Лягушка в молоке (СИ)

       Пять дней практики я провела в акушерском отделении, Элоиза уговорила Найджела перевести меня на время, одна из акушерок-медиковедьм взяла отпуск по семейным обстоятельствам. Я с удовольствием занималась привычной работой и ухаживала за беременными и родильницами. Должна признать, что целительские заклинания и магические диагностические кристаллы очень облегчали работу. Барабаны в ушах не стучали, я просто делала свое дело и была счастлива. Однажды меня вызвали в холл, привет-ведьма подвела меня к симпатичной молодой паре, мужчина был одет в форму аврора, а лицо женщины показалось мне странно знакомым. Приглядевшись, я поняла, что эта та самая роженица, что попала на мое первое дежурство. Они специально пришли, чтобы сказать мне «спасибо». Я с радостью узнала, что малыш чувствует себя хорошо, его назвали Аластором. Аврор Хмури извинился, что все получилось спонтанно, он задержался на дежурстве, а супруга ждала его до последнего. К счастью, все завершилось благополучно, счастливая мамочка меня расцеловала, а аврор дал свою визитку и каминный домашний адрес. Я приняла роскошный дар с благодарностью, кто знает, когда могут пригодиться связи в магической полиции. Руководительница акушерского отделения меня хвалила и заваливала работой, я вспомнила предсказание Найджела и свалила в родное отделение «Проклятий» при первой же возможности. Я еще разок побывала на презентации Джи Пиппина, у меня скопился порядочный запас разноцветных перьев с логотипом «Магической мази Здоровей».
       В отделении успела посмотреть интереснейший ритуал по снятию свеженаложенного проклятья с очередного Блэка: резали двух козлов, обязательно белых, и пели всемером, все руководители отделений собрались, даже администрация почтила нас своим присутствием. Мне доверили собирать кровь и в нужный момент обливать ею потерпевшую. Ведро с кровью я опрокинула на Кассиопею Блэк с искренним удовольствием, жаль, что не два. С этой достойной дамой мы были похожи до тошноты, даже злость взяла. Она смотрела сквозь меня и кривила губы, я вежливо улыбалась и скрипела зубами. Марта умудрилась получить генетический материал потихоньку от пациентки и проверить зельем на родство со мной. Этот результат неофициальный и для широкой общественности бесполезный, потому что Кассиопея официального согласия не давала. Да и я тоже, Найджел показал мне готовый результат. Никаких неожиданностей — мы оказались кровными родственницами. Пожала плечами и пошла работать, а что тут скажешь? От сквибов достопочтенные семейства избавлялись безжалостно, c'est la vie*.
       Наконец-то запомнила многочисленные зелья, притирки и клизмы по номерам. Запоздало пожалела хулиганов из Лютного, лечебная клизма номер два оказалась редкой гадостью, а именно сифонной клизмой. У целителя Пристли терапия всегда имела воспитательный подтекст, «чтобы лечение отдыхом не показалось». Клизмы использовались в отделении широко, заменяли внутривенное вливание препаратов в маггловских больницах. В прошлой жизни сталкивалась с тем, что пациентки жаловались, дескать, их плохо лечили, если не назначали «системы». Акушеры это тоже знали, поэтому частенько прописывали раствор Рингера или глюкозу с аскорбиновой кислотой внутривенно капельно. Проку немного, но выглядит солидно. В отделении магических проклятий системы заменялись на клизмы, а так применение точно такое же, для антуража. Широко использовались микроклизмы с лечебной ромашкой, различными маслами и прочим. Список был длинным, я вызубрила до клизмы номер восемнадцать. К тяжелым и серьезным пациентам это не относилось, их Пристли лечил сурово, но действенно. Палата с двумя пациентами в коме была камнем на сердце Найджела, он переживал, что не может помочь несчастным людям. Что мне безумно нравилось в шефе — профессионализм и справедливость. Он помогал, когда мог помочь, и все равно помогал, даже когда ситуация выглядела безнадежной. Пристли учил стажеров: «Пока бьется сердце, вы должны бороться». Так он и делал, невзирая на обстоятельства.
 
       Однажды привезли странного мужчину средних лет, он сидел, вцепившись в музыкальную шкатулку и раз за разом слушал одну и ту же мелодию. Он выглядел неадекватным, потому что ни на что не реагировал, только поворачивал ключ и прислушивался. Шкатулку эту он нашел на чердаке только что купленного дома. Маг считал себя сильным и самым умным, поэтому ликвидаторов заклятий не вызвал, решил проверить новый дом сам. Вот и проверил, его обнаружила жена и привезла к нам. Найджел боролся три дня, пытаясь преодолеть проклятье шкатулки. Чего он только не делал, но пациенту становилось все хуже. Срочно вызванный ликвидатор заклятий пожал плечами и посоветовал готовиться к похоронам, пациент умрет от обезвоживания за несколько дней. Не тут-то было, Пристли закусил удила, стал поить и кормить пациента через прямую кишку. Таким образом, он выиграл время для поиска оптимального решения. И ведь нашел, сукин сын. Одной рукой пациента пришлось пожертвовать, но жизнь магу удалось сохранить. Нюхлер под «Империо» сгрыз ключ и пальцы мага, от боли пациент добровольно оторвал вторую руку от проклятой вещицы и пришел в себя. Мне было жаль магическое создание, но животные всегда страдают ради человека. Шкатулку немедленно поместили в специально заговоренный металлический ящик, а там подключился ликвидатор и уничтожил опасную вещь. Мага забрал Бобби и долечивал у себя в травме. Жена и дети пациента благодарили Найджела со слезами на глазах. Глава семьи остался жив, а поскольку он был кабинетным ученым и занимался написанием трудов по теории магии, Прытко Пишущее перо ему в помощь.
       К концу моей практики подоспели оценки по СОВ и деньги от Попечительского совета. У Тома были превосходные оценки, у меня было только два «Выше ожидаемого» по Трансфигурации и астрономии, а так я тоже хорошо справилась. У Абраксаса дела шли хорошо, все «Великолепно», кроме ухода за магическими существами, а у Тони были стабильно «Выше ожидаемого» по всем предметам, одно лишь «Великолепно» по защите от Темных искусств.
       В последний день практики я поговорила с целителем Пристли и поблагодарила за все новые знания, но объяснила, что предпочитаю доучиться в школе. Найджел этого ожидал и вытащил приготовленный список книг для меня. Мы договорились, что на зимних каникулах он примет у меня экзамен по теории, а летом я снова вернусь в его отделение на практику. Его предложение остается в силе, после окончании школы он ждет меня в своем отделении и готов предоставить сразу оплачиваемую ставку ассистентки. На том мы и расстались.
       Теперь начиналась самая трудная и ответственная часть нашего плана, а именно официальное признание Тома, как полноправного члена рода Гонт. Золотые кубки из Тайной комнаты отмыли и торжественно поместили в хранилище в Гринготтсе. Относили совместно, Морфин и Том. У семьи Гонт снова появился собственный сейф, дядюшка был счастлив. Туда же поместили золотой тазик из-под яда василиска, на дне обнаружился герб Слизерина. Я написала письмо нашему знакомому Картеру Берку, он ответил немедленно. Судьбоносное мероприятие было запланировано на пятнадцатое августа. Отсрочка была вызвана объективными причинами, а именно сезоном отпусков. Начался август, мы с Томом еще раз посетили деревню и отоварили карточки. Визит прошел почти буднично, но Реддлам все же сообщили. Когда мы вышли из лавки, нас поджидала миссис Реддл. Машина была припаркована поблизости, а дама прогуливалась, заложив руки за спину. Увидев нас, она громко произнесла: