Лягушка в молоке (СИ)
Не зря стонал Абраша, дом был выше всяких похвал. И все же, как бы Малфой ни старался, он оставался нашим смешливым другом Абрашей. Увидев наш подарок, он растерял всю свою надменность и практически счастливо взвизгнул. Два щенка породы «шотландский дирхаунд» привели его в состояние безудержного счастья, он сюсюкал и умилялся умным мордочкам и милым ушкам. Такой необычный подарок мы решили сделать, когда вспомнили, с какой любовью и ностальгией он вспоминал свою собаку, умершую от старости за год до эмиграции. Аманда знала, что мы собираемся подарить, и дала «добро», ей тоже хотелось порадовать сына. В общем, дальше наш визит прошел скомкано, все были заняты щенками, и даже помолвка отошла на второй план. Умница Грейс моментально «влюбилась» в чудесных собачек и ползала на коленях вслед за женихом по всему дому. Тони немножко позавидовал, но мы ему намекнули, что и для него подарок найдется. Через неделю Долохов получил черного, как смоль, жеребца и тоже временно выпал из реальности. На покупку коня скидывались все вместе, Флитвик торговался, а Джейкоб срочно договаривался о месте в конюшне. Я только волновалась, как бы Антонин не умчался кататься вместо помолвки, поэтому заранее написала Милли о готовящемся сюрпризе, и невеста не подкачала. Ее родственники и друзья подарили ей белую кобылу, так что теперь они носились по окрестностям вдвоем. Если бы я раньше увидела, как Тони сидит на лошади, то отбила бы его у всех девчонок на свете. Он был невероятно хорош верхом.
Мария смеялась и просила, чтобы Джейкобу мы ничего такого не дарили на свадьбу, а обошлись традиционным подарком. Мы так и сделали, подарив молодым большой кусок шкуры василиска. Они смогут его выгодно продать или использовать в хозяйстве на свое усмотрение. Дом Долоховых был скромнее, но очень функциональным и удобным. Тони с гордостью показал мне большой участок земли, отчим подарил. Когда придет время, Долохов сам построит дом себе и жене, какой захочет.
На работе тоже дела ладились, я подтвердила свое решение работать пять лет в геронтологии начиная со следующего лета. Престарелый ординатор обрадовался и протянул мне стандартный контракт для подписания. Сразу я не подписала, утащила и проконсультировалась с домашними. Джейкоб собаку съел на всевозможных контрактах, поэтому подправил два пункта с неясной трактовкой и дал «добро» на подписание. В любом случае, этот контракт вступит в силу только после получения мной диплома, а пока пусть полежит в сейфе у целителя и у меня.
На многочисленные торжества и званые ужины я по-прежнему не ходила, мне было некогда. Второй месяц стажировки я проходила у Бобби в отделении, когда еще выпадет такая возможность. В принципе, главные отделения больницы я прошла, не работала только у отравителей, а отделения проклятий, акушерства и травмы облазила вдоль и поперек. Много дежурила и приходила домой поздно, но чувствовала себя замечательно. Найджел по секрету озвучил, что на следующий год одобрено четыре ставки стажеров, причем две из них уже плотно оккупированы. Мой спасательный парашют в виде контракта с отделом геронтологии был более чем кстати. Я перетащила свою статуэтку Морганы в личный сейф и по итогам продаж холодильников и стройки дома для дядюшки добавила к накоплениям еще пятьдесят галлеонов. Было бы сто, но пришлось покупать мантии и учебники, материальной помощи от Попечительского совета не хватило на все новое.
Дом на земле Гонтов успешно строился, но пока не основной, в глубине рощи, а пристройка к залу с камином. Зато можно не волноваться за дядюшку, в кирпичном доме ему любая зима нипочем. Морфин стал разводить змей и сотрудничать с лавкой Джи Пиппина. Он поставлял туда яд и сброшенную кожу, но не позволял разделывать змей на ингредиенты. Джи Пиппина это устраивало, они подружились с дядюшкой и частенько вместе надирались по воскресениям, играя в магические шахматы и беседуя через переводчика. Я очень радовалась, что у Морфина появилась компания.
Лето пролетело быстро, мы вернулись в школу радостные и возбужденные. Только что освободили Париж, двадцать пятого августа войска союзников вошли в город. Преподаватели тоже соскучились и начали долбить нас проектами и заданиями. Том стал старостой школы, что было ожидаемо. Гриффиндорка Минерва МакГонагалл стала второй старостой, то есть равновесие соблюдалось. В Хогвартс зачастили официальные лица, Дамблдор вел занятия рассеянно и получал много почты. Он вошел в оперативную группу по борьбе с Гриндевальдом и всячески подчеркивал свою непримиримую ненависть к идеям фашизма. Миллисента выполнила свою угрозу и осталась на второй год, что очень грело самолюбие Антонина. Грейс сдала ЖАБА в Министерстве и стала помогать отцу в лавке с артефактами. Наши холодильники стояли там на самом почетном месте. Я переписывалась с Карлом, но как-то без огонька. Окончательно рвать с ним я не торопилась, мы так же встречались в Хогсмиде и гуляли, много говорили о работе и болтали о всякой чепухе.
Том продолжал деятельность своего рыцарского ордена, я туда не вмешивалась. Мне приходилось пахать с утра до ночи, ведь для карьеры целителя нужны высшие оценки по всем основным предметам. Я торчала в библиотеке до самого отбоя, завтракала и обедала с книгой в руках, в теплице повторяла свои эссе вслух тентакуле и мечтала о маленьком домике, где мы будем жить втроем: я, фасоль и верный Рекс. Очень я намучилась с трансфигурацией башмака в червя. Что бы я ни делала, у меня получались только трупные черви в большом количестве, а один дождевой червь мне никак не давался. Я убила две недели за заклинание «Верминкулюс» и чуть на стенку не лезла от злости. В итоге Дамблдор выставил мне «Удовлетворительно» за трупных червей и отстал. По чарам все шло замечательно, мы изучали иллюзии и взрывные чары, я справлялась легко и непринужденно. По зельям я так и осталась стабильно второй, но Слагхорн меня утешал, объясняя, что я была бы первой, если бы не природный талант Тома к зельям. Мой любимый профессор Бири привлекал меня к неопасной бумажной работе и уборке территории, а теоретически гонял больше других. Я не роптала и прилежно повторяла полезные свойства и названия растений. Мальчишки активно изучали замок, они нашли жутко интересную комнату на восьмом этаже (помогла одна из книг Слизерина, где Том углядел случайное упоминание о специальной "Комнате по желанию") и проводили там свои встречи. В Тайную комнату мы больше не спускались, слишком много чужих людей гуляло по школе, меры безопасности зашкаливали, а завхоз утроил бдительность. Зато нашлись тайные ходы из замка, их оказалось несколько. Один из них начинался в подвале «Сладкого королевства», его использовали для доставки продуктов на кухню, и заканчивался в замке. Другой выходил на пустырь недалеко от деревни и был в плохом состоянии, мальчишки там не лазили. Он заканчивался на территории школы, около лодочного сарая. Довольно уединенное местечко, нужно сказать. Я внимательно рассмотрела оба и выяснила, как они открываются, на всякий случай. Практической ценности не было никакой, но любопытство у подростков неистребимо.
Рождество мы провели с дядюшкой вдвоем, Том с друзьями уехал в гости к Розье, меня звали, но я не хотела оставлять Морфина одного. Мамы с Джейкобом отмечали Рождество в Париже и заодно продавали землю Долоховых. Дом был разграблен и разрушен, Мария решила его не восстанавливать, Антонин был с ней согласен. Земля Малфоев находилась в таком же состоянии, но Абраксас решил сровнять остатки дома с землей и выстроить прелестный летний коттедж. Как говорится, у богатых свои причуды.