Мамба в Сомали: Черный Союз (СИ)

Переговоры несколько затянулись. Немцы словно чего-то ждали или выгадывали, мешая мне переключиться на советских генералов. Не зная истинные объёмы поставок, начинать новые переговоры было банально глупо. Наконец, бюргеры решились, и переговоры возобновились. Как раз и мафиози к этому времени получили вожделенное лекарство для своего босса и, разом согласившись на все условия, начали подыскивать фрахт.
— Ну, и что же вы, наконец, решили? — от имени посла поинтересовался я у чиновника департамента чего-то там по фамилии Грамм.
— Мы решили пойти вам навстречу, но с одним условием.
— С каким?
— Мы хотим построить фармацевтическую фабрику и заключить соответствующий договор на производство лекарств.
— Это всё?
— Нет, мы готовы предоставить вам кредит на пять миллионов долларов. В счёт фабрики пойдёт десять миллионов, ещё пять вам просто скинут. Но в течении пяти лет вы будете поставлять сырьё на фабрику абсолютно бесплатно.
Я задумался. Это они мне так своё партнёрство навязывают? Да на хрена, спрашивается, вы мне там нужны со своей фабрикой? Хватит и того, что производит моя. Хороших лекарств много быть не может! Да и сырья на всех всё равно не хватит, редкое оно. Вслух же сказал:
— Нет, на такие условия мы не согласны: они не соответствуют интересам Эфиопии. Мы возьмём кредит миллионов на десять долларов, этого нам и хватит, и мы сумеем расплатиться. Эфиопия — бедная страна, мы не можем позволить себе транжирить народные деньги.
— Гм, а если мы откажемся вам продавать технику?
— Тогда мы обратимся в Чехословакию или Польшу, или в Чехию, а потом в Словакию. Может быть в Венгрию. Широка Восточная Европа, много танков, автоматов в ней! Отыщу того, кто хочет скопом от всего избавиться скорей. Моя страна всё равно не сможет дать вам никаких гарантий на то, что ваш завод будет в принципе построен. Как и не в состоянии обеспечить его необходимыми ингредиентами. Тем более абсолютно бесплатно. Обстановка у нас ещё не до конца стабилизировалась. Поэтому на ваши условия мы пойти не можем. Как видите, я абсолютно честен с вами: не обнадёживаю и ничего не обещаю. Надеюсь, вы меня понимаете.
— Гм, то есть вы всего лишь не уверены, что её достроят?
— Да, именно так. Я вообще не могу дать вам никаких гарантий. Предлагаю поступить так: правительство Эфиопии возьмёт у вас кредит на пять или чуть больше миллионов долларов на приобретение техники и на этом всё.
— Хорошо. Но для принятия окончательно решения мне нужно проконсультироваться.
— Конечно, я буду с нетерпением ждать вашего ответа.
Грамм ушёл, чтобы вернуться уже минут через двадцать.
— Мы даём вам кредит на десять миллионов долларов и подписываем договор о намерениях на постройку фабрики. Кроме этого, сделаем вам огромную скидку: ровно на пять миллионов долларов. На эту сумму вы сможете набрать неисправной техники и старых грузовиков, боеприпасов с истёкшим или почти истёкшим сроком хранения, а также забрать военное имущество, что не будет использоваться в Бундесвере.
Изобразив глубокомыслие и сосредоточенность, я долго переваривал информацию. Сидевший рядом со мной посол чуть ли не ёрзал на стуле, озабоченно на меня поглядывая, но терпеливо ждал. Сделав вид, будто нам надо меж собой проконсультироваться, мы ушли в другую комнату посольства. Попили там кофе с печеньками, рассуждая о небесных кренделях, потому как советоваться (кроме как с самим собой и с собственной совестью) мне было не с кем. Мог бы дать дельный совет Змееголовый, но он в Европу ни ногой. Да и хрен с ним. Духи всё равно ни черта не смыслят в глобальной экономике!
Посидев двадцать минут, я нацепил на себя крайне озабоченное выражение лица и вернулся в комнату, чтобы продолжить переговоры. Вместе со мной вошёл и посол, слова которого я якобы переводил.
— Мы позвонили на Родину и получили указания брать кредит не больше восьми миллионов долларов. На большее у нас возможностей нет. Да и смысла тоже: этой техники нам будет достаточно. Кроме этого, мы хотели бы забрать неисправной техники и военного имущества, не на пять, а на восемь миллионов долларов. Договор о намерениях мы готовы подписать уже сейчас. Даже выделим землю под постройку вашей фабрики.
 
— Гм, у меня есть прямые указания, что и как делать, и сколько уступать. Такое предложение нас не полностью устраивает.
— Я сожалею, — сказал я.
— Прошу меня простить, но давайте я лучше проконсультируюсь ещё раз.
На этот раз немец отсутствовал совсем недолго и вскоре пришёл, коротко бросив:
— Мы согласны!
— Отлично! Заключаем соглашение.
На следующий день я подписал все бумаги о намерениях. Точнее, вру: подписывал всё посол. Я только проверял документы, которые оформляла специально нанятая для этого фирма.
Короче, дело сдвинулось с мёртвой точки, но я вновь отчаянно светился: стоящих людей банально не хватало! И вроде бы я их постоянно находил, ставил на места, но их опять не хватало. Деятельность ширилась, охватывала всё большие объёмы, да и людей вроде было вокруг достаточно много, а выбрать не из кого. Приходилось брать то, что есть. Но слух о моих делах уже пошёл.
На днях в эфиопское посольство позвонили некие вежливые люди и предложили свои услуги и помощь. Посол, разумеется, сразу же сообщил мне об этом разговоре. Пришлось снова становиться переводчиком и вести новую беседу. На встречу пришли двое, с довольно заурядной внешностью, но зато с внятной речью и явно много знающие и ещё больше умеющие. Ну, наверное.
— Кто вы? О чём хотели с нами говорить, или что предложить? — с места в карьер спросил я. — И какую организацию вы представляете?
Один из двоих, тот, что явно был старше и попредставительнее, ответил:
— Этой организации больше нет. Впрочем, когда-то она владела большими умами и имела досье на практически каждого человека в одной небольшой стране. И не только в ней. Мы знаем, что вы заключили контракт с федеральным правительством о покупке вооружения и хотели бы предложить свои услуги по его принятию и отправке.
— У нас уже есть об этом договорённость как с правительством, так и с портовой администрацией о доставке и погрузке.
— Это понятно, но мы можем помочь вам забрать больше оружия. Причём такого, которое не учтено нигде. Вы сможете изрядно сэкономить.
— Гм, то есть вы считаете, мы вот так сходу доверим все свои дела неизвестно откуда взявшимся людям? Просто пришедшим с улицы и предлагающим услуги весьма сомнительного свойства?
— Мы отвечаем за свои слова и докажем делом правильность вашего выбора: многие ваши проблемы решатся словно сами собой. Нам же нужны лишь деньги за нашу деятельность. Сначала совсем небольшие: чтобы было за что работать. Об остальном мы договоримся чуть позже, когда вы сможете по достоинству нас оценить. Возьмём четверть, потом ещё одну, а оставшуюся половину вы выплатите, когда всё будет уже закончено.
— Гм, вот так! Ладно. Удивлён, удивлён. Я доложу нашему президенту о вас. Думаю, он не устоит и обязательно согласится на вашу помощь. Но прежде хотелось бы знать: сколько вы хотите за свои услуги?
— Двести тысяч долларов или эквивалентную сумму в марках. Это не такие уж большие деньги за подобную работу. Мы просто рассчитываем продолжить сотрудничество с вами. Технику ведь надо ещё уметь обслуживать. Тем более в таких масштабах.
— Вы сможете найти специалистов?
— Сколько угодно.
— У вас есть собственная фирма?
— Д-да, — несколько неуверенно произнёс мой собеседник и с долей укоризны глянул на своего товарища.
— То есть, мы сможем заключить с вами контракт официально?
— Гм, всё пока находится в стадии оформления. Но примерно через неделю мы его закончим.
— Хорошо, тогда через неделю и мы дадим вам свой ответ, — лица моих собеседников невольно напряглись: уж не решила ли рыбка соскочить с крючка. Поэтому я поспешил их успокоить, сказав: — И он скорее всего будет положительным.
Когда двое из Штази ушли, мне оставалось лишь подивиться такому раскладу событий. Неужели им это выгодно? А может, их кто-то намеренно подослал? Или это вообще провокация??? Короче, сто тысяч пятьсот вопросов кружились у меня в голове дьявольским хороводом. Я и так уже целиком погряз в грязных играх, привлекая к себе внимание всех, кого ни попадя, включая итальянскую мафию. А тут ещё и бывшие Штази в довесок припёрлись!