Ведьмино счастье 3 (СИ)
Ветеринара пошел провожать к машине мой заботливый муж. Надеюсь, доктор больше ничего не ляпнет, варвар может не оценить. Фух. В дорогу вещи вроде бы удалось собрать. Заскочить что ли к Айне? Занести то, из чего мои поросята выросли. Её доченька, хоть и старше моих, но такая миниатюрная, такая изящная и волосики эти белокурые уже даже немного вьются. Хорошо, что есть кому отдать то, из чего мои выросли, толком не успев поносить. Прихватила увесистый свёрток, его собрал Матиас, и пошла к оборотням. Встретила меня у дверей в их часть дома Аиша, Мирэль и Айна нашлись у себя в комнате. Дверь к ним открыта, низкое вечернее солнце светит прямо в окно, золотит своими лучами две склонённые над колыбелью головы. Айна и Мирэль даже не заметили моего прихода, воркуют над колыбелью, и целого мира для них нет, кроме их сладкой доченьки. Волосы оборотницы переплелись прядками с волосами эльфа, так же и жизни их сплелись теперь воедино. Я несмело, боясь нарушить момент их счастья, постучала по косяку двери. И самой на мгновение стало страшно от разорвавшего полную семейную негу тихого звука. Ведь этого счастья могло и не быть, не вмешайся я тогда, не помоги Эрхану. Или, если бы не освободила Мирэля, не спасла его тогда в бойне, устроенной колдуном. Если бы, если... Лучше не думать о том, чего нам удалось избежать. Спасла, получила награду - возможность насладиться их счастьем со стороны, разве это не чудо. - Марцелла? - Госпожа? - Какая я тебе госпожа? - Простите, привычка, - и улыбнулся так заразительно и безмерно спокойно. Разве могла я мечтать увидеть у Мирэля такую улыбку? - Я принесла вещи от своих поросяток, посмотрите, тут кое-что даже не надевали. Слишком быстро мои выросли, не успели надеть. - Спасибо, мы Вам очень благодарны. Посмотрите на нашу Ариэллу? - С удовольствием. Лежит в колыбели малышка. Волосики длинные, выбиваются из-под края чепчика. Личико чуть удлиненное, как у Мрэля, а глаза такие большие и синие-синие в обрамлении золотистых пушистых ресниц. Кожа нежная, розовая, как восточная пастила, и носик немного вздёрнут. Красотка! Но такая крошечная, хрупкая, изящная, не то, что мои кабаны. Сразу видно, что растет сокрушительница мужских сердец. - Такая хорошенькая! - Спасибо! Счастливого вам завтра пути! - И вам, счастливо оставаться.
Глава 48
Эрлик. Пришло такси, управляет им какой-то мужчина, в салоне играют странные захватывающие песни о подвигах и героях. Жена говорит, это потому, что недавно был праздник Великой Победы, над кем, не уточнила, всё равно приятно. Мы с Матиасом сели сзади, держим на руках деток, не очень-то удобно, но что делать. Марцелла сидит впереди, у неё на коленях клетка с Заразой, тот забавно покачивается в такт иномирным мелодиям. - Какая у вас семья интересная! И что, детки все ваши? - Мои! Сыновья. Такая гордость меня охватывает, когда я отвечаю на этот вопрос. - Да уж вижу, что не девки, конверты-то синие. Странно, не вижу связи. Но ладно. - А смугленький кто у вас - родня? - Нянька. - А почему парень и такой чернявый, цыган что ли? - Он из Перу, это муж настоял. - Из Перу? Ну, даёте! Деньги некуда девать? А сами-то, небось, на отдых? Тогда зачем попугая взяли? Или он тоже из Перу? - Ах, это. Нет, это друг семьи. Ворон. Мы в гости к маме, деток показать. - М-да. Лучше бы кошку завели или собаку, всё привычней. - Он сам завёлся. Странно, что Зараза молчит, боится, что заставим добираться своим ходом? Вообще интересно, что за машина такая самолёт? Марцелла так толком ничего и не сказала, говорит только, что добираться будем быстро. Ну, так я и не против. Вообще вид у нас, должно быть, странный, брюки эти, куртки. Хорошо перстни оставил на пальцах и цепь золотую надел на шею потолще, чтоб все знали, что мы не бродяги, просто одеты так.
Впереди огромный дом, он почти целиком из стекла, как только и не разобьётся! Это здание вокзала, всюду люди. Матиас немного нервничает, а что нервничать, все едут и мы поедем. Хорошо еще, парня не укачало, а остальное не страшно. Расплатились с таксистом, накинули рюкзаки, выходим, время ещё есть. Очень много народу, прямо как на ярмарке, Матиас так и жмётся ко мне, я даже рад. Идём за Марцеллой сквозь толпу к длинному столу. - Девушка, мы хотим сдать багаж и пройти регистрацию на рейс до Санкт-Петербурга. - Секундочку. Вы все вместе? - Да. Я, муж, няня и детки. А птичку мы бы хотели сдать в багаж. - Вам с птичкой на ветеринарный контроль, а потом ко мне. - Вы меня тут ждите, я быстро, только не потеряйтесь. - Да, дорогая. Марцелла куда-то ушла, а мы стоим, без неё очень некомфортно. Даже странно, как будто судно покинул капитан. Ждём долго, я уже раз десять проклял Заразу. Фух. Идёт.
- Всё хорошо, мы прошли ветеринарный контроль, можем регистрироваться? - Да, разумеется, всё в порядке, проходите к выходу на полосу. У вас еще много времени. - Спасибо. Зараза вместе с клеткой куда-то уехал на дивной едущей ленте, как в магазине у касс. Я расчувствовался и помахал ему рукой, все смотрели, странные они. Вот и дети захныкали. И где их тут кормить? - Нам в комнату матери и ребенка. Идёмте все вместе, что ли.
Я подаю жене детей на кормление, Матиас переодевает их в чистые трусики. Пару раз заглянули в комнату посторонние люди, все делают странные лица и выходят. Хорошо ещё, жена стоит к двери спиной. И чем мы так всех удивляем, никак не пойму. Может, лицо у меня хмурое? Буду улыбаться почаще. Наконец, идём к выходу на полосу, за окном странные автобусы, сразу видно, скоростные. Даже как будто крылья приделаны, это, должно быть, чтобы лучше балансировать в поворотах, такие они большие. Интересно, а почему тут всё так строго? Даже воду с собой брать нельзя и всё проверяют, может, с нами поедет сам местный король? Жена не даёт долго любоваться видом редких машин, говорит, что устала, зазывает посидеть. Жаль, хотел посмотреть, там только-только поехала одна из машин. - Пассажиры рейса Воронеж-Санкт-Петербург, подойдите к выходу на полосу. - Пошли. И помните оба, любое ваше недовольство и пойдёте пешком, нас всех выгонят. При проходе мимо женщины просто дайте ей бумаги и всё, она посмотрит и вернёт. Матиас, очень страшно? - Нет, госпожа. Почти как в ресторане, только светлее и места намного больше. - Еще раз назовешь меня госпожой, съем. Пошли уже.
Выходим на улицу, как всё интересно. В салон ведёт лесенка, садимся в узкие кресла, еле влез. - Дорогой мой муж, а что бывает на судне, если назревает бунт? - Бунтовщика сбрасывают за борт. - Вот и тут так же. Будете орать - выбросят за борт. Ясно? - Я хорошо воспитан, за кого ты меня принимаешь? Или ты про Матиаса? - Я не буду орать, госпожа. Что Вы? Ой! - Покусаю. Потом. - Только попробуй, хочешь кусаться, я весь твой, дорогая. И больше никого кусать не смей при живом-то муже. - Послушай, делай, что говорят. Дали довольно странную инструкцию про какие-то маски. Долго же тут всё происходит. Наконец-то мы едем, надо же, как быстро. Не понял?! - Мы что, летим? Выпустите меня отсюда! У меня дети! - Цыц! Выбросят за борт. - Тут же нет магии?! Как мы летим? - Тут механические двигатели как в машине, в них сгорает топливо, и мы летим. - То есть мы ещё и горим?! - Мужчина, вам плохо? Помощь нужна? - Не надо меня сбрасывать за борт!!! - Всё в порядке, сейчас успокоится. Это мой муж. Ранение, контузия. Еще минута - и пройдет. - Как ты узнала?! - Про двигатель? - Про контузию? - Ты знаешь, заметно. Матиас, ты как? - Все хорошо, госпожа. Из окна такой красивый вид! Ой! - Ещё раз назовешь меня госпожой, не куплю конфет. - А что с господином Эрликом? Почему он зелёный? У него были дриады в роду? Я не догадывался. - Он переживает.
Глава 49
Марцелла. Весь полёт Эрлик был зелёный, почти как Матиас в своем обычном состоянии. Хорошо, что долетели без проблем, и дети почти не капризничали. Начали было, но нянь им что-то тихонько запел, и они успокоились. Только и пришлось переодеть, повезло мне с нянем. Вот уже и садимся, самолет плавно коснулся земли и мы покатились. Здравствуй, мой родной город, я скучала. Как много произошло за тот год с лишним, что мы не виделись. - Это всё? Мы больше не полетим? Дорогая? - Всё. Сели. Одевайтесь. Из самолёта мы вышли почти последними. Тут удобно, к самолёту подходит специальный туннель, даже на улицу выходить не нужно. Вот мы и в аэропорту. - Куда нам теперь? - За багажом. Пошли, надо встретить птичку. - А почему я не всех тут понимаю? - Здесь много иностранцев, у них другой язык. Смотри, вот там группа немцев, у них более грубая речь. Сейчас выедет клетка, встречай, я вызываю такси. Внезапно немцы напряглись, я, признаться, немного тоже. Пернатая пакость пела, выезжая на транспортёре. - ... На смертный бой! С фашистской силой! С прокля-я-ятою толпой! Какой кошмар, это всё радио, это всё чертов таксист! Зараза еще и фальшивит. Нет, это не моё! Эрлик подхватывает клетку, улыбается. С учетом его габаритов, золотой цепи и перстней картина выглядит жутко - браток, привет из лихих девяностых. Зараза поёт, люди замерли, немцы в шоке, наши аплодируют.