Сладкое искушение (ЛП)

Он оборачивается к Анне, чье лицо выражает грусть.
— Да. Я уже говорила ему.
Мне тошно от мысли, что нам придется даже делать вид, что мы работаем, но я понимаю важность этого. Опасность сохраняется, и пророчество тут уже ни при чем.
— Ты сможешь продолжать делать вид, что ничего не произошло? — интересуется он.
— Да, сэр, — неохотно отвечаю я.
Белиал поднимается, ему пора уходить. Он опускает свою медвежью лапу мне на плечо и сжимает его, пока я не встречаюсь с ним глазами, его взгляд на удивление мягок.
— Ты неплохой парень, — говорит он. — Теперь я это вижу. Из тебя выйдет хороший союзник. — Я с трудом сглатываю и он хлопает меня по плечу.
Ты неплохой парень…
Анна переплетает наши пальцы и тянет меня за собой. Опустив глаза, я иду за ней на кухню, внутри меня происходит нечто непонятное. Она принимается что-то готовить и я быстро сбрасываю с себя ступор, осознав, что Анна вытирает глаза. Пытаясь скрыть это, она бормочет:
— Тебе скоро нужно будет купить свежее молоко. И лучше бы докупить еще яиц. Яйца легко готовить. Вся еда промаркирована в соответствии с инструкциями к приготовлению. Помнишь, как я показывала…
— Анна.
Она не смотрит на меня. Я отрываю ее руку от дверцы холодильника, закрываю его и притягиваю ее к себе. И обнимаю, пока она не успокаивается.
Все у нас будет хорошо, несмотря ни на что, но я не собираюсь притворяться, что мне не будет больно, когда она уедет.
Мы ужинаем и оставшееся время проводим на диване.
— Я люблю тебя, — нежно говорит она. И как и прежде, ее слова подобны меду. Я подавляю волнение и признаюсь.
— Я люблю тебя дольше.
Она отрывается от моей груди и смотрит в глаза.
— Не верю.
Я чувствую, как от этого диалога по лицу распространяется идиотская ухмылка. Утыкаюсь лицом ей в шею и волосы, и рассказываю, как влюбился. Заставляю поверить.
— Ты видишь в людях лучшее, — говорю я. — Во время нашей поездки ты свела меня с ума… а потом в Голливуде ты отдала той бездомной все свои деньги, и все. Тогда я пропал.
С заблестевшими глазами, она садится мне на колени, скользит пальчиками в волосы и притягивает мое лицо. Ее ноги разведены, она сидит на мне, я поглаживаю руками ее спину, талию, спускаюсь к бедрам.
Я изо всех сил пытаюсь сдерживать свои руки и другие части тела, но с дикой жаждой набрасываюсь на ее рот. И она не возражает.
Мы прерываемся, чтобы посмотреть друг на друга, восторгаясь, как парочка влюбленных дурачков. Хочется смеяться, я будто словил самый лучший кайф, но затем она снова целует меня.
— С нами все будет хорошо, — шепчет она между поцелуями.
— Лучше, чем хорошо, — говорю я.
Она хватается за мою футболку и, когда наши губы встречаются, откидывается на спину и тянет меня за собой, я оказываюсь на ней, пристроившись между ног. Прижимаюсь к ней, и знаю, что ей это нравится.
— Я хочу уехать с тобой, — стонет она.
Ах, боже, моя маленькая лисичка не осознает степени моего самоконтроля, говоря подобные вещи.
— Чтобы сводить меня с ума вот так каждый день? — И развлекаться со мной? А мне уже нравится эта мысль.
Краем глаза я замечаю сколько уже времени, ее отец вот-вот вернется. Проклятье. Я растягиваю слух и конечно же слышу приближающиеся шаги.
— Думаю, кое-кто поднимается к нам, — шепчу я, хотя Белиал, вне всякого сомнения, меня слышит. Я целую чувствительное местечко у нее за ушком. После душа она восхитительно пахнет свежестью и чистотой.
— Нет. — храбро отвечает Анна. — Еще рано. — Она вцепляется в мои плечи и выгибает бедра, и как же мне хорошо. Я соприкасаюсь с ней еще разочек и у меня крыша едет от нахлынувшего желания.
Белиал стучит в дверь и мы застываем. Дышим как безумные. Ничто так не гасит распалившееся желание, как появления отца твоей подружки. Анна лукаво хихикает и я усмехаюсь.
Моя любимая лисичка.
Белиал снова стучит и Анна хмурится.
— Я не хочу прощаться.
— Тогда не надо, — говорю я.
— Поживее, — кричит через дверь Белиал.
Анна становится грустной, поэтому я обнимаю ее и заключаю лицо в ладони.
 
— Все хорошо, красавица. Никаких прощаний. Мы свяжемся в ближайшее время. — Я в последний раз прижимаюсь к ее губам.
Через дверь доносится стон Белиала.
— О, да ради…
— Тише, папа, — говорит Анна. Она обхватывает мои ладони у себя на лице и прикрывает глаза. — Все хорошо. Свяжемся в ближайшее время.
Последний раз касаюсь ее губ и веду ее к отцу. Стоя в дверях, наблюдаю, как они спускаются вниз. На меня опускается неприятное ощущение. Я должен верить, что под опекой Белиала ей ничего не грозит, что бы он ей не приготовил.
Впервые, уходя, Анна оборачивается ко мне и улыбается. И я понимаю, что теперь все иначе. Поднимаю руку, и пускай я уже безумно скучаю по ней, все равно чувствую себя сильнее, чем когда-либо.
Вместе мы сильнее, чем порознь. Это очевидно. Просто зная, что она любит меня и теперь уверена в моих чувствах, я ощущаю себя чертовски непобедимым. Будто получил от жизни второй шанс, и очень этому благодарен.
Да, теперь все будет иначе, потому что отныне я живой.
 ЧАСТЬ III. Сладкая расплата 
 
 Глава 28. Самая важная работа 
 
"Все однажды встретятся со своими демонами.
Может быть сегодня мы сможем послать к черту прошлое."
"Jumper" Third Eye Blind
Князья больше не намерены тратить время впустую. За Анной открыли слежку, и произошло это спустя несколько дней после убийства Флинна и обнаружения, что в их ряды затесались предатели. А потом я еще услышал от Анны, что отец послал кого то выкрасть ее белье — естественно, чтобы выяснить лишилась ли она девственности.
Хитрая сволочь.
С нашего последнего разговора прошло несколько дней и меня начинает колотить. Сердце выпрыгивает из груди, когда телефон издает сигнал о пришедшем сообщении, но оно оказывается от Блейка.
"У папани грядет смена караула. Китай."
Должно быть, он ликует. Для всего мира действие разыграют так: его отец скончается от сердечного приступа и оставит свой особняк Блейку. На самом же деле дух Князя Мелькома переместится на новое место службы, в Китай, и отыщет там для себя новое подходящее тело.
"А я обручился."
Меня передергивает. Наверное, следует отправить ему мои соболезнования? Раздается звонок и я предполагаю, что это Блейк, но на экране высвечивается отец. Супер. Я медлю, но проигнорировать вызов нельзя.
— Алло?
Говорит он как обычно — со скукой, превосходством и сугубо по делу:
— Ты немедленно нужен в Атланте. Я отправил за тобой самолет.
Очень хочется спросить зачем. Очередное "дельце" для Мариссы? Но не осмеливаюсь. После всего не удивлюсь, если он уже меня подозревает.
— Понял, сэр, — говорю я.
Без лишних слов он отключается. У меня дурное предчувствие. Хочется как можно скорее связаться с Анной и остальными, но это слишком опасно. Если они взломают ее телефон — все мы попадем. Если он зовет меня поработать, то ему не повезло. Этим я больше заниматься не буду.
Пишу Белиалу: "К-611", это код на случай звонка от моего отца.
Хватаю сумку и начинаю собирать вещи в поездку, жалея, что не смогу пронести через контроль безопасности свои ножи. На месте придется заехать за новыми.
Черт, я уже и забыл о жуткой влажности на Восточном побережье. К счастью, меня встречает черный "седан" отца с водителем и не приходится долго торчать на открытом воздухе.
 
— Останови возле спортивного магазина, — прошу водителя.
Я покупаю новые ножи и возвращаюсь в машину. Сердце бьется ровно, но пульс ускоряется по мере приближения к дому отца, и я отбиваю его ритм пальцем на колене. На лице у меня уже маска безразличия, только хочется поскорее выяснить, зачем он меня вызвал.