от его прикосновения, потом погрузилась в море, пока вода не скрыла плечи.
– Это ерунда. Марко не имеет отношения к нам с тобой. – Она дернула подбородком в его сторону. – В любом случае, это ты с девушкой, о которой даже говорить не можешь.
– Она не… Это не… – Он зарычал и взъерошил волосы. – Почему ты так говоришь? Ты продолжаешь меня отталкивать.
Кэт уставилась на него снизу вверх.
– Я знаю, из какого мира ты приехал, Мак. Это сказочная страна, где все девочки хорошие, а все мальчики Прекрасные принцы. Но в реальной жизни все не так. В реальной жизни девушки не идеальны, а парни как Марко. Милые и добрые в одну минуту, а в следующую – полная противоположность.
– Но зачем с этим мириться? С тем, кто хороший только половину времени? Разве тебе не хочется того, кто будет относиться к тебе правильно все время?
– И кто же это будет? – Она выпрямилась в полный рост лицом к лицу Мака, вода струилась по волосам и по рукам. – Ты?
Он шагнул еще ближе, руки и ноги пульсировали от энергии.
– Что, если я? А? Кто сказал, что я не могу стать тем, кто будет относиться к тебе правильно?
– Ты не хочешь меня так, Мак. Я курортный роман, – бросила она, словно зная, что сделает ему больно.
– Прекрати. Если бы дело было только в этом, меня бы тут не было. Перестань говорить себе, что ты хуже, чем есть.
Теперь он дышал тяжело, но взял себя в руки, увидев выражение лица Кэт.
– Я не заслуживаю такого, как ты.
Он положил ладонь ей на щеку, и она прижалась к ней.
– Почему нет? – прошептал он ей в губы.
– Я…
Он заглушил ее ответ поцелуем, и все слова исчезли.
  
Глава 26
 
Эди
Лето 2000 года
«Дорогая Эди,
  
Ты так говоришь, будто это невозможно – ты в Нью-Йорке после колледжа, работаешь, строишь карьеру, которой наслаждаешься, в городе, который тебя будоражит. Я скажу, почему нет? Выслушай меня.
Ты уже там, сделала уже больше, чем первый шаг, к тому, чтобы быть боссом самой. Такая практика откроет двери почти везде, куда ты можешь захотеть после выпуска. Ты покажешь им, какая ты: талантливая, трудолюбивая, креативная – фактически незаменимая. Затем, когда все начнут думать, что ты довольна и устроена, ты поразишь всех и ударишь самостоятельно. Найдешь тот идеальный перекресток, повесишь свою вывеску и распахнешь двери для собственных клиентов. „Эди Эверетт Дизайн“. Звучит приятно, верно?
А теперь представь в соседнем помещении архитектора. Может быть, между офисами даже есть дверь, позволяющая вам обоим ходить туда-сюда, когда захочется. Перебрасываться идеями. Спорить, кому забирать еду навынос. Может, даже вместе работать над некоторыми проектами. И что, если этот архитектор тот, кому ты полностью доверяешь и кого хорошо знаешь, кто разделяет твой вкус к музыке и черному кофе?
Разве, спрашиваю я тебя, это не было бы здорово?»
«Дорогой Грэм,
Было бы, но зачем останавливаться на этом? Почему бы не назваться „Эверетт-Ягер Дизайнс“? Или как насчет „Эверетт – Ягер Групп“? Вот. Кажется, я попала в точку.
И пока мы в этом воображаемом будущем, давай поговорим про наш офис. Если мы будем работать вместе, то надо отказаться от отдельных, но соединенных офисов и объединить силы. Нам понадобятся два больших стола, удобные кресла и диваны для клиентов, может, одна из тех навороченных итальянских машин для эспрессо, чтобы мы могли получать свои дозы в кабинете, а не лавировать в потоке пешеходов на улице. Большие окна, выходящие на улицу. О, и швейцар, и лифт. Почему бы не метить высоко, верно?
Теперь вернемся в реальный мир. Как дела на побережье? Как работа? Как вы с Маком поживаете вместе? Я знаю, что вы отлично уживаетесь в той грязной квартирке в кампусе, но все по-прежнему в порядке? Я просто спрашиваю, потому что ты не упоминаешь о нем. Мы с ним вообще не говорили, так что, насколько я знаю, мог позвонить его папа и потребовать, чтобы он вернулся домой и работал летом в его клинике. На самом деле это не кажется слишком притянутым за уши, когда я пишу. Надеюсь, ради самого Мака, что у него получится задержаться на побережье. Надеюсь, поездка пойдет ему на пользу. Я знаю, что моя мне помогла».
«Дорогая Эди,
  
На побережье все хорошо. Я на строительной площадке каждый день еще до шести утра, и мы работаем до пяти вечера, иногда дольше, если нас тормозят дневные грозы. Ты знаешь, я работаю на стройках с четырнадцати лет, но я никогда не работал в таком графике. Хотя думаю, что мне это полезно. Если я собираюсь проектировать дома, то должен знать, что требуется от ребят, которые будут воплощать мои чертежи.
В начале лета мы с Маком проводили большинство вечеров вместе. Рыбачили. Болтали. Но сейчас этого меньше. Иногда после целого дня таскания балок или бетонных блоков я едва могу поднять руки, чтобы удержать удочку. К тому же он работает в основном в вечерние смены, так что мы мало видимся. Я думаю, это хорошо. Иногда даже друзьям нужен перерыв.
Что до моего предложения, то чувствую, что ты издеваешься. „Эверетт – Ягер Групп“ не шутка, уверяю тебя. Дизайнер и архитектор, два по цене одного. Ты назвала это „воображаемым будущим“, но я готов, Эди. Скажи только слово – и я, не задумываясь, построю это будущее с тобой. И прежде чем ты рассмеешься, я серьезен как никогда. Я бы планировал будущее с тобой. Настоящее. (Хотя должен заметить, что навороченная эспрессо-машина была бы отличной идеей, но ты же знаешь, что у нас будет помощник, который будет приносить нам кофе, верно?)