Ты мне не нравишься (СИ)

— Ниточкам можно доверять. Сегодня ты не увидишь моих девочек.
— Даже не знаю радоваться или огорчаться этому факту.
— Ладно, пошли уже, неандерталец, — она потянула меня вниз по лестнице.
Ее каблучки цокали по бетонному полу, а попка двигалась из стороны в стороны. Завораживающее зрелище надо сказать.
— Куда мы едем? — спросила Марина уже возле моей машины.
Я помог ей сесть и ответил.
— Знаешь про крышу ТЦ Опера?
— Да, но она же закрыта.
— Не для нас, куколка.
Закрыв пассажирскую дверь, я направился к водительской. Соскучился по езде на машине.
— Не против быстрой езды? — спросил я, когда сел в машину.
— А ты хороший водитель? — подразнила она.
— В студенческие годы участвовал в ночных гонках, ни одной аварии, — похвастался я. — Со мной ты в безопасности.
— Хорошо. Тогда прокати меня с ветерком, — томно сказала Марина.
Я сглотнул, потому что сейчас мне захотелось прокатить ее совсем не на железном коне.
— Ты точно сведешь меня с ума сегодня, — усмехнулся я и завел двигатель, а потом увидел, что она не пристегнута. Я наклонился к ней за ремнем безопасности. Дыхание Марины стало неровным, когда моя щетина оцарапала ее нежную кожу у шеи. — Но в эту игру могут играть двое, — выдохнул я в ее ушко.
Я вернулся на свое место очень довольный собой, а она начала обмахиваться рукой.
— Мне кажется или тут стало жарковато? — спросила она.
— Это все химия между нами, куколка, — ответил я и вывернул на дорогу, выжимая газ.
Было еще не слишком поздно, но машин было гораздо меньше, чем днем, поэтому я уверено лавировал между ними на скорости. Марина вжалась в сидение и ухватилась за мое бедро.
— Мы точно не разобьемся, Артем? Мне страшно, — ее голос выдавал дрожь от страха.
— Доверься мне. Я все контролирую. Сейчас мы пойдем на разворот, так что держись крепче.
Я уже начал забывать это трепещущее чувство от езды. Хорошо снова вернуться к этому, да и Марине стоит узнать эту мою сторону.
Я резко вошел в поворот под визг шин и моей женщины. А затем снова разогнался на полупустой дороге. Когда мы подъехали к торговому центру, Марина уже до боли сжимала мое бедро.
— Боже мой! Я потеряла лет 10 в этой поездке, — сказала она и схватилась за сердце. — Нет, ты только потрогай, — она взяла мою руку и прислонила под своей грудью.
Наверное, она хотела, чтобы я ощутил ее бешеное сердцебиение, но мое внимание было сконцентрировано лишь на мягкой теплой плоти.
— Это то, чем я живу, милая, — хрипло сказал я. — Вся моя жизнь состоит из адреналина.
Она опустила мою руку.
— Но это ведь опасно. Когда-то придется остановиться, — ответила она.
— Ради тебя я готов на это, — я смотрел в ее голубые глаза, сияющие в свете уличных фонарей, и мое сердце заколотилось быстрее уже не от езды.
— Не возненавидишь ли ты меня за это потом?
— Никогда, малышка, — горячо заявил я и поцеловал ее.
Наш поцелуй длился какое-то время, я растворился в ней и остановился лишь тогда, когда моя рука уже сама собой начала пробираться под ее платье.
Нужно остановиться, иначе наше свидание так и не начнется.
Я чмокнул ее в губы последний раз и отстранился.
— Пойдем?
Она кивнула, и мы вышли из машины.
Попав на крышу, Марина ахнула.
Нам открывался вид на ночную Самару. И если днем вид тут так себе, то ночью при свете фонарей и окон жилых домов перед тобой появлялся волшебный мир.
На крыше в углу играла виолончелистка, а возле стола в центре суетился официант. Высокие парапеты крыши были украшены гирляндами и большими вазонами с нежно-розовыми цветами.
Я положил руку на поясницу Марины и направил ее к столу.
— Здесь потрясающе, — сказала она, посмотрев на меня. — Когда ты успел все организовать?
— Сегодня, — ответил я с однобокой ухмылкой.
— Вау. Для меня никогда ничего подобного не делали, — прошептала она.
— Привыкай. Теперь у тебя есть я. И я готов весь мир положить к твоим ногам.
Марина смущенно опустила взгляд и на ее щеках расцвел румянец.
Я отодвинул стул и помог ей сесть, а затем сел сам.
 
— Ты такой милый.
— Одна строптивая куколка пробудила во мне романтика.
— Не смущай меня, — она игриво толкнула мою ладонь на столе.
— Просто говорю, как есть.
Официант разлил вино и сок по нашим бокалам и удалился за едой.
— Расскажи мне о себе то, чего я не знаю, — попросила она.
— Я никогда не был женат.
Марина приподняла одну бровь.
— Рано шутить на эту тему?
— Да пока рановато, — ответила она и отпила из своего бокала.
— Ладно. Тогда скажу так, я никогда не был женат, но сейчас в моей жизни появилась девушка, с которой я хочу пойти на это. Брак, дети, семья.
— Почему я?
Я хмыкнул.
— Не знаю. Как такое объяснишь? Я увидел тебя и вдруг мир замер. Я забыл все, что было до, была только ты в своем синем платье. Спустя неделю ничего не поменялось, я все также вижу лишь тебя, а весь мир вокруг на паузе.
— А что, если я не чувствую того же? — она задумчиво водила кончиком пальца по ободку бокала, создавая звенящий звук.
Сердце подскочило к горлу.
А действительно, что, если для нее это лишь сексуальное влечение?
— Тогда мое сердце будет разбито, и я вряд ли смогу когда-нибудь создать ту семью, которую представляю с тобой.
— Ты не можешь говорить серьезно о семье и браке всего через неделю после знакомства.
— Ну, почему же, — ответил я и достал бархатную коробочку с кольцом. — Очень даже могу.
— Не-е-ет. Не может быть. Здесь где-то скрытая камера? — Марина начала вертеть головой в разные стороны.
Я открыл коробочку.
— Я предвижу твой ответ, но все равно хочу спросить. Ты выйдешь за меня?
— Нет, — категорично заявила она. — Артем, не будь смешным. Это наше первое свидание. Между нами даже ничего еще не было. Мы не жили вместе. Какой брак, о чем ты?!
— А почему нет. Во всех сказках и мультиках именно так и происходит. Пришел, увидел, поженились. Как по мне, хороший сценарий, — я сделал глоток сока.
Я хотел казаться расслабленным и не задетым ее отказом, но в глубине души я расстроился, хоть и знал ее ответ заранее.
— Но мы в реальной жизни. А вдруг я храплю и неряха?
— Я куплю беруши и найму клининговую службу, — спокойно ответил я.
Официант принес нам ужин и снова ушел.
— А если я захочу детей прямо завтра? — прищурилась она.
— Тогда мы займемся этим вопросом завтра, но в таком случае тебе придется выйти за меня до того, как родится ребенок. У вас будет моя фамилия, — улыбнулся я.
— Мне нравится моя фамилия, я не буду Кирсановой. Я останусь Демидовой.
— Ага, значит, уже мы обсуждаем не то, что ты не согласна на брак, а то, что ты согласна, но не хочешь брать мою фамилию, — подловил я. — Ладно, но ребенок будет на моей фамилии.
Я довольно начал есть свой стейк.
Марина возмущенно открывала и закрывала рот, но от нее не было слышно ни слова.
— Это… это возмутительно, — наконец сказала она.
— Что именно?
— Что ты так обвел меня вокруг пальца. Я не давала согласия ни на что, — она закрыла коробочку. — Мы только познакомились. Я не знаю, какое твое любимое блюдо, цвет, фильм, твое предпочтение в музыке, твои вредные привычки, на какой стороне кровати ты спишь в конце концов, — негодовала она.
— Ешь, куколка, — скомандовал я. — Обещаю, что все расскажу, но расслабься немного. Ничего страшного тут не происходит. Ты ведь хочешь замуж, хочешь детей. Так почему тебя так пугает мысль о том, что это будет со мной?
Она выдохнула и отрезала себе кусок от сочного стейка.
— Не знаю. Как-то это пугающе быстро.
— Мне не принципиальна сторона кровати и из вредных привычек у меня только щелканье суставами пальцев, — ответил я, прожевывая стейк. — Я родился 2 января 1993 года, в семье бухгалтера и кредитного консультанта. Мой любимый цвет синий… с недавних пор. Любимое блюдо — стейк и картошка фри, а музыка под настроение. Я люблю и хочу детей. А еще, — я перевел взгляд на нее, — я полюбил тебя и мне не важно, на какой стороне спишь ты, и есть ли у тебя вредные привычки, потому что я буду любить тебя и с ними.