Милая маленькая игрушка (ЛП)

Музыка оживает в шокирующем всплеске энергии, совершенно ином стиле, чем склонность Ани к более мягкой и симфонической музыке с современным уклоном. Я всегда склонялась к бунтарям с электрогитарами и яркими проявлениями таланта. Это быстрая песня «Танец эльфов», и это переосмысление классического произведения только подчеркивает этот момент.
Трент оживает первым, резвясь на сцене, олицетворяя свет и добро. Затем наступает моя очередь, и я скручиваюсь, изгибая и выгибая руки, наклоняясь вперед и приподнимаясь на один носок, а другая нога поднимается позади меня.
Танец почти стал для меня второй натурой, наполненный таким количеством знакомых шагов в порядке, который мы с Трентом практиковали снова и снова, пока мое тело не начинает двигаться прежде, чем я даже думаю. Я дергаю коленями и вытягиваю носки, затем делаю поворот в пике, пока иду по полу.
Достигнув Трента, я кружусь вокруг него, показывая ему удовольствия, которые приходят с темным искушением. Он оживленно отвечает, вращаясь вместе со мной, показывая свой энтузиазм по поводу моего образа, а затем, когда я отскакиваю, он тянется ко мне, призывая меня вернуться. Наши руки соединяются, и он кружит меня обратно. Его руки помогают мне, когда я подпрыгиваю высоко в воздухе, делая шпагат и выгибая спину, когда моя рука изгибается надо мной. И когда он отпускает меня, на этот раз я кружусь. Вместе и порознь, мы перемещаемся друг вокруг друга в замысловатом танце, одновременно кажущимися отталкиваемыми друг другом и неспособными оставаться в стороне. Музыка нарастает, и наш танец тоже, поскольку Трент берет на себя управление моими движениями, направляя меня по полу в серии сложных подъемов.
Когда музыка набирает силу, достигая своего апогея, я мчусь к Тренту в нашем последнем драматичном подъеме. Тот, который требует всей нашей силы и равновесия вместе с идеальным расчетом. Мои руки находят крепкие плечи моего партнера, пока его ладони поддерживают мои бедра, и я отталкиваюсь от его опорной ноги одной ногой, когда наши совместные усилия заставляют меня кружиться в воздухе. Момент невесомости — это самое близкое, что я когда-либо делала к настоящему полету. Я выше, чем намеревалась быть. Я намного выше, чем когда-либо раньше. Но вместо того, чтобы бояться, чувство свободы делает меня храброй. Я крепко сжимаю руки, удерживая свое тело идеально прямым, пока я совершаю пять полных оборотов, прежде чем вернуться вниз.
И Трент не упускает ни единого удара. Его руки снова находят мои бедра, ловят меня и удерживают, когда я выгибаю спину и делаю вертикальный шпагат, опираясь на плечи Трента. Он медленно переносит мой вес на одну руку, вытягивая другую в сторону, пока я остаюсь подвешенной в воздухе. Из динамиков раздаются последние ноты песни, возвещая о нашей победе, пока мы совершаем круговое шествие по сцене, шаги Трента длинные, уверенные и гладкие, как стекло.
Когда музыка затихает, театр замолкает на один потрясающий момент, а затем зрители взрываются бурными аплодисментами, заставляя пол вибрировать, а стропила, кажется, сотрясаются от их шума. Только тогда Трент опускает меня обратно на ноги, и, несмотря на желание кричать, прыгать и праздновать победу нашего последнего выступления, мы оба опускаемся в глубокий поклон. Мне требуется вся моя сила, чтобы не потерять самообладание, пока мы снова не оказываемся за кулисами, и тогда я подпрыгиваю от волнения, крича Тренту, что мы действительно это сделали, и он видел, как высоко я забралась.
Я так поглощена своим празднованием, что даже не замечаю незнакомца за сценой, пока не поворачиваюсь и почти не врезаюсь в него.
— Уитни Карлсон, не так ли? — Мужчина разглаживает лацканы своего делового костюма, пристально глядя на меня.
Я густо краснею и тут же понижаю голос до более приемлемого регистра.
— Да?
— Я Тейлор Пламер. Я работаю в балете Джоффри.
— Приятно познакомиться с вами, сэр. — Говорю я, выпрямляясь.
— Вы оба сегодня отлично выступили. — Говорит он, кивая Тренту в знак признательности.
  
— Спасибо, сэр. — Говорим мы в унисон.
Мистер Пламер слегка улыбается.
— К сожалению, в этом сезоне мы не ищем мужчин-танцоров балета, но у нас есть вакансия балерины, если вам интересно, мисс Карлсон. Я был бы рад возможности сесть и обсудить это с вами.
Мое сердце замирает. Мне только что сделали предложение?
— Звучит замечательно. — Честно говоря, я не могла надеяться на что-то лучшее. Балет Джоффри находится прямо здесь, в Чикаго. Мне даже не придется беспокоиться о переезде от Ильи.
— Отлично. — Достав визитку из внутреннего кармана своего костюма, он протягивает ее мне. — Почему бы вам не позвонить мне завтра, и мы договоримся о времени?
Я держу небольшой листок бумаги близко к сердцу, как желанный трофей.
— Спасибо, мистер Пламер.
Он вежливо кивает мне, затем снова переводит взгляд на Трента.
— Я нечасто так делаю, но здесь… — Он протягивает визитку и моему партнеру. — Я не могу сделать тебе предложение, но, если тебя не заберут до конца года, позвони мне. Возможно, я смогу что-нибудь придумать.
Подлинная радость за своего партнера заставляет меня улыбаться, когда Тейлор Пламер поворачивается и уходит, не сказав больше ни слова. Трент работал над собой вместе со мной, и я безмерно горжусь им, даже если он немного напоминает надоедливого младшего брата. Я хочу для него самого лучшего.
— Это волнительно для тебя. — Замечаю я, указывая на визитку в руке Трента.
— Для тебя тоже. Поздравляю. Ты этого заслуживаешь. — Говорит он, похлопывая меня по плечу.
— Спасибо, Трент. Я бы не смогла этого сделать без тебя. — Я имею в виду именно это. Хотя у нас не всегда все было гладко, я ценю, как мы выросли вместе.
— Уитни! — Илья кричит поверх голов других танцоров, прежде чем Трент успевает ответить.
Мой партнер понимающе ухмыляется и дергает подбородком в сторону Ильи, молча отвлекая меня от разговора с ним. Я не колеблясь бегу к Илье, чтобы сообщить ему хорошие новости. Не в силах сдержать волнение, я запрыгиваю на него, обхватываю его талию ногами и сияю. Илья хрюкает от довольно резкого и бурного контакта, и мне сразу становится плохо. Он все еще восстанавливается после своих ран, и хотя они уже почти зажили, иногда они могут причинять ему боль.
— Мне так жаль! — Задыхаюсь я, отпуская его талию и пытаясь спуститься.
Но он крепко держит меня на месте, когда целует мои губы.
— Угадай что! — Выдавливаю я из себя, когда мы снова отрываемся друг от друга. — У меня есть предложение! Из балета Джоффри, не меньше, поэтому я могу остаться здесь, в Чикаго.
— Я так горжусь тобой, lyubimaya. Ты так усердно трудилась и добилась этого сама, не то чтобы я сомневался в тебе хоть на секунду. Ты прекрасная танцовщица.
Я никогда не устану от его нового ласкового обращения ко мне. Звук того, как он называет меня любимой на своем родном языке, заставляет мои внутренности превращаться в кашу, и я снова притягиваю его губы к своим.
После долгого поцелуя Илья ставит меня на ноги.
— Кажется, сегодня вечером полно приятных сюрпризов, но у меня есть еще один для тебя. — Говорит он, его глаза мерцают.
С преувеличенной значимостью Илья опускается на одно колено, и мои руки подпрыгивают, чтобы прикрыть мои губы, когда я понимаю, что именно он делает. Слезы радости жгут мои глаза еще до того, как слова слетают с его губ, и когда он достает крошечную черную бархатную коробочку с кольцом, я думаю, что мое сердце может просто взорваться от счастья. Он открывает ее, чтобы показать потрясающее обручальное кольцо с тремя камнями-завитками и бриллиантами, обрамляющими черный сапфир огранки «маркиза». Я никогда не представляла, что я могу хотеть для обручального кольца, но каким-то образом Илья нашел то, что идеально мне подходит.
— Уитни, с того момента, как я впервые увидел тебя, я знал, что ты особенная. И я думаю, что вселенная тоже это заметила, раз она свела нас снова. Каждый день с тобой — приключение. И мне никогда не придется беспокоиться или гадать о том, что ты думаешь, я знаю, что ты не будешь колебаться, чтобы сказать мне. Я люблю тебя, Уитни Карлсон. И я обещаю любить тебя вечно. Ты выйдешь за меня замуж? — Его темные глаза смотрят на меня с такой глубокой любовью и преданностью, что у меня перехватывает дыхание.