Погасшие следы
Евгений Прядеев
Погасшие следы
Глава 1
Латунин
– Слюшай, мы тебя не знаем, иди домой!
Невысокий кавказец смотрел на Латунина крайне недружелюбным взглядом, твёрдо уверенный, наверное, что Петрович сейчас смутится и убежит куда подальше.
Картина называлась «Здрасте, приехали». Как будто мир крутанулся вокруг своей оси и вернулись девяностые. Латунин уже десять раз пожалел, что ввязался в эту авантюру. Ну как же! Бабла по-лёгкому срубить захотелось. Говорила когда-то бабушка, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке. Но мы же не умеем учиться на чужих ошибках, обязательно самому надо во что-нибудь жидкое наступить.
– Эй, ты что, глюпый? Или глухой? – В голосе невысокого кавказца появилась агрессия. Эмоции крепыша буквально выплескивались из него наружу, становясь осязаемыми и непроизвольно заставляя напрягать мышцы и внимательно следить за руками оппонента.
Когда-то давно, ещё в прошлой жизни, Петрович оказался на занятиях одного профессора, который рассказывал о биотоках людей и излучаемых ими энергиях. Подробностей, конечно, Латунин не помнил, но суть лекции сводилась к тому, что некоторые люди способны буквально отталкивать своей энергетикой. Вроде бы просто разговариваешь с человеком, но тебе неуютно и даже немножечко страшно. А мозг по каким-то одному ему понятным критериям выявляет потенциальную опасность и ненавязчиво так шепчет в голове: «Не лезь, не надо. Здесь опасно. Отойди».
Другой вопрос, что и Петрович уже даже не был мальчиком с улицы, так что вместо порыва сбежать он испытывал непреодолимое желание дать собеседнику в морду. Желательно не один раз. И уж совсем необязательно руками. Но приходилось стоять и просто огрызаться. Его роль пока что – просто наблюдатель.
А всё Славик со своими просьбами. Бывший одноклассник, давний приятель и к тому же один из немногих людей, кто действительно не отвернулся от Петровича в период длительного запоя. Непонятно, какой профит с этого имел бывший сосед по парте, но Славик регулярно приезжал к нему домой, отмачивал под струей холодной воды, уговаривал Латунина одуматься и даже пытался однажды навести какое-то подобие порядка в квартире. После ухода жены процесс зарастания грязью действительно пошёл гораздо быстрее, чем планировалось.
Так что к Славику Петрович испытывал чувство глубокой благодарности. Со дна всегда лучше видно, кто по-настоящему дорожит тобой, а кто всего лишь умеет мило улыбаться при встрече. Славик Латуниным дорожил. Если не как другом, то хотя бы как человеком. И помогал, ничего не прося взамен. Так что, когда ему самому понадобилась помощь, Петрович просто не смог отказать.
Тем более просьба казалась плёвой, а Славик ещё и вознаграждение обещал. Славик зарабатывал деньги перекупом машин.
– Саня, понимаешь, машина почти эксклюзив, денег стоит много, – объяснял Петровичу приятель. – Мне и одному съездить несложно, но боязно. Пятнадцать миллионов наличкой. Сам знаешь, убивали и за меньшее. По башке дадут, и поминай как звали. А так мы вдвоем. Тебе же даже и делать ничего не придётся, так просто рядом посидишь в машине. А потом сядешь за руль моей и домой приедем. Лёгкие деньги!
Деньги и впрямь казались лёгкими. Настолько лёгкими, что Латунин подумал-подумал и прихватил с собой ствол из заначки. Старенький, но по-прежнему надёжный пистолет Макарова. Так сказать, боевой трофей после истории с ранением в лесу.
Петрович тогда по осени не поленился прогуляться в Лосиный остров, но таинственный бункер отыскать так и не сумел. Зато разжился другим трофеем, который там же на полянке и прикопал до лучших времен. Кто ж знал, что пистолет и впрямь понадобится так скоро.
Стоило им отъехать от дома, как чуйка Латунина буквально зачесалась от предчувствия какой-то беды. Пришлось даже поёрзать на сиденье, чтобы хоть чуть-чуть зуд утихомирить.
А вот дальше всё происходило, как в бандитском сериале. Вечер, обочина МКАД, два джипа с горящими фарами и немного трясущиеся руки у Славика.
– Фигня какая-то, – насупился приятель, разглядев машину и стоящих возле неё людей. – Машины нет. И Мурад не один почему-то. Договаривались же, чтобы без лишних…
В этот момент к двери подошёл мужчина весьма специфической наружности, выдававшей его кавказское происхождение, и выразительно постучал по стеклу костяшками согнутых пальцев.
– Саня, ты в разговор не лезь, главное, – предупредил приятель Петровича. – Я этого Аслана плохо знаю, но нам с ним детей не крестить. Отдам товар, забираем деньги и разъезжаемся.
Просто было на бумаге, но забыли про овраги. В таких местах со знакомыми встречаться не очень уютно, а уж сейчас в вечерних сумерках что-то, кроме неприятностей, просто не ожидалось.
Судя по всему, Славик тоже не был уверен в благополучном исходе, поэтому сумка осталась в машине. Парень вышел и сразу же прикрыл глаза от яркого света фар.
– Да погасите вы их! – крикнул Славик, но его либо не услышали, либо не захотели услышать. Из-за слепящего света Петрович видел только силуэт мужчины. Через открытое окно долетела гортанная речь. Неизвестный размахивал руками и что-то требовал от Славика, но приятель Латунина явно пытался отстоять какие-то свои условия.
«Как бы до драки не дошло». Петрович выкинул сигарету и вышел из машины на улицу. Вечерняя прохлада заставила поежиться.
– Эй, ты кто? – донесся до Латунина голос с акцентом. От джипа к нему шли ещё двое крепких парней, одетых в спортивные костюмы и кроссовки. Шедший впереди прямо на ходу сплюнул под ноги и повысил голос. – Зачем вылез?
– Тебя спросить забыл, – огрызнулся Петрович. – Разговаривайте! Я вам не мешаю!
– Слушай, мы тебя не знаем, иди домой!
Кавказец в спортивном костюме смотрел на Латунина крайне недружелюбным взглядом и постоянно переминался с ноги на ногу. Как будто примеривался для удара. Так обычно ведут себя люди, неспособные справиться с ударной порцией адреналина, которая слишком резко впрыснулась в кровь.
– Ты зачем не один приехал? Это кто такой? – повернулся кавказец к Славику. – Ментов привел?
– Это друг мой, – пожал плечами Слава. – Не вижу никаких проблем. Вас тоже явно больше одного.
– Зато я вижу! – всплеснул руками кавказец. – Ты что, совсем дурной? Где деньги?
Он наступал на Славку, активно жестикулируя и ругаясь на каком-то из кавказских наречий.
– Не ори! – оттолкнул собеседника Слава. – Сделки не будет. Вы должны были пригнать тачку сюда. Уговор был такой. Я не собираюсь ехать в тьмутаракань, потому что у вас что-то не получилось. Может быть, там машина вообще не на ходу.
– Кому должны? Тебе должны? Ты кто такой вообще? – размахивал руками кавказец. Вечер явно переставал быть спокойным и умиротворенным. Больше всего Петровича раздражал тот факт, что он абсолютно не понимал сложившуюся ситуацию. Машины, деньги, кавказцы, вечерний МКАД. Обстановка накаляется, а вот понимания, за что придётся сложить голову, немного.
Латунин аккуратно отступил в тень от света фар и достал из-за пояса припрятанный пистолет. Сейчас им со Славиком надо просто уносить ноги. Иногда вовремя уйти – это огромное искусство.
Если бы Латунин заранее не был готов к чему-то подобному, то здесь бы на обочине МКАД их и похоронили. Взмах руки кавказца был стремителен, так что у приятеля не было ни малейшего шанса увернуться от удара. В следующую секунду Славик уже падал спиной вперёд прямо на руки Латунина, а искрививший лицо в оскале кавказец делал шаг ближе. Он был явно уверен в своей победе. Внезапность, натиск и готовность убивать. Стандартные слагаемые успеха в скоротечной схватке. Единственная неучтенная перемена в уравнении – это Латунин.
Петрович начал стрелять от бедра, ещё даже не успев поймать Славика. Так стреляли ковбои на Диком Западе, и так когда-то учил Александра стрелять его друг из подразделения спецназа.
– Короткая дистанция, целиться не нужно, – постоянно повторял спецназёр, демонстрируя непривычный способ ведения огня. – Просто смотри, куда стреляешь, а пули найдут цель сами.