Волшебные сады баронессы Гринвуд (СИ)

Решив все же не отвлекать ребенка, я продолжила двигать руками. Лучше пусть ищет камешек, чем быстрее она его найдет, тем быстрее я освобожусь, а там уже буду расспрашивать. Не стоит забывать, что пусть это и не Черный лес, все равно в нем могут быть хищные животные, те же волки, например, или еще какая живность этого мира, и совсем не хотелось столкнуться с ними, а так хоть на дерево можно будет забраться.
- Нашла! - минут через пятнадцать послышался радостный голос, и девчушка вприпрыжку подбежала ко мне, демонстрируя камень с узкой гранью, на которой был широкий острый скол.
- Отлично, ты большая умничка! - похвалила я ее. - А теперь вот этим острым концом начинай пилить, только делай это в одном месте, хорошо?
Она закивала и отправилась мне за спину, а через пару секунд я почувствовала, как малышка начала перетирать веревку. Девочка пыхтела сзади, усердно стараясь разобраться с моими путами, а мне оставалось только ждать и натягивать руками тонкий шнур, чтобы облегчить ей задачу.
- Кстати, как тебя зовут, солнышко? - спохватилась я.
- Алессия, - отозвалась она, копошась у меня за спиной. - А тебя как?
- А меня Нилада, - прикрыв глаза, ответила я.
- Красивое имя. И странное, - вот и этот маленький человечек считает мое имя странным.
Время шло, я лежала на холодной земле, а дело продвигалось очень медленно. Все-таки разрезать острым камнем крепкую веревку - непосильная задача для крохи, слишком слабые ручки. Но другого выхода у меня не было, полагаться сейчас я могла только на эту нежданную помощницу. А еще, раз судьба так странно и неожиданно свела нас не где-нибудь, а в ночном лесу, значит, я несу ответственность за нее, пока не верну родителям, а для успеха этого предприятия мне нужно сначала освободиться, в связанном состоянии сильно не напомогаешься.
- Ну что, получается? - спросила я, когда прошло не меньше получаса, а девочка почти затихла, видимо, сильно устала.
- Немножко, - послышался тонкий голосок. - Веревка теперь пушистая, и из нее ниточки торчат.
Отлично, значит, часть уже перетерта. Только хватит ли у Алессии сил, чтобы разрезать ее до конца? Сейчас я уже чувствовала, что путы немного ослабли и рукам стало чуточку легче.
- Котенок, отдохни немножко, у тебя, наверно, ручки уже устали, - позвала я ее, продолжая стараться растягивать шнур за спиной.
- Устали, - подтвердила малышка мои догадки, снова появившись передо мной и показывая красные ладошки и пальчики.
- Спасибо, ты настоящая героиня, мне без тебя не справиться! - похвалила я ее.
- А кто тебя связал? - с детской непосредственностью спросила Алессия.
- Злые дяди, - вздохнула я. - Связали меня и бросили в этом лесу.
- Надо папе сказать, он их обязательно накажет, - зазвенел в воздухе сердитый голосок.
Надеюсь, ее папа действительно входит в число тех, кто может наказать потерявших берега аристократов.
Но сейчас его, увы, тут нет, так что выкарабкиваться нужно своими силами и уже потом призывать к ответу виновных.
Прошло еще полчаса, и мы снова принялись за веревку. Я натянула ее как можно сильнее, а девочка опять начала царапать камнем. Руки у меня тоже были все исцарапаны и по ощущениям кровоточили, но я не обращала на это внимания. Сейчас было важным только то, что с каждой минутой я чувствовала, как путы по чуть-чуть ослабляются.
- Давай, милая, немного осталось, - подбадривала я Алессию, которая старательно сопела и пыхтела у меня за спиной. - Вот так, во так, еще чуточку!
Наконец настал тот момент, когда я почувствовала, что веревка значительно истончилась и растягивается сильнее, и, крутанув кистями рук, скинула первую петлю, а потом и весь шнур.
- Ура! - радостно закричала я, а малышка подскочила ко мне, обнимая за шею и заглядывая в лицо.
- Мы теперь сможем уйти домой? - спросила она с такой надеждой, что у меня сердце внутри сжалось.
- Мы найдем дорогу к дому, обязательно, - прошептала я, обнимая ее в ответ.
Кисти рук меня почти не слушались, но теперь у нас была надежда.
  
- У тебя ноги тоже связаны, - озадаченно посмотрела на меня Алессия, переводя взгляд на свои местами стертые до крови пальчики. - У меня уже камушек в руках не держится.
- Ничего, солнышко, ничего страшного, - поспешила я успокоить ее. - Пальчики скоро заживут, а я сейчас разгоню кровь и попробую сама снять веревку с ног.
На то, чтобы вернуть чувствительность пальцам, ушло еще с полчаса. Я ругала и проклинала про себя моральных уродов, которые не только бросили меня беспомощную в лесу, но и стянули конечности так сильно, что нарушилось кровообращение.
Малышка порывалась снова взять камень, чтобы начать снимать с меня еще одни путы, но я останавливала ее. С нее уже хватит, а я скоро сама смогу заняться оставшейся веревкой.
Когда в пальцах перестало колоть иголочками и я снова могла ими управлять, я присмотрелась к узлам. На мое счастье, их можно было попытаться развязать, а не пилить. Так что, поковырявшись еще какое-то время, я все же сумела избавиться от последних оков и вздохнула с облегчением.
- Теперь мы можем идти? - бесхитростно посмотрела на меня Алессия, подхватывая на руки своего котомедведя.
- Боюсь, я пока не смогу передвигаться, ноги меня не слушаются, нужно, чтобы кровь опять по ним хорошо побежала, - объяснила я ей. - Да и лучше ночью по лесу не ходить. Давай мы с тобой доберемся вон до того дерева, - я осмотрелась и указала на нечто с большими листьями, росшее неподалеку. - У него ветки достаточно низко расположены, мы сможем на него залезть, если вдруг появится какой зверь, согласна?
Кроха закивала, поднимаясь и шагая в указанном направлении, мне же не оставалось ничего другого, кроме как ползти за ней. Правда, на этот подвиг ушли все мои силы, а полученные раны и ушибы снова разболелись.
Добравшись до дерева, я оперлась спиной о ствол, перевела дух и начала потихоньку разрабатывать нижние конечности. Девчушка села рядом, прижавшись к моему боку и затихла. Неожиданно у нее в животе громко заурчало, и она прикрыла его ладошками, испуганно глядя на меня.
- Кушать хочется, - прошептал ребенок.
- Я знаю, маленькая, знаю, придется пока потерпеть, - вздохнула я. - Утром мы пойдем через лес, может быть, что-нибудь найдем или встретим людей. А пока постарайся поспать, завтра нам понадобится много сил, я буду тебя сторожить.
Малышка затихла, постепенно засопев. Я думала, что боль не даст мне отключиться, и я смогу побыть на страже на случай появления хищников, но переоценила свои силы и сама не заметила, как отключилась.
  
Глава 8
 
- Нилада, вставай! - кто-то тряс меня за плечо, вырывая из полубессознательного состояния.
Что еще за Нилада? Спросонья я не могла понять, кто и что от меня хочет, но, увидев перед собой ребенка, моментально все вспомнила.
Солнце уже стояло довольно высоко над верхушками деревьев. Правда, лес здесь был такой густой, что у подножия зеленых великанов было сумрачно и прохладно.
- Мы идем? - приплясывала около меня с нетерпением Алессия.
Я кивнула и попыталась встать, но тут же со стоном упала обратно. У меня снова болело все, как тогда, когда я очнулась в этом мире, но теперь рядом не было лекарки, и некому было мне помочь.
- Тебе больно? - малышка потрогала мои щиколотки и запястья, на которых до сих пор оставались следы от веревок.
- Сейчас, сейчас я встану, - отозвалась я, лихорадочно думая, что же мне делать. - Лесси, поищи, пожалуйста, длинную толстую ветку, чтобы я могла на нее опираться. Ты не против, если я буду так тебя звать?
В этом мире нет кино и телевидения, так что ассоциаций с известным животным ни у кого не возникнет.
- Мне нравится, папа говорил, так меня мама называла, - погрустнела девчушка. - Но он меня зовет полным именем. Сейчас я поищу.
Она помчалась обыскивать землю под кронами деревьев, пока я собиралась с духом, представляя, как больно мне будет и вставать, и передвигаться по пересеченной местности. Непроходимых зарослей вокруг я не видела, но это не значит, что их не будет дальше.