За горизонт. Дилогия (СИ)

Пусто.
О! Еще одна. И тоже почти полная.
А в этой что?
Н-дэ, в этой бочке нефтепродукты. Сказать точнее, что залито в бочку не берусь.
И заливать это в баки?
Возможно шушпанцер с его всеядным дизелем и поедет. Какое-то время. Но это только если по-другому вообще никак.
Первым к заправке выезжает МАЗ Степаныча.
Ну да, из нычки машины выезжали в обратном порядке. Вот Степаныч и лидирует.
Будем перестраиваться, но сперва закинем бочки в кузов к Степанычу.
До заката еще полноценных четыре часа. Плюс минут сорок можно ехать в сумерках. Потом все - алес, или включай фары или становись на ночевку.
Ехать с фарами плохой вариант. Ты видишь только тридцать метров перед капотом машины. Зато тебя видят за десять километров.
Засады я не очень опасаюсь. В темное время суток тут практически не ездят - опасно. Соответственно и засад по ночам не устраивают.
Зато вполне могут нас обнаружить и утром сеть на хвост. А до Москвы, при любом раскладе, больше дневного перехода.
Однако нам ехать с фарами не грозит. Не считая пары часов вынужденной остановки, выделители все время за рулем. И если мне, молодому и опытному, неуютно. То, каково пожилому Степанычу или не слишком опытной Ленке?
Ночевать придется.
ОЙ!
- Дэн, не спи, нам по правой колее! - перекрикивая мотор, орет в ухо Галка.
- Это единственная дорога на Демидовск?
- А хрен его знает, товарищ командир. Я тут всего раз проезжала.
Уходящая вправо колея накатана, пожалуй, лучше, чем левая. Скрипя зубами от боли в плече, выкручиваю руль. Затрофеенные на заправки бочки погрузили всего за пять минут, зато теперь у меня ноют потянутые мышцы плеча. Травма совсем не критична, но оптимизма не прибавляет.
Под зубастым протектором колес наконец-то пылит финишный отрезок пути. Теперь только вперед, больше никаких поворотов.
Хотя, вру. Будет еще южная развилка Москва-Демидовск. Но там уже свои, на перекрестке оборудован серьёзный блокпост, фильтрующий едущую из Москвы шушеру.
Хочется оставить между собой перекрестком, где шел бой, как можно больше километров. Однако у нас в конвое только один годный спринтер, это мой шушпанцер. Крепко построенный, с мощным двигателем, к тому же только он и Ленкина "Фронтера" не перегружены. Но Ленкин недовнедорожник чудо, что еще не развалился.
А все остальные машины перегружены. Им приходится притормаживать перед каждой выбоиной, камнем или корнем.
Так что наша средняя скорость двадцать пять километров в час. Даже чуть меньше. И хоть ты тресни, выше она не будет.
Радует одно - вокруг пока тишина.
На западе уже видны предгорья Скалистых Гор, с востока местность повышается, грозя перейти в гряду высоких холмов или невысоких гор, тянущихся в южном направлении. Опасное место. В холмах отличная позиция для контроля дороги, проложенной по плоской, как стол, бедной на растительность равнине. А пойди что не так, лихим людям есть, где скрыться, благо и холмы и горы рядом.
21 число 04 месяц 17 год.
Формально территория подконтрольная Москве. Де-факто ничья земля.
Дорога на Демидовск. Восточнее Скалистых гор.
- Вставай, пора, - шепчут мне в ухо губы Алисы. Губы потрескались на ветру и потеряли былую нежность. Но мне они нравятся и такими. Пользуясь случаем, легонько, чмокую Ким в губы.
У меня морда лица выглядит еще хуже. Сказывается отсутствие крыши на шашпанцире и плохая обзорность. Чтобы осмотреться, приходится постоянно высовывать голову из-за брони навстречу колючему от пыли ветру. Глаза прикрывают здоровенные, как у летчиков первой мировой очки, зато щеки и губы полирует не хуже наждака.
- Все тихо?
- Угу.
В хвосте колонны негромко переговариваются женские голоса. Там тоже началась побудка.
Со стороны сидений недовольно ворчит разбуженная Муха. Охранница, блин, дрыхнет так, что пожарным завидно.
 
Что-то твердое давит на печень. Нашариваю рукой голую детскую пятку, и аккуратно отодвигаю от себя.
Баю-баюшки-баю. Что же меня подняли в такую рань?
Бр-р, еще и зябко, как на исторической Родине.
Рассвет еще никак не обозначил своего прихода. Вокруг еще голимая ночь, без намёка на рассвет.
- Радость моя, что стряслось?
- Туман.
Туман?
Туман.
Туман!!!
Вот это фарт. Да это же просто дар божий.
Вчера вечером конвой остановился на ночлег, прямо на дороге. Можно было продолжать движение еще минут пятнадцать-двадцать. Но больно уж место попалось подходящее. Дорога нырнула во впадину, скрыв конвой от излишне любопытных глаз.
До вырастающих на юге холмов еще вполне приличное расстояние, в сумерках проход колонны не разглядишь даже в оптику. Скалистые горы на востоке едва различимы на горизонте. К тому же где-то у гор течет местная Москва-река.
Так что со стороны гор я пока неприятностей не жду.
Исходя из сложившейся обстановки, я принял смелое - командирское решение ночевать здесь, дабы начать движение колонны еще до рассвета. Максимально используя рассветные сумерки.
А дальше все решит удача и средняя скорость. Если день пройдет без приключений, вечером мы проедем переправу, а ночевать будем на дальнем блокпосту Демидовска.
Ох, и нажрусь же я. В дымину, в ласкуты, в хлам, так чтобы утром было стыдно смотреть в глаза Ким, детям и Мухе.
Тем временем мне в руки впихнули чашку кофе и тарелку с кашей.
- Огонь разводили?! Я же предупреждал...........
- Нет, на примусе в кунге готовили, - успокоила меня Ким.
А в голосе нотки обиды.
На обиженных воду возят, в некоторых местах делают и вещи похуже. Значительно хуже.
- Молодцы. За проявленную смекалку, от лица командования, выражаю личному составу благодарность.
В качестве дополнительного поощрения притягиваю Ким к себе и целую в макушку.
Ночь. Туман. Видимость околонулевая. Большую часть пути я сижу на бронированном капоте шуша. Меньшую часть, в свете фар бегу перед броней в стиле командира САУ младшего лейтенанта Саши Малешкина, из замечательного фильма "На войне, как на войне".
По полю танки грохотали,
Солдаты шли в последний бой.
А молодого командира...
Не слишком-то и молодой командир рысит в арьергарде.
При этом раз в пятнадцать, двадцать минут. Останавливаю колонну и бегу вдоль нее, проверяя, не отстал ли кто.
Как ни странно, никто не отстал. Средняя скорость колонны восемнадцать километров в час, а последний час выдали почти двадцать пять верст в час. За три часа это больше полсотни км. Я доволен результатом.
Светает. Видимость улучшилась до сотни метров.
Рельеф выровнялся. Скудную саванну сменила еще более скудная на растительность полупустыня. Тощие, высоченные кактусы. Невысокие - по пояс, не менее колючие, чем кактусы, кустарники. Растущая отдельными пучками жесткая трава. Немного скрашивают пейзаж редкие россыпи жёлтых и голубых цветов.
На ровной, как стол, широченной долине, между западным склоном Скалистых гор и тянущейся на юг гряды высоких, практически лишенных растительности, холмов, днем мы будем видны километров за десять.
С оптикой так и пятнадцать.
С хорошей оптикой - даже и думать не хочется.
Поэтому я выжимаю максимум из людей и техники.
Между ушей набатом тикает чуйка на неприятности. А чуйке я привык доверять. В этом вопросе лучше переспать, чем недоесть.
Рассвет неумолимо накатывает с востока, еще час и от тумана не останется и следа. Поэтому скорость, скорость, скорость.
Благо твердый каменистый грунт и ровная, как стол, местность дает разогнаться, километров до тридцати пяти в час. Выше никак, катер на прицепе начинят мотать по дороге, как при пятибалльном шторме.