Любви и тундра не помеха... (СИ)

Поэтому была готова отстаивать свои права до победного конца.
Женщина Мёртвых наградила нахалку полным презрения взглядом и равнодушно проронила:
— Раньше я защищала тебя перед Кавраем. Больше подобного не повторится! Ты слишком носишься с собственной внешностью. Забываешь, что это — всего лишь одежда для всего остального! Главное — суть каждого из нас и безоговорочное соблюдение древних устоев Трёх Миров!
— Брат мой, может нам стоит лишить Сациен её красоты на пару веков? Чтобы поняла, в чём соль бытия терских богов? — богиня ягельных полей, от них зависела жизнь саамов в здешних краях гораздо больше, чем от охоты и от рыбалки, не скрывала своего гнева.
— Возможно, ты права, сестра, — бог шаманов одарил возмутительницу спокойствия мрачным многообещающим взглядом. — Что скажут остальные? Есть хоть кто-то, кто готов высказаться в защиту Хозяйки рек и озёр терских? — ответом ему послужила гробовая тишина.
Даже было слышно, как ветер шелестит листвой карликовых берёз и полярных ив.
— Сациен, я очень зол на тебя! У меня есть свои виды на пришлую нойду! Оставь её в покое! Иначе я тебе устрою такую жизнь, что мало не покажется! — бог чумы наглую блондинку на дух не выносил.
Он всегда старался сделать так, чтобы она почаще оказывалась в грязной луже.
— У тебя как не было ни капли вкуса, Рота, так и нет! — ледяной тон Хозяйки рек и озёр терских был полон презрения и злобы. — Я не собираюсь отказывать себе в маленьких удовольствиях! Каврай, ты не имеешь права вмешиваться в мою личную жизнь! К тому же, если тот, на кого я глаз положила, ещё больше чужак в здешних местах, чем Тала-медведь!
— Вот и прибирай его, на здоровье! — Ябме-акка откровенно издевалась над представшей перед судом богов гордячкой.
Она поклялась себе проучить свою обидчицу.
— Что сама-то не спешишь под венец, Женщина Мёртвых? — Сациен намеренно пыталась унизить менее красивую богиню.
— За Роту не хочу. Хотя давно зовёт, к слову! Только не люб он мне! Пусть прекращает свои глупые заезды на хромоногом олене! — в чёрных глазах тлело такое злорадство, что Хозяйка северных рек и озёр сразу поняла, что на этот раз мало ей не покажется.
Даже Ябме-акка и та настроена против неё.
— Каврай на тебя и не взглянет! Больно уж ты страшна! — Сациен снова принялась поглядывать на Верховного Бога Пантеона терских саамов.
— Ты уже столько тысячелетий живёшь, а как была безмозглой блондинкой, так ума никак и не хочет прибавляться! Болотник, эта бессмертная тебя больше всех нас обижала. Что потребуешь в возмещение?
— Жениться уже передумал. Лишите её красоты. Слишком уж она ею кичится! Да отправьте в собственное царство. Пусть и она, и вся родня, посидят и подумают над своим беспардонным поведением. Больно уж разрезвились они в последнее время.
На губах бога всех терских нойдов зазмеилась настолько нехорошая улыбка, что Сациен запоздало пожалела. На этот раз она допекла даже тех, кто всегда поддерживал и защищал наглую богиню в прежних конфликтах с небесными собратьями. Чёрные глаза Каврая полыхнули оранжевыми отблесками пламени. Через мгновение никто и не узнал саамскую Снежную Королеву. Даже Оадзь теперь по сравнению с ней показалась бы писаной красавицей. Выгахке же и вовсе не знала бы отбоя от женихов.
— Тысячу лет я запрещаю покидать тебе подводный мир и тревожить земли людей в здешних краях. Убирайся. Очень надеюсь, что твоя злоба не лишит тебя жалких остатков благоразумия. Не вздумай связываться с Угаром или ещё с кем из нечисти и вредоносных жителей из Мира Духов. Ты получила ровно то наказание, какое заслужила! Ступай! — и он равнодушно повернулся к опальной Сациен спиной.
Женщина Мёртвых обиженно зашипела. Её, по-своему, наказало за то, что она слишком часто вставала на сторону Хозяйки рек и озёр терских. Антрацитовые волосы теперь роскошной волной сбегали до самого пола. Они были блестящими и тяжёлыми. Черты лица поражали своим совершенством. Сама кожа точно светилась изнутри серебристым сиянием ясной полярной ночи в полнолуние.
  
— Каврай, я не преступала границ дозволенного. За что ж и меня так наказало-то твоё колдовство? — поймала на себе восхищенный взгляд Роты.
В этот миг богиня царства мёртвых поняла, что о спокойном житье она может позабыть навсегда.
— Духи лучше знают, кого покарать, а кого наградить, Ябме-акка. Привыкай к новому облику. Этот дар гораздо лучше, чем убогий лик новой Сациен. Пока она не поймёт, за что на её безмозглую голову свалились такие кары, так и будет уродиной.
Лукаво улыбнувшись, одна из владычиц подземного Мира Мёртвых тут же решила попробовать свои женские чары на боге нойдов. Она томно вздохнула и промурлыкала:
— Деваться мне всё равно некуда. Придётся привыкнуть, что моя жизнь больше никогда не будет прежней.
В это самое время мрачная Сациен запёрлась в своём подводном чертоге и перебила все зеркала. Те ещё совсем недавно радовали не меньше, чем новая победа на любовном фронте. Смотреть на уродливое сморщенное создание, толстое и ростом с чакхли, оказалось выше её душевных сил.
Родня, сразу почуяла, что попасть под горячую руку Хозяйки терских рек и озёр сейчас будет слишком чревато неприятными проблемами. Поэтому благоразумно попряталась кто куда. Им Каврай тоже строго-настрого запретил появляться вне границ своего царства в ближайшую тысячу лет.
Угар долго рассматривал новую Снежную Королеву и понял, что на такую «божественную красоту» даже он не польстится. Впрочем, сейчас ему строптивая женщина была нужна совсем по другой причине. Внешние данные не имели совсем никакого значения.
— Сациен, мы с тобой можем помочь друг другу. Ты готова путешествию в город, откуда свалилась на наши бедные головы пришлая нойда?
— Равк, нет мне дорог в Мир Смертных! Каврай замкнул все тропы!
— Есть одна тропа, но в тех краях иные боги и чуждая магия. Если ты готова рискнуть, то, может быть, сможешь вернуть свою красоту раньше срока. Ведьма Иветта потому тебя и осилила, что использует не только северные чары.
— Да кто она вообще такая? За ней какие-то странные, чужие боги стоят! Как так вышло, что тундра её приняла, эту странную чужачку?
— Она — жрица сразу трёх богинь. Кто они такие, мне неведомо.
— Мне нет никакого дела до этой наглой девчонки! Мне нужен пришлый нойд с глазами как штормящее зимнее севернее море! Возможно, даже уведу его в своё царство и позволю никогда не познать немощи старости и отчаяния медленного угасания.
— Мы заключим с тобой договор, Сациен. Если ты до конца августа принесёшь мне зуб, который выбил у меня Негостай, и пробудешь со мной столько, пока не надоешь, отдам тебе Виктора! Остальных попросту сожру.
  
Глава 13
 
— Совина и этого второго чужака не трогай! С Трефилкой и Иветтой можешь сделать, что душе угодно. Раз мне нельзя будет тысячу лет бродить по тундре и соблазнять местных мужчин, придётся удовольствоваться этими тремя. Только кому такая страхолюдина нужна, если даже ты морду клыкастую воротишь?
— В следующее новолуние и открою. До него всего три дня осталось. Поспрашиваю у духов, можно ли сделать твой облик поприятнее, — и Угар медленно истаял, оставил Сациен изрыгать проклятия и оплакивать собственную несчастливую судьбу.
Хозяйка рек и озёр терских пообещала жестоко отомстить своим обидчикам, за то, что так изуродовали некогда прекрасную богиню. Особенно Кавраю.
Иветта сразу почувствовала, что кто-то просит разрешения войти в её комнату. Что это мужчина, и он не затаил зла. Пришёл с добрыми намерениями и искренним желанием помочь.
— Входи, если нет в тебе зла по отношению ко мне и тем, кого я поклялась защищать, — голос девушки был негромок и полон почтения.
Такого отношения к гостю требовали местные традиции гостеприимства.
Незнакомый мужчина тоже выглядел как саам, но исходившая от него аура могущества и долгое общение с античными небожителями сразу подсказали Ветке. Перед ней не простой смертный. Судя по луку за спиной и кремниевому мечу, перед ней был воин.