"Та самая Аннушка", второй том, часть вторая: "Не та дорога" (СИ)

Лабораторный комплекс снаружи похож на небольшую пирамидку в три ступени из очень тёмного красного камня. Но вокруг вымощенная чёрными каменными плитами площадь. Растений на ней нет, а значит, запрет работает.
Приехали на здоровенном внедорожнике Андрея, он самый вместительный. С нами Артур и Геманта — кайлитка в качестве открывашки, а парень просто с ней. Вход открывается кайлитским генокодом, так что без рыжих тут никак.
Под порталом входа есть ниша, а в ней чёрная дверь.
— Сколько воспоминаний, — поморщился Андрей. — Неприятных, в основном.
— Эй, — воскликнула Геманта, осматривая чёрный кубик консоли у двери, — а тут открыто!
— Отойди, — сказал Артур и, взяв её за плечо, одним движением переставил себе за спину. В другой руке у него уже пистолет.
Дверь дрогнула и поехала в сторону, из сумрачной глубины входа вышли двое — седая строгая женщина в тёмных очках и совсем молодая девушка с недовольным лицом. Очков на ней нет, и глаза самые обычные.
— Грета, — мрачно констатировала Аннушка, — это мы, значит, удачно зашли.
— Смотри, Дашенька, — сказала женщина, обращаясь к девушке, — это та самая Аннушка, про которую я тебе рассказывала. Видишь, до чего доводит хороших девочек эгоизм и упрямство. Такая была перспективная кандидатка, и что?
— Что? — отстранённо спросила та, с интересом разглядывая мою спутницу.
— Стала жалкой бродяжкой, связалась со всякой шушерой, не исполнила предназначения, даром небо коптит. И даже одеваться прилично не научилась.
— Знаешь, Грета, — сказала Аннушка, — зря я не пристрелила тебя сразу, как увидела. А ведь собиралась же. Ничего, ещё не поздно…
Она потащила из-под куртки пистолет, но черноволосая девчонка сделала странный жест рукой, и всё застыло. Я вдруг понял, что не могу шевельнуться, словно меня эпоксидкой залили. И не только я, все остальные тоже полностью неподвижны. Не только люди — прекратился ветер, навалилась глухая ватная тишина, застыла в воздухе летевшая мимо помесь птицы с ящерицей. И только эти двое, женщина и девушка, спокойно подошли ближе.
— Видишь ли, дорогуша, — сказала Грета, рассматривая Аннушку вблизи, — я тоже тогда сомневалась. Потенциал у тебя был шикарный, сенсус впитывала великолепно, но характер, характер… Обыкновенная неблагодарная сволочь, да и перестарок. Слишком себе на уме, такие не обучаются. Я предлагала потом Мелеху слить тебя на обмен, но он просентиментальничал. Зря, конечно. Впрочем, вреда до недавних пор не было, и я не настаивала. Ещё одна пустоголовая синеглазая шалава болтается по Мультиверсуму, подумаешь. Но ты выбрала влезть в наши дела, и результат предсказуем. Дашенька, солнышко, сделай… Ну, как обычно. Пора тут заканчивать.
— Не, мам, не хочу, — ответила ей девушка, подойдя к нам вплотную.
Она сняла с Аннушки очки и заглянула в её пылающие ледяным бешенством синие глаза. Пару секунд смотрела, потом вернула очки на место. Повернулась ко мне, сделала шаг. Теперь я смотрю на неё почти в упор. Глаза тёмные, волосы чёрные и короткие, на лице слегка равнодушное любопытство.
— Что значит «не хочу»? — удивилась Грета. — Я же сказала.
— Просто не хочу, — пожала плечами девушка, переходя к Геманте.
Взъерошила ей рыжие волосы, с интересом потрогала пальцем сосок большой груди под тонким платьем.
— Даша, — строго сказала седая женщина. — Не лучший момент для твоих капризов.
— Тебе всё капризы. Плевать тебе, что я хочу, да?
 
— И чего же ты хочешь?
— Не знаю. Не этого. Хватит размахивать мной, как дубиной, я живой человек, мам.
— Никто не спорит, — недовольно согласилась Грета, — но давай обсудим это в другой раз, ладно?
— Не-а, — лениво отмахнулась девушка. — У тебя все разы другие. Мне надоело. Я уже не ребёнок.
— Дарья! Немедленно прекрати! Что за глупости? Нашла время!
— Ага, — кивает та, — нашла, точно.
Возвращается к Аннушке, подходит поближе, щупает кожу куртки, щёлкает пальцем по стволу пистолета в руке, присаживается на корточки, рассматривает ботинки.
— Классные боты, — говорит она, поднимаясь. — Скажешь потом, где взяла?
— Даша! Что за поведение! — злится Грета, но девчонка неё игнорирует.
Встав, обнимает мою девушку за талию, кладёт подбородок ей на плечо, и говорит тихо, в самое ухо:
— Я найду тебя. Потом. Однажды.
— Дарья, как ты… — начинает седая, но девчонки тут уже нет.
Я не понял, куда она делась. Вот только что стояла, а вот уже всё. Меня отпускает непонятный паралич, и я тянусь к оружию, но седая тётка, коротко выругавшись, делает шаг назад и растворяется в чёрной угольной дымке. С криком: «Ах ты сука старая, ну теперь тебе пи…» — Аннушка прыгает за ней и пропадает тоже.
— Офигеть, — говорит Геманта, растерянно поправляя платье на груди, — что это было вообще?
— Не знаю, — отвечает Андрей, — но мне это совсем не понравилось.
Мне это не понравилось ещё больше, потому что Аннушка куда-то свалила, и как её искать теперь?
* * *
— Да, похоже на то, что Эрзал зачем-то раскачали на повторный коллапс… или что-то, на него похожее, — объясняю я Меланте. — Не знаю, как именно, может быть, Аннушка, когда вернётся, объяснит.
— Это Конгрегация, — вздыхает рыжая, — точно. Какое-то время назад у меня был их эмиссар, хотел, чтобы кайлиты что-то для них сделали. Но я даже слушать его не стала. Сказала, что мои дети не инструмент для чужих амбиций.
— И что он?
— Очень настаивал, пришлось объяснить, что в следующий раз скормлю его кропсам.
— Надо думать, он не обрадовался.
— Ничуть. Но я прекрасно понимаю, чем всё закончится, если я соглашусь: они используют моих детей в своих играх и выбросят, кайлитов потом подвергнут второму геноциду. Причём, в отличие от первого, мы даже не будем ни в чём виноваты, но кто станет разбираться? У нас слишком неоднозначная репутация. И началось… вот это всё. Поэтому я отправила Геманту с теми, кто обещал нам убежище. Но Аннушка говорит, они не справились.
— Да, там тоже мутная история вышла, — подтвердил я.
— А ваша? — пронзительно посмотрела на меня зелёными глазами кайлитка. — Ваша не мутная?
У меня возникло ощущение, что я стеклянный, и она видит меня насквозь от макушки до пяток.
— Не могу ручаться за всех, — ответил я честно, — но Аннушке верю безусловно. А ей от вас ничего не нужно, правда.
— Любишь её?
— Да.
— Хорошо, — кивнула Меланта. — Я тоже ей верю. Она не всегда поступала умно, но всегда искренне.
Андрей с Донкой вскоре уехали — отправились обратно на Терминал, чтобы привести в Эрзал караван Костлявой, которая должна пригнать автобусы для эвакуации кайлитов и грузовики для их имущества. Рыжая колония забегала, как муравьи, переселяющиеся в новый муравейник.
Аннушка явилась утром, похудевшая, уставшая, злая и недовольная.
— Не догнала, — сказала она с порога, — Калеб был прав, эта старая сука круче, чем кажется. Если бы у меня не нашлись… кое-какие сюрпризы, она бы меня просто грохнула. А так она меня тоже недооценила, и мы разошлись. Ничья.
— Что ей было надо?
— Конгрегации зачем-то необходимы кайлиты. Не знаю, для чего, но вряд ли для чего-то хорошего. Меня уже начинает бесить, что я не понимаю причин происходящего вокруг движняка! Жаль, что не удалось захватить Грету и хорошенько порасспрашивать… Ладно, может, ещё повезёт. Так что просто предполагаю: поскольку Меланта, не будучи дурой, их послала, они решили сделать её посговорчивее, лишив Эрзала, где кайлиты почти неуязвимы. Думаю, что вся эта история с Гемантой и школярами была Мелехримом просчитана тоже. В конечном итоге, даже если бы они не обломались с Оркестратором, то получили бы в итоге ловушку, а не убежище. Там бы их всех и взяли тёпленькими.